Форум - для православного общения. Изучение и обсуждение пророчеств о наших временах. Гвардия Святой Руси События в церкви и Святой Руси, друзья и враги

Форум православных друзей, противников экуменизма и апостасии

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум православных друзей, противников экуменизма и апостасии » Духовная жизнь » Святители, преподобные и их наставления


Святители, преподобные и их наставления

Сообщений 91 страница 120 из 294

91

Преподобномученик Афанасий, игумен Брестский
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_251/___910/____20110801_1744736802.jpg

О, если бы верно взвешены были вопли мои, и вместе с ними положили на весы страдание мое! Оно верно перетянуло бы песок морей!» (Иов 6, 2-3) — мог бы воспомянуть слова многострадального Иова преподобный мученик Афанасий, игумен Брестский, сражавшийся мечом духовным за православную веру, гонимый и убиенный отступниками, сыновьями лжи.

Преподобномученик Афанасий родился около 1595—1600 года в небогатой православной семье, вероятно, обедневшего шляхтича (судя по тому, что служил будущий игумен учителем при дворе магната). Возможно, он был из семьи городского ремесленника — как сам на то указывает в мемуарах, называя себя «нендзым Человеком, простым, гарбарчиком, калугером убогим». Как это часто бывает, у нас нет сведений ни о месте рождения, ни о мирском имени святого; неизвестно также, чем является имя «Филиппович» — фамилией или отчеством.

Вероятно, начальные знания Афанасий получил в одной из братских школ, где, наученные греческому и церковнославянскому языку, слову Божию и святоотеческим творениям, готовились высокообразованные люди, могущие противостоять униатскому насилию и католическому прозелитизму. Но образование, полученное в братском училище, не вполне удовлетворяло любознательного юношу, и он прошел обучение в Виленской иезуитской коллегии, куда принимались молодые люди всех христианских конфессий.

Службу свою в качестве домашнего наставника молодой ученый начал в домах православной и католической шляхты, но в 1620 году жизнь его попала в иное русло: Филипповича, положительно зарекомендовавшего себя богатыми знаниями, благонравием и бесспорном педагогическим талантом, пригласил гетман Лев Сапега, канцлер Великого княжества Литовского. Гетман поручил ему вопитание некоего «Дмитровича», представленного Афанасию русским царевичем Иоанном — якобы племянником умершего в 1598 году Феодора Иоанновича, внуком Иоанна IV Грозного от его младшего сына Димитрия, под именем которого в 1604—1612 годах выступало несколько самозванцев. Одним из таких «претендентов» и был представлен отец ученика Афанасия, которого поляки готовили на российский престол: Димитрий-Михаил Луба, убитый в Москве во время мятежа против ополчения Лжедмитрия I. Жена Михаила Лубы Мария умерла в заключении, а малолетнего сына взял некто Войцех Белинский, который привез дитя в Польшу и выдавал за сына Димитрия и Марины Мнишек, на самом деле повешенного. Обо всем этом было объявлено на сейме перед королем, поручившим воспитание Ивана Димитриевича Льву Сапеге. Тот назначил содержание «царевичу» в шесть тысяч злотых в год из доходов Бреста и Брестского повета.

Семь лег служил Афанасий «инспектором» лжецаревича, приходя постепенно к уверенности, что этот «некий царевич московский», «некий Луба», «и сам о себе не знающий , что он такое», является очередным самозванцем. Уверенность эта с течением времени усиливалась, особенно когда содержание Лубы уменьшилось до сотни злотых в год, а у самого гетмана Сапеги как-то вырвалось: «Кто его знает, кто он есть!»

Став невольным соучастником политической интриги против Московского государя, известного защитника Православия Михаила Федоровича Романова, сына русского патриарха Филарета, Филиппович в 1627 году оставил двор канцлера и удалился в келию Виленского Свято-Духова монастыря, где вскоре принял постриг от наместника Иосифа Бобриковича. В скором времени по его благословению Афанасий прошел послушание в Кутеинском монастыре под Оршей, основанном недавно, в 1623 году Богданом Стеткевичем и супругою его Еленой Соломерецкой (В. Зверинский. Материалы для историко-топографического исследования. СПб. 1892 С. 172), а затем — в Межигорской обители под Киевом, у игумена Комментария (упоминается под 1627 годом) и брата Киевского митрополита Иова Борецкого — Самуила. Впрочем, уже в 1632 году Межигорский игумен отпустил Афанасия в Вильну, где тот был рукоположен в сан иеромонаха.

В следующем году Афанасий вновь покинул монастырь Святого Духа и направился в качестве наместника игумена Леонтия Шитика в Дубойнский монастырь под Пинском, также подначаленный виленской монашеской обители, где и провел в заботах о братии, постах и молитвах три года.

В 1636 году ярый сторонник католического прозелитизма Альбрехт Радзивилл, нарушая изданные королем Владиславом IV «Статьи успокоения», силой изгнал из Дубойнского монастыря православных насельников, чтобы передать обитель иезуитам, которые незадолго до того стараниями того же Альбрехта обосновались в Пинске. Афанасий, будучи не в силах противостоять магнату и удержать монастырь, составил жалобу с повествованием об учиненном беззаконии, но этот письменный протест, подписанный множеством православных, не принес положительных результатов.

Изгнанный из святой обители, Афанасий Филиппович пришел в Купятицкий монастырь к игумену Иллариону Денисовичу. Обитель эта была основана в 1628 году вдовою брестского каштеляна Григория Войны Аполлонией и ее сыном Василием Коптем при чудодейственной иконе Божией Матери, написанной внутри креста, некогда сожженной татарами, а после чудесно явившейся посреди пламени. Здесь, под святым покровом «малой размерами, но великой чудесами» иконы, и проживал блаженный Афанасий в сердечной дружбе с иноком Макарием Токаревским.

Этот Макарий в 1637 году привез от митрополита Петра Могилы универсал, позволяющий сбор «ялмужны» — подаяния на восстановление Купятицкой монастырской церкви. И вот, по совету братии монастыря и благословению игумена, в ноябре 1637 года Афанасий Филиппович отправился собирать пожертвования. Для этого он решился на достаточно смелые действия: направило Москву, чтобы, собирая пожертвования, искать защиты Православия у Московского царя. Незадолго перед дорогой ему было видение, которого сподобился и игумен обители: в пылающей печи горел король Сигизмунд, папский нунций и гетман Сапега. Это видение Афанасий счел благим предзнаменованием скорого торжества Православия. Непосредственно же перед уходом в Московию Афанасий, молясь в церковном притворе, видел сквозь окошко икону Богородицы и услышал какой-то шум и голос от иконы «Иду и Я с тобою! », а после заметил и умершего за несколько лет перед тем диакона Неемию, промолвившего: «Иду и я при Госпоже моей!» Так, заручившись обетованием чудесного покровительства Пресвятой Богородицы, простившись с братией и получив благословение игумена, Афанасий отправился в путь.

Прибыв в Слуцк, он встретился с неожиданными трудностям: архимандрит Самуил Шитик отнял у него митрополичий универсал по той причине, что Филиппович не имел права делать сборы на территории, не относящейся к Луцкой епархии. Когда же в конце января 1638 года конфликт был разрешен, Афанасий со своим спутником Волковицким направился в Кутейно просить игумена Иоиля Труцевича, связанного с наиболее известными представителями рос-сийского духовенства, посодействовать в переходе границы в Московию (над границей был усилен надзор из-за того, что казаки, опасаясь расправы после недавнего бунта, бежали из Речи Посполитой в Россию).

Взяв у игумена Иоиля рекомендательные письма «карточек, сведочных о себе», — Филиппович направился в Копысь, Могилев, Шклов и вновь возвратился в Кутеинский монастырь, где наместник Иосиф Сурта рекомендовал пробраться в Московское царство через Трубчевск. Сбившись с дороги и едва не утонув и Днепре, ограбленные и избитые на одном из постоялых дворов, путешественники добрались, наконец, до Трубчевска. Однако и здесь их ждала неудача; князь Трубецкой категорически отказался выдать им пропуск, подозревая в них лазутчиков.

Вынужденный возвратиться, Афанасий посетил по дороге Човский монастырь, где один из старцев посоветовал ему сделал попытку перейти границу в районе Новгород-Северского при содействии тамошнего воеводы Петра Песечинского. Паломник с благодарностью принял добрый совет и пересек границу у села Шепелево.

Однако на этом не закончились трудности Афанасия: по пути в Москву у него произошла размолвка с послушником Онисимом, потерявшим надежду добиться поставленной цели.

Наконец, ходоки пришли к вратам столицы. В Москве они остановились в Замоскворечье, на Ордынке, где в марте 1638 года Афанасий составил записку царю, излагая свою миссию и историю путешествия в виде дневника. В этой записке Афанасий показал бедственное положение Православной Церкви в Речи Посполитой развернув картину насилий и надругательств над Православием, умолял Российского государя заступиться за русскую веру. Он также советовал царю сделать на воинских хоругвях изображение Купятицкой Божией Матери, с помощью которой удалось совершить столь трудное и небезопасное путешествие. Записка эта вместе с изображением чудотворного образа была передана царю. В итоге Афанасий был принят в Посольской избе, где, видимо рассказал и о готовящемся самозванце. Уже в следующем году в Польшу была послана комиссия во главе с боярином Иваном Плакидиным для выявления самозванцев; донесение главы комиссии подтвердило сведения Афанасия (Памятники русской старины. СПб. 1885. Т.8).

В цветоносное, Вербное воскресенье Афанасий покинул Москву с щедрыми пожертвованиями для Купятицкой церкви, 16 июня прибыл в Вильну, а в июле достиг пределов родной обители.

В 1640 году братия Брестского Симеонова монастыря, лишившаяся игумена, послала в Купятицы прошение благословить к ним игуменом Афанасия Филипповича либо Макария Токаревского. Выбор пал на Афанасия, который направился в Брест. Здесь он оказался в самом центре борьбы Православия с унией, ибо Брест был городом, в котором появилось на свет и как нигде больше распространилось «греко-католичество». Еще ранее все 10 православных храмов города были превращены в униатские, и только в 1632 году православному братству удалось возвратить храм во имя Симеона Столпника с монастырем при нем, а в 1633 — церковь в честь Рождества Богородицы.

Униаты, однако, не прекратили своих посягательств, и вскоре игумену Афанасию пришлось разыскивать «фундации» на православные храмы: было найдено и занесено в городские книги магде-бургии шесть документов XV века, относящихся к брестскому Никольскому братству, объединявшему монастыри Рождества Богородицы и Симеона Столпника. Найденные игуменом документы давали основания к юридическому оформлению прав Рождество-Богородичного братства, и брестский подвижник отправился в сентябре 1641 года в Варшаву на сейм, где получил 13 октября королевский привилей, подтверждавший права братчиков и позволяющий приобрести в Бресте место для постройки братского дома.

Но привилей этот надлежало ратифицировать у канцлера Альбрехта Радзивилла и подканцлера Тризны, которые отказались, даже за 30 талеров, которые мог предложить им игумен, заверить привилей своими печатями, ссылаясь на то, что «под клятвою запрещено им от святого отца папежа, чтобы более уж вера греческая здесь не множилась». Не смогли помочь игумену Брестскому и собранные на сейме православные епископы, опасавшиеся, что в борьбе за меньшее можно потерять большее, вызвав волну новых преследований со стороны властей. Игумен Афанасий, однако, укрепленный в правоте своего дела благословением чудотворной иконы, вновь сделал попытку заверить данный привилей, — и вновь безуспешно. Тогда он явился на сейм и обратился непосредственно к королю с официальной жалобой — «супликой», — требуя, «чтобы вера правдивая греческая основательно была успокоена, а уния проклятая уничтожена и в ничто обращена», угрожая монарху Божией карой, если он не обуздает диктат Костела.

Обличение это, произнесенное 10 марта 1643 года, привело короля и сейм в сильнейшее раздражение. Игумена Афанасия арестовали и заключили вместе с соратником его диаконом Леонтием в доме королевского привратника Яна Железовского на несколько недель — до сеймового разъезда. Лишенный возможности разьяснить причины своего выступления, игумен Брестский возложил на себя подвиг добровольного юродства, и 25 марта, на празднование Благовещения Пресвятой Богородицы, бежал из-под стражи и, встав на улице в каптуре и параманте, бия себя посохом в грудь, принародно произнес проклятие унии.

Вскоре он был схвачен и вновь заключен под стражу, а после окончания сейма предан церковному суду. Суд, для успокоения властей, временно лишил его иерейского и игуменского сана и отправил в Киев на завершительное разбирательство консистории. В ожидании окончательного постановления суда преподобный Афанасий подготовил объяснительную записку на латыни, ибо предполагался приезд правительственного обвинителя. Вдали от раздраженной Варшавы и верховных властей суд, проходивший под председательст-вом ректора Киево-Могилянской коллегии Иннокентия Гизеля, постановил, что Афанасий уже искупил свой «грех» заключением, и поэтому ему предоставляется свобода и возвращается священнический сан. Митрополит Петр Могила подтвердил это решение и 20 июня отправил преподобного в монастырь Симеона Столпника с посланием, в котором предписывалось быть более осторожным и сдержанным в церковных делах.

Так преподобный Афанасий возвратился в Брест, где и прожил «в покое время немалое». Покой этот был весьма относительным, ибо не прекращались непрерывные нападения на обитель иезуитских студентов и униатских священников, оскорблявших и даже избивавших православных иноков.

Рассчитывая получить поддержку у новогородского воеводы Николая Сапеги, считавшегося патроном Симеонова монастыря, и в уповании на то, что он поможет исхлопотать охранную грамоту для православных берестейцев, преподобный Афанасий отправился в Краков, занимаясь одновременно сбором пожертвований для своей обители. К сожалению, поддержки вельможного воеводы найти не удалось, и преподобный направился к московскому послу князю Львову, проживавшему в то время в Кракове и занимавшемуся расследованием о самозванцах. Встретившись с ним, Афанасий рассказал о своем путешествии в Москву, а также сообщил множество фактов о Яне-Фавстине Лубе, предъявив одно из его последних посланий, определенные фрагменты которого давали основания возбудить против самозванца судебное расследование.

Вызванный из Кракова в Варшаву письмом варшавского юриста Зычевского, который сообщал 3 мая 1644 года, что его усилиями грамота, порученная Афанасием к заверению у канцлера, уже снабжена необходимыми печатями, и требовал выкупить привилей за шесть тысяч злотых, преподобный Афанасий безотлагательно направился в столицу. Но, когда при проверке оказалось, что привилей не внесен в королевскую метрику и, следовательно, не имеет законной силы, игумен отказался выкупить фиктивный документ.

Вернувшись в Брест из Варшавы, преподобный Афанасий заказал в бернардинском монастыре копию Купятицкой иконы и поместил ее в своей келии; вдохновленный этим образом, он приступил к сложению новой публичной жалобы, с которой рассчитывал выступить на сейме 1645 года. Для этого же он подготовил несколько десятков копий рукописной «Истории путешествия в Москву» с изображением Купятицкой иконы Божией Матери.

Планам Афанасия не суждено было сбыться: за несколько недель до открытия сейма, летом 1645 года он был арестован и под конвоем отправлен в Варшаву в качестве заложника за увезенного в Москву Лубу. Несмотря на ежедневные допросы и пытки, ободряемый своими последователями, о чем свидетельствует, к примеру, письмо некоего Михаила от 1 июня, игумен Брестский не прекратил публичной полемической деятельности и написал «Новины», в которых поместил свой собственный духовный стих, самостоятельно положенный на музыку:

Даруй покой Церкви Своей, Христе Боже,
Терпети болт не вем, если хто з нас зможе.
Дай помощ от печали,
Абысмы вцели зостали.
В вере святой непорочной в милы лета,
Гды ж приходят страшные дни в конец света.
Вылучаеш, хто з нас, Пане,
По правици Твоей стане.
Звитяжай же зрайцов: первой униатов,
Препозитов, также и их номинатов,
Абы болш не колотили,
В покою лет конец жили.
Потлуми всех противников и их рады,
Абы болшей не чинили гневу и здрады
Межы греки и рымляны,
Гды то люд Твой ест выбраный.
Будь же сыном Православным, униате!
Ест покута живым людем, милый брате!
Христос то тебе взывает
И Пречистая чекает...

На протяжении полугода создавал неутомимый воин Христов целый ряд статей, названия которых говорят за себя: «Фундамент беспорядка Костела Римского», «Совет набожный», «О фундаменте церковном», «Приготовление на суд». Составил он и прошение королю Владиславу, поданное 29 июня 1645 года. Не зная о судьбе этого послания, игумен написал еще одну, третью «суплику» которая была подана одним из сторонников преподобного в королевскую карету во время выезда монарха.

Суплика эта обратила на себя внимание короля, но просьба об освобождении не имела никаких последствий, несмотря даже на то что 23 июля посол Гавриил Стемпковский уговорил нового Российского государя Алексия выпустить Лубу под поручительство короля и панов. Впрочем, когда королю попытались передать статью игумена Брестского «Приготовление на суд», тот, воскликнув «не надо, не надо уже ничего; сказал его выпустить!», не захотел принять игумена.

Вместе с тем, король Владислав предложил митрополиту Петру Могиле вызвать к себе преподобного Афанасия и поступить с ним так, как сочтет нужным. Но в то же время тюремные власти подстрекали узника к побегу, чтобы получить формальное основание для его убийства. Игумен не поддался на эту провокацию, терпеливо ожидал «порядного из тюрьмы выпущения» особенно когда возник слух, что его согласился выслушать сам король. Видимо, позже сенаторы все же убедили монарха не встречаться с лишенным свободы Брестским игуменом.

3 ноября 1645 года преподобный Афанасий в сопровождении конвоя был отправлен в Киев, где пребывал в келии Печерского монастыря. Здесь он «для ведомости людям православным» трудился над соединением всех своих трудов в единое произведение — «Диариуш». 14 сентября 1646года, стремясь вновь заявить о своей невиновности и правоте, преподобный вновь решился на это в образе юродивого Печерской монасырской церкви. Объясняя позднее это действие, он написал «Причины поступку моего таковые в церкве святой Печаро-Киевской чудотворной на Воздвижение Честного Креста року 1646» — статью, ставшую последней в его жизни.

Спустя три с половиной месяца после упомянутых событий, 1 января 1647 года скончался митрополит Петр Могила. На погребение митрополита приехали все православные епископы Речи Посполитой, среди которых был и Луцкий иерарх Афанасий Пузына. Уезжая, он взял с собой преподобного игумена Брестского в качестве духовного лица, принадлежащего к его епархии и после настойчивых прошений брестских братчиков отправил игумена в его монастырь.

Но недолгими были мирные времена. В марте 1648 года началось восстание, во главе которого стоял Богдан Хмельницкий; еще через месяц умер король Владислав. В это время в Речи Посполитой начали действовать чрезвычайные — каптуровые — суды, и 1 июля 1648 года капитан королевской гвардии Шумский сделал донос на преподобного Афанасия, которого арестовали сразу после Божественной литургии в Рождество-Богородичной церкви.

Обвинитель докладывал суду о пересылке игуменом неких посланий и пороха казакам Богдана. Преподобный опротестовал это заявление, потребовав предоставления свидетельских показаний со стороны обвинения. Обыск, проведенный в монастыре, не дал результатов. Когда об этом было доложено инспектору-обвинителю, тот в сердцах проговорился: «Ей же, чтоб вас поубивало, что не подбросили какого ворка пороха и не сказали, будто здесь у чернецов нашли!» Впрочем, неспособные доказать собственную клевету, обвинители выдвинули другое, главное свое обвинение, и по нему решили, наконец, расправиться с праведником, который «унию святую оскорблял и проклинал».

Понимая, что ищут лишь повода к его убийству, преподобный Афанасий заявил судьям: «Затем ли, милостивые Панове, приказали мне в себя придти, что я оскорблял и проклинал унию вашу? — Так я на сейме в Варшаве пред королем... и сенатом его пресветлым говорил и всегда всюду говорил по воле Божией. И перед вами теперь утверждаю: проклята уния ваша...»

После недолгого совещания судьи объявили игумена заслуживающим смертной казни. До получения из Варшавы окончательной санкции преподобный Афанасий, закованный в колодки, был посажен в цейхгауз. Когда же в Брест приехал католический луцкий бискуп Гембицкий и канцлер Литовского княжества Альбрехт Радзивилл, не сломленный игумен и в их присутствии заявил, что уния проклята Богом. На это бискуп ответил: «Будешь язык свой завтра перед собой в руках палача видеть!»

В ночь на 5 сентября в камеру Афанасия был послан студент-иезуит, чтобы сделать последнюю попытку склонить к измене Православию непоколебимого игумена. Попытка эта не имела успеха, и тогда с мученика сняли колодки и повели к брестскому воеводе Масальскому, который в раздражении бросил: «Имеете уже его в своих руках, делайте же с ним, что хотите!»

Из обоза воеводы гайдуки привели мученика в соседний бор у села Гершановичи, начали пытать его огнем принуждая отречься от Православия, а после приказали одному из них застрелить преподобного. Этот гайдук, который рассказал позже о гибели мученика людям, и среди них — автору повести об убиении преподобномученика, «видя, что это духовник и добрый его знакомый, сначала попросил у него прощения и благословения, а потом в лоб ему выстрелил и убил... покойный же, уже простреленный двумя пулями в лоб навылет, еще, опершись на сосну, стоял некоторое время в своей силе, так что приказали столкнуть его в ту яму. Но и там он сам повернулся лицом вверх, руки на груди накрест сложил и ноги вытянул...»

Лишь 1 мая, через восемь месяцу после этого злодейства какой-то мальчик семи или восьми лет показал симеоновской братии место, где лежало тело игумена. Земля в том месте не была освящена и принадлежала иезуитам. Монахи выкопали тело и, испросив позволения у полковника Фелициана Тышкевича, перенесли останки преподобномученика в монастырь, где погребли в храме Симеона Столпника «на правом клиросе в склепике».

Нетленные мощи игумена Афанасия, положенные в медной раке, привлекали множество богомольцев, так что и само существование монастыря, весьма бедного со дня его основания, поддерживалось преимущественно доходами от молебных песнопений у мощей, прославленных чудотворениями.

Уже спустя десять лет после мученической кончины Брестского игумена 5 января 1658 года Киево-Печерский архимандрит Иннокентий Гизель и Лещинский игумен Иосиф Нелюбович-Тукальский доложили царю Алексею Михайловичу, что над мощами преподобного мученика Афанасия неоднократно сиял чудесный свет.

Память о святом мученике с тех пор сохраняется в народной памяти. Вскоре после кончины было написано сказание о гибели его и сложено церковное песнопение в его честь; существует также тропарь и кондак, написанные архимандритом Маркианом 30 августа 1819 года. Когда было установлено официальное празднованне — неизвестно, однако Афанасий Брестский именуется преподобным мучеником, причисленным к лику киевских святых, еще в «Истории об унии» святителя Георгия Конисского.

8 ноября 1815 года при пожаре в Симеоновской церкви расплавилась медная рака с мощами святого Афанасия, и уже на следующий день священник Самуил Лисовский нашел частицы мощей мученика и положил их на оловянном блюде под алтарем монастырской трапезной церкви. В 1823 году при принятии церковного имущества новым настоятелем Автономом подлинность их была засвидетельствована присяжными показаниями семи брестских жителей, присутствовавших при собирании частиц мощей после пожара. Вскоре Минский архиепископ Антоний по просьбе Автонома распорядился «положить мощи в ковчег и хранить оные в церкви с благоприличием».

20 сентября 1893 года был возведен храм во имя святого преподобномученика Афанасия Брестского в Гродненском Борисоглебском монастыре, а осенью следующего года частица его святых мощей была перенесена в Леснинский женский монастырь.

Господь прославил многочисленными чудотворениями останки Своего угодника. В ноябре 1856 года помещик Поливанов, возвращавшийся из-за границы, был вынужден остановиться в Бресте по причине неожиданной болезни своего десятилетнего сына. Когда мальчик был уже при смерти, отец просил священника принести ковчежец с мощами преподобного Афанасия. Когда умирающий ребенок прикоснулся к святым мощам — он полностью исцелился. Тогда же святыня была положена в позолоченную раку, а в 1894 году над ней была изготовлена сень с изображением святого Афанасия. Еще одно чудо — исцеление смертельно больного протоиерея Василия Соловьевича — произошло 14 мая 1860 года.

Духовный подвиг угодника Божия засвидетельствован в надписи над его гробом:

О матко моя Церкви Православна,
В которой правдиве мешкает Бог здавна!
Тобем помогал речью и словами
Я, Афанасий. И всеми силами,
А найвенцей о том своего стараня
3 Боскогом, власне, чинил розскозаня,
Абы не была унея проклятая
Тут, толко ты одна, Церкви святая!
Тепер мусилем юж так уступити,
О кривду твою будучи забитый
От рук шляхетских под час козаччизни
В Берестю Литовском, на своей отчизни.
Пред се ты, Церкви, туши добре собе!
Бог еще будет Сам помочен тобе!
Найзрит з Своей святой столици
До тебе, бедной, скажоной винници.
Хто в сердцу имя Христово меть буде,
Того Он в Царствии Своем не забуде.
Он ми дал, жем стал в Вилни законником,
Тут игуменом, а впред священником.
Тот же ми казал и тепер знать давати,
Же юж пришол час Сион ратовати. Амин

0

92

Новомученик Нектарий (Трезвинский), епископ Яранский

Память 23 июля/5 августа
Епископ Нектарий (Трезвинский) родился в селе Яцки, Васильковскаго уезда Киевской губернии.

Трех лет он остался без родите­лей. Нестора взял на воспитание протоиерей местной церкви Вышинский, который затем передал мальчика своему зятю, священнику Трезвинскому, от него и получил Нестор свою фамилию.

В 1902 г. Нестор (Трезвинский) поступил в Киевскую духовную семинарию. Окончив    ее, жил послушником в монастыре, затем служил в церкви села Яцки. С 1911 по 1915 г. учился в Киевской духовной академии. В 1914 г. в Киево-Печерской лавре принял монашеский постриг в мантию. Осенью 1915 г. вступил в армию священником 1-го Туркестанскаго стрелковаго полка. В 1917 г. окончил Киевскую духовную академию со степенью кан­дидата богословия.

С 13 декабря 1917 г. о. Нектарий — иеромонах Александро-Невской лавры, в 1920—1921 гг. — настоятель собора в Ямбурге. По ложному до­носу о. Нектария заключили в петроградскую тюрьму «Кресты», по «делу Александро-Невской лавры». В январе 1922 г. он был освобожден по амнистии и отправлен в Киево-Печерскую лавру, где пробыл до 1923 г. Это было время, когда большевики пытались расправиться с Православ­ной Церковью с помощью обновленческаго раскола.

Воспользовавшись заключением Патриарха Тихона, «живоцерковники» организовали свое Высшее церковное управление (ВЦУ), которое отличалось грубым нарушением канонов и приняло раболепную позицию по отношение к советской власти. Не примкнувший к обновленцам, о. Нектарий по возвращении из Киева оставался за штатом полтора года. В начале 1924 г. епископ Венедикт назначил о. Нектария благочинным монастырей и подворий Петрограда.

В мае 1924 г. Патриарх всея Руси Тихон возвел его в сан епископа с назначением в Витебск. Неуспел преосвященный принять епархию, как власти взяли с него подписку о невыезде из Петрограда. В декабре 1924 г. Патриарх Тихон назначил епископа Нектария в вятски й город Яранск. В это время Церковь в Яранске страдала от обновленцев, призывавших к пересмотру церковных канонов, приспособлению их к новой власти. Однако, верныя чада Православной Церкви послали к Патриарху Тихону члена церковного совета Успенскаго собора Я.А. Чернышева с просьбой дать им своего епископа. Им и стал Нектарий Трезвинский. С первых дней святительского служения  епископ Нектарий начал  безкомпромиссную и безстрашную борьбу с обновленцами. С его приездом, кафедральный Свято-Троицкий собор из обновленческого вновь стал православным.  В этом богоугодном церковном деле епископу помо­гали настоятель кафедрального собора прот. Сергий Знаменскй, староста собора Иван  Васильевич Охотников, прихожане Николай Иванович Стародумов, братья Михаил и Яков Чернышевы .

27 февраля 1925г. прот. Сергий Знаменский рапортом  доложил в Москву: «Ныне под духовным водительством епископа Нектария она (Церковь) вся православная».

Получив рапорт, патриарх Тихон подчеркнул имена упоминав­шихся в нем подвижников Православия и надписал сверху: «14 марта 1925 г. Указанными здесь лицам изъявляю благодарность и призываю на них Божие благословение. Патриарх Тихон». Эта надпись была сделана патриархом за три недели до его кончины.

Не успокаиваясь победой Православия в Яранске и постоянно встре­чая противодействие местных властей, свят. Нектарий выезжал в окрестные селения и подчинял себе обновленческие церкви, боролся за сохранение устоев Тихоновской Церкви. «Духовенство сейчас гонимо, пришло время антихристово. Советская власть должна принести покаяние, прекратить репрессии и в корне изменить политику к Церкви», — проповедовал свят. Нектарий.

Когда епископ Нектарий получилъ приглашение принять участие в подготовке к обновленческому собору, он ответил посланием: «Богомерзскаго обновленческаго движения отрицаюся и анафематствую оное. Богомерзкий, разбойничий т.н. соборъ 1923 года в Москве со всеми его постановлениями анафематствую. Со всеми примкнувшими къ сему обно­вленческому соблазну обещаюсь не имети каноническаго общения. Право­славные вятичи! Волк в овечьей шкуре, обновленец архіепископ Іосифь обратился к верующим... Блюдите, православные, како опасно ходите. Дние лукави суть»...

В том же послании епископ Нектарий называет обновленческое духовенство безблагодатным, их таинства — не имеющими силы, евхаристию — не совершающейся (остаются простые хлебъ и вино). Он призыва­ет не ходить в обновленческий собор и, следовательно, не участвовать в их съезде (т.н. соборе 1923 г. — ред.).

С января 1925 г. епископ Нектарий окормлял более 40 приходами истин­но православных христиан. Вот как онъ описывает в одном из прото­колов допроса, относящееся к этому времени посещение известного своей духовностью иером. Матвея: «Перед отъездом из Яранска (май 1925 г.) я пешком ходил в починок Ерши, который находится на расстоянии 35 верст от города. Там проживает иеромонах старец Матфей. Ходил для того, чтобы посмотреть, как он живет и отдать ему свой долг».

Иеромонах Матфей былъ насельником Пророчицкой обители, после ея закрытия в 1921 г., поселившейся в селе Ершово, где и скончался в 1927 г. Там, вокруг него сплотились православные, не принявшие обновленчества. Поскольку «живоцерковни­ки» в то время прилагали все силы к захвату приходов и насаждению среди верующих своих раскольнических взглядов, епископ Некта­рий и отправился в Ершово за советом. Уже заполноч он подошел к маленькому домику, скрытому высоким кустарником. «Господи Іисусе Христе, Сыне Божій, помилуй нас» — произнес владыка у двери. Изъ-за нея, словно бы его давно ждали, послышалось негромкое: «Аминь». Дверь открылась и о. Матфей в полном монашеском облачении, смиренно испрашивая благословения, встретить владыку. Подойдя к иконам, владыка осенил себя крестным знамением, а о. Матвей тихо воспел: «Мученицы Твои, Господи, во страданіях своих венцы пріяша нетленныя...» Отъ этихъ словъ тропаря мученикам у епи­скопа Нектария мороз пробежал по коже. Он и не думал, что так скоро получит от старца ответь на все свои вопросы.

25 мая 1925 г. органы ГПУ арестовали епископа «за проведение анти­советской агитации». По постановлению особого совещания при коллегии ОГПУ от 13 ноября 1925 г. епископ Нектарий был осужден на 3 года Соловецкого концлагеря по обвинению в «использовании религиозных предрасудков масс с целью свержения рабоче-крестьянской власти». На Соловках его определили в рыболовную артель, был он также и сторожем. Епископ Нектарий был одним из тех, кто подписал известное обращение к правительству репрессированных церковных иерарховь.

На Соловках епископ Нектарій былъ близок и сослужил епископам Виктору Глазовскому (Островидову), Илариону Поречскому (Вель­скому) и Максиму Серпуховскому (Жижиленко), также не принявшими декларацию 1927 г.    После лагеря епископ Нектарий по совету епископа Виктора посе­лился в Казани.

Митр. Мануил (Лемешевский) пишетъ о нем: «В 1927 или 1928 г. он уволен на покой. 4 марта 1928 г. отделился отъ митропо­лита Сергия. (Сам епископ Нектарий пишет, что он отделился отъ митр. Сергия 8 февр. 1928 г. Но фактически он порвал с ним раньше, в 1927 г. — ред.).

В октябре 1930 г. упоминается какъ епископ, запре­щенный в священнослужении»... Далее м. Лемешевский приводить от­вратительную ложь, которой сергіане пытались опорочить непоколебимаго борца за церковную истину и про которую сам владыка Нектарий пи­шет в своем послании: «против нас, противников сергианства, не побрезгуют никакими безнравственными мерами, как-то допросами, ложными слухами, подпаиванием водкой горланов на приходских собраниях и прочее. Так, про меня Сергий напечатал: я якобы посвятил в попа двоеженца, чего я и во сне не видел»... В действительности к этому времени относится другой случай. Владыка Нектарий постриг, в монашество и рукоположил во диакона раба Божия Александра из села Оштаншурга. Это был препростый человек, отличавшийся прозорливо­стию». Иеродиакон Александр был арестован в 30-хъ гг. и сподобился исповеднической кончины в тюрьме, в Кировской области".

Когда владыка Нектарий жилъ въ Казани, то он иногда заходил въ сергианско-обновленческие храмы, но не участвовал в богослужении и да­же не общался со священниками, а просто прикладывался к иконам и слушал пение. Однажды, когда владыка в очередной раз стоял в таком храме, то диакон совершавший каждение, сталь кадить владыке Нектарию по архиерейскому чину троекратно. Однако владыка отвернулся от него и не преподал своего архиерейского благословения. Был еще въ это время и такой случай: умерь один человек, родственники пришли к владыке и просили его совершить отпевание, а владыка Нектарий спросилъ — в какую церковь ходил усопший? Выяснилось, что в официальную, тогда владыка им и говорить: «Ну, пусть они его и отпевают».    Отношение епископа Нектария к происходящему в России видно из его слов, сохраненных в дневнике его единомышленника по Казани проф. Я.Я. Галахова: «Христіанство и соціализмь непримиримы... Отно­шеніе Церкви къ советской власти должно быть такимъ, какимъ оно можетъ быть къ царству сатаны... Сталинъ решилъ ликвидировать кулака. Во что обойдется этоть опытъ народу, какихъ кровавыхъ слезь онъ будетъ стоить миллионамъ народа, руководители сказать не могуть. Лучшая часть крестьянства русскаго обречена въ жертву соціалистическому молоху».

30 авг. 1930 г. епископ Нектарий быль арестован по делу о контрреволюционной организации «Истинно-православная церковь», которая якобы существовала в Татарии и южныхърайонах Кировского края, и 26 янв. 1932 г. заключен в концлагерь сроком на 10 лет в числе других 33-хъ священнослужителей. Епископа Нектария заключают в Соловецкий лагерь, где он внов участвует в катакомбных богослужениях иосифлян. Во второй половине 30-х годов, его переводят в Прорвинский исправительно-трудовой лагерь Западно-Казахстанской об­ласти. И здесь епископ ревностно проповедовал Христа, защищал и отстаивал истинное Православие

2 авг./8 сент. 1937 г. по постановлению особой тройки при УНКВД За­падно-Казахстанской области новосвященномученик Нектарій был казненъ в г. Гурьеве.

В январе 1992 г. он был реабилитирован.

ЖИТИЕ СВЯЩЕННОМУЧЕНИКА МИХАИЛА НАКАРЯКОВА
http://www.ruskalendar.ru/upload/iblock/96f/96fee1b0f651623adef96b0128caaeb0.jpg

Священник Михаил Накаряков родился в 1866 г.; служил в Преображенской церкви села Усолье неподалеку от города Соликамска(1). В храме о. Михаил был третьим священником; прихожане больше других любили его, особенно за милосердие и нестяжательность. Если нужно было что попросить, то всегда просили у о. Михаила. Кроме служб в храме, он преподавал Закон Божий в церковно-приходской школе, преподавал с любовью и благоговением к предмету. Когда собирались пожертвования в храме на подарки детям из бедных семей, то сборщики сначала подходили к о. Михаилу, зная, что он даст больше всех, а после него другим будет неловко пожертвовать меньше, и скуповатый настоятель храма, хотя и был недоволен щедростью о. Михаила, но уже сам давал столько же. На Пасху о. Михаил обходил дома бедняков и раздавал деньги, иной раз говоря: "это на обувь", "это на подарки детям".
В июне 1918 г. после ареста архиепископа Андроника священники Пермской епархии перестали служить. Таково было распоряжение Владыки, отданное им еще до ареста: если власти арестуют кого-либо из священнослужителей, перестать служить всем, пока не отпустят; и народу так объяснить – чтобы требовали освобождения священника. Священники прекратили служить. Вместе со всеми перестал служить о. Михаил. Власти, опасаясь народного возмущения, стали вызывать священников в ЧК, чтобы заставить их исполнять требы. Был вызван и о. Михаил. В ответ на угрозы он сказал:

– Я клятву давал перед крестом при рукоположении – подчиняться своему архиерею. И пока он не отдаст распоряжения – венчать, отпевать – я служить не буду. Вы его отпустите, и тогда я буду совершать требы.

Через несколько дней о. Михаил был арестован и отправлен в тюрьму Соликамска.

Под Ильин день епископ Феофан (Ильминский) за всенощной просил прихожан усердно молиться об о. Михаиле, так как тому грозил расстрел. Весь народ молился о нем, многие плакали, после всенощной прихожане выбрали представителей для переговоров с властями. Они предложили местным властям отпустить о. Михаила под залог; те отказали:

– Он слишком популярен, собрал вокруг себя народ, его слишком многие слушаются.

Тем временем было решено его убить, но чтобы избежать народного возмущения, объявили, что священника Михаила Накарякова отправят на принудительные работы в Чердынь. Некоторые солдаты стражи были из местных крестьян, они хорошо знали о. Михаила и раскрыли обман.

В те дни священник находился в тюрьме на Усолке. 3 августа отсюда взяли на расстрел троих заключенных – врача, офицера и о. Михаила; к каждому арестованному приставлено было по два конвоира; они, помогая священнику забраться на телегу, заговорили с ним вполголоса:

– Батюшка, мы тебя везем расстреливать, а нам тебя жалко. Мы все помним тебя, ты нас учил, помогал семьям. Не можем мы тебя убить. Мы будем стрелять в воздух, а ты падай, а то иначе тебя застрелим, а мы этого не хотим.

– Нет уж, что распорядились делать со мной ваши начальники, то и делайте, – сказал священник.

Приехали на место казни в лес. Врач и офицер были сразу расстреляны: конвоиры повели о. Михаила в глубь леса и стали стрелять поверх головы. Священник стоял напротив красноармейцев, когда-то своих прихожан, и молчал. Тогда один из конвоиров подошел к о. Михаилу вплотную и с такой силой ударил его прикладом, что священник потерял сознание. Очнувшись, он увидел: смеркается, какие-то впереди тени мелькают. Он пошел прямо на них и натолкнулся на трупы врача и офицера, а неподалеку красноармейцы усаживались на телегу. Священник стал читать отходную молитву.

– А поп-то еще жив, – сказал один из них и в темноте несколько раз выстрелил наугад.

Пули попали в правую руку, в левую ногу и в грудь священника.

На следующий день красноармейцев послали закапывать трупы. Подъезжают и видят – о. Михаил сидит на пне.

– Батюшка, ты разве жив? Как же мы будем тебя живым закапывать? Ну, ладно, может, обойдется, повезем тебя отсюда.

Выкопали могилу, засыпали землей тела расстрелянных, посадили о. Михаила на телегу и повезли. Но везти через села священника, приговоренного к расстрелу и не расстрелянного, истекающего кровью, было опасно, и, желая от него поскорее избавиться, красноармейцы спросили:

– Батюшка, скажи, куда тебя спрятать?
– Вы меня не прячьте, – спокойно ответил тот.

Тем временем въехали в село, стали спрашивать жителей, кто бы приютил священника. Но ужас от деятельности карательных большевистских отрядов столь был велик, что никто из крестьян не решился предоставить приют раненому. Поехали к дому приходского священника, но тот, увидев издалека красноармейцев и раненого священника, замахал руками, делая знаки, чтобы они скорее проезжали мимо. Просили конвоиры, чтобы кто-нибудь из жителей хотя бы перевязал раны. Но то ли жестокосердный все попадался народ, который, как зачарованный, не мог очнуться от ужаса какой наводили повсюду большевики, то ли неверующий, а может быть не верили в искренность красноармейцев, но только никто не согласился предоставить священнику кров и перевязать раны. Поехали дальше. В соседней деревне женщина напоила о. Михаила парным молоком, но приютить отказалась, и конвой повез его дальше, и так привезли обратно в тюрьму. В камеру его поместили вместе с белым офицером Пономаревым, и священник рассказал ему обо всем, что с ним произошло, и добавил:

– Знай, что если будут меня забирать и будут говорить, что на работу – это значит поведут на расстрел.

Действительно, на следующий день тюремная стража объявила о. Михаилу и офицеру, чтобы собирались на работу. Памятуя слова священника, Пономарев приготовился к худшему. Их вывели во двор. Один из конвоиров ударил священника прикладом по голове – легонько, второй стукнул с другой стороны, и так били по очереди, пока не убили.

Поглощенные убийством о. Михаила палачи забыли об офицере. Он тем временем перебрался через забор, бросился в реку и спрятался за сваей моста. Обнаружив его отсутствие, стража кинулась на поиски, но они ни к чему не привели. Пономарев видел, как красноармейцы приволокли тело священника на берег реки, привязали к нему большой камень, раскачали и бросили в воду.

На следующий день женщины пришли на берег полоскать белье. На середине реки, крестообразно раскинув руки, с крестом на груди лежал замученный накануне священник. Женщины подняли крик, отовсюду стал сбегаться народ, и известие быстро дошло до чекистов. К реке подогнали лошадь, красноармейцы выловили из воды тело священника, положили на телегу и повезли из города. Чудо было явное, и за неходко катившейся телегой пошла толпа народа. Красноармейцы пытались отогнать народ то руганью, то угрозами, но это не помогло, и они стали стрелять поверх голов, но люди продолжали идти. Выстрелили по толпе, некоторых ранили, и тогда только остановили народ.

Жена о. Михаила приехала домой в Усолье в трауре; ее стали навещать прихожане и спрашивать:

– Родная матушка, где же наш батюшка? Где наш кормилец? Что с ним?

Она подробно обо всем рассказала. Через несколько дней представители властей предупредили ее: если будешь о своем муже рассказывать, сама туда же пойдешь.

Епископ Феофан отслужил по о. Михаилу всенощную, поминая его на службе священномучеником, о котором не только мы молимся, сказал владыка, но и он молится о нас перед Богом. После всенощной он позвал сына о. Михаила – Николая, служившего диаконом в Троицком храме в Перми, и сказал:

– В память твоего отца-мученика будешь рукоположен в сан священника. Иди вслед за отцом.

После рукоположения о. Николай служил в селе Кольцове. Часто по церковным делам он бывал в Перми, куда переехали его мать и сестры. В одну из таких поездок село Кольцово захватили красные.

– Где поп? С белыми удрал? – спрашивали они прихожан.
– Нет, он поехал в Пермь по церковным делам, – пытались их убедить прихожане.
– Нет, удрал! – настаивали красноармейцы.

Видя, что большевики твердо решили арестовать священника, прихожане отправили доверенного человека в Пермь предупредить о. Николая, чтобы он не возвращался в село, так как красные собираются его расстрелять и дом его уже разграблен.

Для о. Николая это известие оказалось большим потрясением. Утром он пошел в храм и, остановившись среди народа, долго со слезами молился. После службы к нему подошла монахиня и спросила:

– Батюшка, о чем вы плачете?

Ему было тогда 24 года, выглядел он моложе своих лет, и ей было странно, о чем может так горько плакать молодой священник.

– Да как же мне не плакать? Приехал я в Пермь по церковным делам и тут узнаю, что дом мой в селе отобрали, имущество разграбили и меня хотят расстрелять.

Монахиня предложила о. Николаю поехать вместе с ней в Бахаревский монастырь, в это время оставшийся без священника. Он согласился. Игумения монастыря, мать Глафира, нашла для него и его семьи квартиру, собрали необходимую одежду, отыскали, чем квартиру обставить. Место о. Николаю понравилось, и он начал служить.

В Успенский пост 1919 г. священник ехал из Перми в монастырь, путь лежал через лес. Здесь навстречу ему вышли два красноармейца.

– А, поп, выходи из телеги, – остановили они его. – Мы тебя сейчас расстреляем.

Молча о. Николай вышел, они стали напротив, вскинули винтовки, чтобы стрелять, и один из красноармейцев сказал:

– Нет, садись на телегу, езжай, не надо нам тебя.

Молча о. Николай сел в телегу, поехал. Потрясение было, однако, столь сильным, что, приехав в монастырь, он тяжело заболел. Болезнь развивалась стремительно, сопровождаясь сильными головными болями. На третий день по приезде в монастырь он скончался.

После мученической кончины о. Михаила власти долго преследовали его семью, лишали продуктовых карточек, не допускали детей учиться в школе, но семья молитвами мученика жила безбедно. Господь не оставлял их. Бывало, кто-нибудь из детей или матушка выйдет утром из дома, а на пороге – пакет с едой, припорошенный снегом, с запиской.

Некоторые прихожане поминали о. Михаила как мученика и обращались к нему в своих молитвах. Один из учеников приходской школы, где преподавал о. Михаил, стал священником, был во время гонений арестован, и в заключении, видя неминуемое приближение смерти, стал усердно молиться мученику, чтобы сподобил Господь пережить заключение и выйти на волю. И Господь молитвами священномученика Михаила исполнил его просьбу: он дожил до конца срока и еще долго прослужил потом в храме.

Брат жены о. Михаила, священник Павел Конюхов, служил после смерти своего отца, протоиерея Василия, в Троицкой церкви. При храме он организовал школу для детей из бедных семей, кто не мог отдать своих детей в гимназию. Кроме других учителей, в школе преподавали сам о. Павел и его жена Елизавета, учившая детей рукоделию и церковному пению. Местные жители так и называли – школа о. Павла. Образование в ней давалось такое, чтобы выпускники могли работать учителями. После революции школа была закрыта, но храм продолжал служить.

Арестовали о. Павла в 1935 г. Формальным поводом для ареста послужил донос, что священник помянул за литургией убиенного Императора Николая с супругой. Вместе с о. Павлом были арестованы священники Алексей Дроздов, Петр Козельский, Феодор Долгих и миряне Панкратов и Лаптев. Все они скончались в заключении. Одна из сестер о. Павла была замужем за священником Сергием Баженовым, который служил под Екатеринбургом и здесь был замучен большевиками...

Святии новомученики и исповедники Российстии, молите Бога о нас!

–––-
(1) Отец Михаил был женат на дочери протоиерея Василия Конюхова, который служил в Троицкой церкви в Перми. Отец Василий был первым священником и настоятелем Троицкого храма, а сын его, Павел, последним, и при нем, в 1935 году, храм был закрыт.

Новомученики, исповедники и подвижники благочестия Российской Православной Церкви, прославленные на Архиерейском Соборе 2000 г

Отредактировано Тугодум (04.08.2013 18:58)

0

93

Мученица Христина Тирская
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails/__190/-_201/__1392/___20120326_1570126131.jpg

Мученица Христина жила в III веке. Она родилась в богатой семье. Отец ее Урван был правителем города Тира. В возрасте 11 лет девочка отличалась необыкновенной красотой, и многие хотели жениться на ней. Однако отец Христины мечтал о том, чтобы дочь стала жрицей. Для этого он поместил ее в особое помещение, где поставил множество золотых и серебряных идолов, и велел дочери воскуривать пред ними фимиам. Две рабыни прислуживали Христине.
В своем уединении Христина стала задумываться над тем, кто же сотворил этот прекрасный мир? Из своей комнаты она любовалась звездным небом и постепенно пришла к мысли о Едином Творце всего мира. Она убедилась, что безгласные и бездушные идолы, стоявшие в ее покоях, ничего не могли сотворить, так как сами были сотворены руками человека. Она стала молиться Единому Богу со слезами, прося Его открыть Себя. Душа ее разгоралась любовью к Неведомому Богу, она все более усиливала молитву, соединяя ее с пощением.
Однажды Христина удостоилась посещения Ангела, который наставил ее в истинной вере во Христа, Спасителя мира. Ангел назвал ее невестой Христовой и предвозвестил ей будущий страдальческий подвиг. Святая дева разбила всех стоявших у нее идолов и выбросила их за окно. Отец Христины Урван, посещая свою дочь, спросил ее, куда исчезли идолы? Христина молчала. Тогда, призвав рабынь, Урван узнал от них правду. В гневе отец начал бить дочь по щекам. Святая дева сначала безмолвствовала, а потом открыла отцу свою веру в Единого Истинного Бога и что своими руками она уничтожила идолов. Тогда Урван приказал убить всех прислуживавших дочери рабынь, а Христину предал жестокому бичеванию и бросил в темницу. Узнав о случившемся, мать святой Христины с плачем пришла к дочери, прося ее отречься от Христа и вернуться к отеческим верованиям. Однако Христина осталась непреклонной. На другой день Урван призвал дочь на суд и начал ее уговаривать воздать поклонение богам, просить прощения за свой грех, но увидел твердое и непреклонное ее исповедание.
Мучители привязали ее к железному колесу, под которым развели огонь. Тело мученицы, поворачиваясь на колесе, обжигалось со всех сторон. Затем ее бросили в темницу.
Ангел Божий явился ночью, исцелил ее от ран и подкрепил пищей. Отец, увидев ее наутро невредимой, приказал утопить в море. Но Ангел поддержал святую, камень погрузился, а Христина чудесно вышла из воды и явилась к своему отцу. В ужасе мучитель отнес это к действию волшебства и решил наутро казнить ее. Ночью же сам неожиданно умер. Присланный на его место другой правитель, Дион, призвал святую мученицу и также пытался склонить к отречению от Христа, но, видя ее непреклонную твердость, вновь предал жестоким мучениям. Святая мученица Христина долго была в темнице. К ней стали проникать люди, и она обращала их к истинной вере во Христа. Так обратилось около 3000 человек.
На место Диона прибыл новый правитель Юлиан и приступил к истязаниям святой. После различных мучений Юлиан велел бросить ее в раскаленную печь и затворить в ней. Через пять дней печь открыли и нашли мученицу живой и невредимой. Видя происходящие чудеса, многие уверовали во Христа Спасителя, а мучители святую Христину зарубили мечом.

Страдание святой мученицы Христины

В городе Тире1 один муж высокого рода, по имени Урван, которому принадлежала власть игемона, имел дочь, молодую отроковицу, увидевшую еще в ранних годах своей юности Бога Создателя своего; претерпев мужественно множество лютых мук, она положила за Него и свою душу.

Когда она родилась, отец и мать дали ей имя Христины, что было не по их языческому мудрствованию, но по Божию предусмотрению: это самое имя, как бы некоторое пророчество, предзнаменовывало, что отроковица, пришедши в возраст, сделается христианкой, Христовой рабой и невестой, и мученицей. Когда ей минуло одиннадцать лет, сказалась необыкновенная красота ее, и не было среди отроковиц, подобных ей по красоте. Тогда отец, желая охранить ее от человеческого взгляда, устроил ей помещение в чрезвычайно высокой палате, приставил к ней лучших рабынь и, поместив там изображения своих богов из золота и серебра, приказал ей повседневно возносить им фимиам и покланяться. Многие из знатных и богатых людей, слыша о красоте девицы, желали каждый иметь ее за своим сыном в супружестве. Когда же они умоляли о том отца Христины, то Урван отвечал:

– Ни за кого не отдам моей дочери, но посвящаю ее моим богам: чрезвычайно возлюбили ее милостивые боги, и пусть для них пребудет она девственницею, служа им всегда!

Отроковица Христина, возрастая годами и разумом, так как Бог просвещал и вразумлял ее Своею благодатью, начала приходить к познанию истины. Так, взирая в окошечко на небо и на небесные светила, из созданий познавала Создателя и, убедившись в бесчувственности и пустоте бездушных идолов, не захотела приносить им курения и покланяться, но, смотря на восток, на небо, в вышину, вздыхала и плакала, говоря сама в себе:

– Доколе пребудут сердца людей потемненными, доколе останется омраченным их неразумный смысл, который не обращается к Господу Богу, сотворившему небо и землю и украсившему их такою заметною для глаз красотою?

Рассуждая так сама в себе, она начала покланяться Единому, Живущему на небесах, истинному Богу и со слезами молилась Ему, да откроет Он ей Себя, дабы она точно узнала Того, к Кому зажглось любовью ее сердце. Когда же она пробыла достаточно дней в молитве и посте, то сподобилась посещения от милости Божией: ибо явился ей ангел Господень, осенил ее крестным знамением, нарек невестою Христа, совершенно наставил ее в Богопознании и возвестил ей о подвигах страдания, именно, – что за Единого в Троице Бога она будет истязуема от трех мучителей; укрепив ее на подвиг, он дал ей, так как она взалкала от пощения, вкусить чистый хлеб. После этого ангельского явления, отроковица утешалась духом и радовалась о Боге Спасе своем, благодаря Его, что Он посетил рабу Свою посланием к ней святого ангела; с тех пор она начала еще с большею теплотою молиться Господу и утешаться любовью к Нему. Исполнившись ревностью к Богу, она начала, по одному, брать и сокрушать золотых и серебряных идолов и, раздробив их на части, поздно вечером выбросила из окошка вниз на улицу; утром же проходившие мимо собрали то раздробленное золото и серебро.

Однажды игемон Урван, желая посетить сою дочь и поклониться своим богам, вошел в ту высокую палату и, не увидав идолов, спросил Христину:

– Где боги?

Она же молчала. Тогда, призвав рабынь, он спрашивал и их о богах, а те рассказали ему о том, что сделала с идолами его дочь. Разгневавшись, он начал бить дочь по щекам, прибавляя:

– Куда дела богов?

Но она не хотела ему отвечать. Потом, не сразу открывши честные уста свои, исповедовала Единого истинного Бога, живущего на небесах, Создателя всего. Так называемых богов, золотых и серебряных, назвала бесами – идолами и рассказала, как она сокрушила их своими руками. Тогда, исполнившись величайшей ярости, Урван изрубил мечом всех рабынь, а дочь подверг различным мукам: сначала секли ее без пощады прутьями и бичами, а потом связанную бросили в темницу. Узнав об этом, мать, с плачем и рыданиями, поспешила к ней и увещевала отвратиться от Христа и вернуться к отеческим богам. Но Христова мученица не только не хотела слушать слов матери, но в таких словах отреклась от нее самой:

– Не называй меня твоею дочерью. Разве не знаешь ты, что я ношу имя Христово, какого имени не сподобился никто из нашего рода? по имени и по делам я уж не вашего рода, а Христова; я стала родственницею Христа – Царя небесного, я Его раба и дочь; Он мне отец, мать и Господь!

Долго, таким образом, мать плакала и, не успев ничего, ушла в горести. Когда прошла ночь и настал день, Урван, подвигутый бесом злобы на лютость, забыв о естественном чувстве любви к дочери, воссел в судилище, желая мучить святую Христину не как свою кровную дочь, но как чужую и великую злодейку.

Когда вели святую из темницы на место суда, многие женщины, видя ее, говорили:

– Бог рабы Твоей Христины! помоги ей, потому что она прибегнула к Тебе!

Вот Христова агница стала перед Урваном, не как перед отцом, но как перед мучителем и плотоядным зверем, и стал соблазнять ее хитростью родитель:

– Жалею о тебе, дитя мое, и умоляю тебя приступи к великим нашим богам и принеси им вместе со мною жертву, чтобы они помиловали тебя и простили тебе грех твой, в коем ты виновна перед ними. Если же ты не сделаешь этого, то ты не дочь мне, и я тебя не помилую.

– Великую радость доставишь ты мне, отвечала святая, если не будешь называть меня твоею дочерью: потому что ты – слуга сатаны, а я раба Христова и уж не твоя дочь, потому что Отцом мне – Создатель мой.
Воспламенившись великою яростью, Урван приказал отроковицу повесить на мучилище обнаженною, строгать и дробить острым железом ее чистое девическое тело. И до такой степени было остругано тело, что показались голые кости. Когда она была отвязана от виселицы и увидела лежавшие на земле части своего тела, отпавшие во время пытки, то, собравши их, бросила в лицо отцу со словами:

– Ешь мясо твоей дочери.

Он, еще сильнее разъярившись, распростер святую Христину на железном колесе мучилища, приказал зажечь под нею огонь и горячим маслом поливать ее тело. Тело святой Христины, повертываемое колесом на огне, пеклось, как рыба или мясо для снеди. Для человека, особенно женщины, невозможно было остаться живою от такого мучительства, но Бог хранил жизнь рабы Своей и укреплял ее для прославления святого Своего имени и на унижение язычников. Святая Христина, мучимая таким образом, славила Бога и молилась Ему. Святые же ангелы невидимо предстояли ей, облегчая ее мучения. В то же время по Божию повелению, неожиданно от огня отделился огромный пламень и устремился на стоявших вокруг нечестивых, и спалило их до тысячи человек. Урван же, не зная, что более сделать с мученицею, приказал бросить ее в темницу; здесь ангел Господень явился ей во время молитвы и исцелил ее от язв и сделал ее совершенно здоровою; он дал ей и пищу, которую принес; мученица подкрепилась и славословила Бога. После того отец приказал бросить ее в море; слуги, взяв рабу Христову, посадили ее в лодку, отвезли далеко от берега и, навязав большой камень на шею, бросили в пучину. Ангел Божий принял ее и отвязал камень от шеи; камень погрузился, а святая, поддерживаемая руками бесплотного, ходила по водам, как посуху; и так море было для нее купелью святого крещения, которого она так жаждала. Светлый облак осенил ее и был свыше голос, провещавший над нею имя Святой Троицы, как требует того чин святого крещения, и увидела святая Христина Господа, явившегося ей и изрекшего ей наполняющие радостью слова. Вышедши на сушу, она явилась пред лицом своего родителя и ужаснула его. В самом деле удивлялся и ужасался нечестивец, видя святую отроковицу, вышедшею из моря живою. Но и в таком чуде он не усмотрел Божией силы, а счел его за действие волшебства. Он повелел снова бросить мученицу в темницу, намереваясь на утро казнить ее мечом. Но в ту ночь сам, неожиданно посеченный косою смерти, погиб на веки, а святая осталась жива, прославляя и благодаря Бога.

После неожиданной погибели Урвана, прислан был от царя, на его место, другой (игемон) по имени Дион, и ему было сообщено о заключенной в темнице Христине. Он, выведши ее из темницы и представив ее на свой суд, сначала пытался ласкательством увлечь мученицу к богоотступничеству; когда же нашел ее непоколебимой в святой вере, долго мучил ее, подвергнув бичам, стругая железными когтями и паля огнем. Он приказал сильно разжечь железную сковороду, протянуть на ней обнаженную святую и вертеть, поливая кипящим маслом и смолою, принуждая ее поклониться идолу Аполлона, стоявшего там поблизости. Но мученица, как адамант2 пребывала тверда в постоянстве исповедания пресвятого имени Иисуса Христа. Идола же Аполлона своею молитвою она разрушила, и когда идол упал и обратился в прах, тогда и правитель Дион упал в землю и умер. Бес, обитавший в кумире, когда разрушилось его обиталище, унес душу своего ревностного служителя и водворил ее с собою в аду, а святую мученицу приняли опять оковы и темница. И не бесследно было страдание девы Христовой, потому что многие из народа, видя такие чудеса, славили Единого Бога Иисуса Христа, и уверовало в Него до трех тысяч душ, и приходили обращавшиеся к святой, содержавшейся не малое время в темнице, и она учила их, пока не прибыл в город Тир иной правитель, по имени Юлиан.

Он, призвав святую к суду, также подверг ее различным мукам: сначала разожгли огромную печь и три дня раскаляли ее; потом бросили туда мученицу и закрыли, и пять дней пробыла там, в печи, святая отроковица Христина, не тронутая огнем, как в древности вавилонские отроки (Дан.3 гл.); как будто сидя в чертоге, пела она, славя Бога. Ибо с нею были ангелы Господни, орошая и прохлаждая печь, и с ее пением соединяли свое, так что воины, стоявшие на страже у печи, слышали голоса поющих. Когда, спустя пять дней, открыли печь, святая оказалась цела и невредима, ничуть не тронутая огнем, и прославлялся Бог христианский, а языческое нечестие посрамлялось. Игемон же, ослепленный сатанинскою злобою, не познал в этом Божией силы, но называл такое удивительное чудо волшебством. Желая во что бы то ни стало преодолеть непреодолимую, он призвал волхвов и кудесников, умеющих заговаривать всяких гадов, и приказал им своим чарами собрать множество змей, ехидн и скорпионов и всех их пустить на мученицу, чтобы они причинили ей смерть своими ядовитыми укусами. Когда же пустили гадов на святую, ни один из них не причинил ей вреда, хотя и ползали они вокруг и даже обвивались по ее телу. Около стоял главнейший из кудесников, который своим нашептыванием и хитростями поощрял гадов, чтобы они поражали укусами отроковицу. Но те, по Божию повелению, с силою устремились на своего чарователя и тотчас причинили ему смерть своими укусами. А святая сказала гадам:

– Именем Иисуса Христа повелеваю вам, ползающим змеям, ехиднам и скорпионам: идите каждый на свое место, никому не вреди!

И гады тотчас расползлись в разные стороны. Спустя некоторое время, смилосердившись над умершим от гадов, она воскресил его, помолившись Господу, и сделал то, что он стал христианином. И не только он, но многие, видя такие дивные чудеса, уверовали в Господа. Князь же, разъярившись, приказал отрезать ей девственные сосцы и потекло из ран молоко вместо крови. Тогда отрезали ей язык, прославлявший Христа Бога. Мученица же и после того, как отрезали ей язык, говорила ясно и, схватив отрезанный язык, бросила в лицо князю и попала ему в глаза:

– Ешь, – сказала, – нечестивец, мои члены!

И ослеп князь от этого прикосновения языка к глазам, а святая еще с большею силою благословляла Бога, а идолов и идолослужителей поносила. Игемон же, не снося более обидных слов святой Христины и гневаясь за свое ослепление, приказал предать ее смерти. Тогда святая была проколота железными копьями от воинов, и предала непорочная дева и великая мученица Христова святая Христина свою честную и святую душу в руки Господа своего. Столь великую силу явил в лице ее Господь, что три лютых мучителя не возмогли одолеть одной отроковицы. Один из рода святой Христины, веровавший во Христа, взял многострадальное тело ее и похоронил с честию. Всё это происходило в царствование у римлян и греков нечестивого Севера, в великое царствование у христиан Господа Иисуса Христа, Которому честь и слава со Отцом и Святым Духом, ныне и всегда и во веки веков, аминь3.

Примечание:

1 Тир на острове Волсены (в нынешнем Тосканском герцогстве), впоследствии, по преданию, будто бы поглощенный водою; другие разумеют известный город Тир на Востоке, и нужно заметить, что память св. Христины издревле особенно чтилась на Востоке.
2 Т. е. алмаз.
3 По другим, более вероятным, известиям св. Христина пострадала около 300 года в царствование Диоклитиана.

+1

94

Преподобный Макарий Желтоводский, Унженский
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_171/__917/______20110805_1400852871.jpg

Память: 25 июля/7 августа

Преподобный Макарий Желтоводский, Унженский родился в 1349 году в Нижнем-Новгороде в семье благочестивых родителей. В двенадцать лет он тайно ушел от родителей и принял иноческий постриг в Нижегородской Печерской обители от святого Дионисия (впоследствии архиепископа Суздальского; † 1385; память 26 июня). Со всем пылом юношеской души он отдался делу спасения: строжайший пост и точное исполнение иноческих правил отличали его перед всеми братиями.
Только через три года родители преподобного Макария узнали, куда он скрылся. Отец пришел к нему и слезно умолял сына лишь о том, чтобы он вышел повидаться с ним. Преподобный Макарий разговаривал с отцом через стену и сказал, что увидится с ним в будущей жизни. "Протяни мне, по крайней мере, свою руку", - просил отец. Сын исполнил эту малую просьбу, а отец, поцеловав протянутую руку сына, возвратился домой. Тяготясь славой, смиренный Макарий удалился на берег реки Волги и подвизался здесь в пещере близ озера Желтые воды. Здесь он твердым воздержанием и терпением преодолевал брань врага спасения. К преподобному Макарию собрались любители безмолвия, и в 1435 году он устроил для них обитель во Имя Пресвятой Троицы. Здесь он начал проповедовать христианство окрестным черемисам и чувашам, и крестил магометан и язычников в озере, получившем название святого. Когда в 1439 году казанские татары разорили обитель, преподобного Макария взяли в плен. Из почтения к его благочестию и благотворительной любви хан отпустил святого из плена и вместе с ним освободил до 400 христиан. Но с преподобного Макария взяли слово не селиться при Желтом озере. Преподобный Макарий с честью похоронил избиенных в его обители и отправился за 240 верст в галичские края. Во время этого переселения все путники, по молитвам преподобного, питались чудесным образом. Дойдя до города Унжа, преподобный Макарий поставил в 15 верстах от города на берегу озера Унжа крест и построил келлию. Здесь он основал новую обитель. На пятом году своей жизни в Унже преподобный Макарий заболел и преставился в возрасте 95 лет.
Еще при жизни преподобный Макарий был наделен благодатным даром: он исцелил слепую и бесноватую девушку. После кончины преподобного многие получали исцеление от его мощей. Иноки воздвигли над его гробом храм и установили в обители общежитие. В 1522 году татары напали на Унжу и хотели ободрать серебряную раку в Макариевой пустыни, но ослепли и, обезумев, бросились бежать. Многие из них утонули в Унже. В 1532 году молитвами преподобного Макария спасся от татар город Солигалич, и благодарные жители устроили в соборном храме придел в честь святого. Более 50 человек по молитвам преподобного Макария получили исцеление от тяжелых недугов, как это установила комиссия, посланная Патриархом Филаретом 24 июня 1619 года.

+1

95

Преподобная Евпраксия-девственница

http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2012-07/1343768109_evp07-1.jpg

При императоре Феодосии  Великом жил в царственном городе сенатор Антигон, близкий к императору и по родству, и по служебным отношениям, умный на словах и на деле, советник благожелательный, честно управлявший Ликией, человек сострадательный и очень богатый. Император любил его не только как сенатора, но и как христианина, всегда готового дать добрый совет. Супруга его, благочестивая Евпраксия, также была в родстве с домом императора и делала богатые приношения храмам и монастырям. Бог благословил добрую чету рождением дочери, названной в честь матери также Евпраксией. Благочестивый христианин Антигон тогда сказал супруге: «Напрасно мы тратим наши дни, если не заботимся о спасении душ. Бог дал нам дочь; довольно для нас, и не будем более делить ложа». 

Антигон спустя год после обета мирно скончался.

Император скорбел о потере человека, которого по строгости его правил и опытному уму заменить было некем, и старался утешить вдову. Когда дочери исполнилось пять лет, император объявил себя ее опекуном и посоветовал матери обручить ее с сыном честного и богатого сенатора. Евпраксия-старшая согласилась с умным советом и приняла подарки. Между тем, ее собственной руки домогался вельможа и втайне от императора просил способствовать этому его супругу. Императрица согласилась помочь. С величайшим изумлением выслушала Евпраксия предложение, сделанное от имени императрицы, и, ни секунды не раздумывая, наотрез отказала искателю. Император, узнав об этом, был очень недоволенсвоей супругой.

Всем была известна решимость Евпраксии служить Господу, и делать ей предложение о браке значило незаслуженно ее оскорблять. С печалью замечая, что неумный поступок императрицы стал причиной холодности между царственными супругами, Евпраксия отправилась в Египет якобы для осмотра своих имений. В монастырях, которые встречались подороге, она оставляла щедрые подаяния. 

Тавеннская женская обитель настоятельницы Феодулы славилась строгостью правил. «Тут не употребляли ни вина, ни яблока, ни винограда, ни финика, ни другого чего-либо приятного для вкуса. Иные не вкушали даже и елея. Одни постились с вечера до вечера, другие принимали пищу через день, а некоторые через два или три дня. Ни одна не мыла ног своих; иные, услышав о бане, смеялись и считали это за гнусность, нетерпимую для слуха. Для каждой постелью была земля, покрытая власяницей в локоть ширины и в три длины. Одежда их была из шерсти и доходила до пят. Каждая работала сколько могла. Болезнь принимали за благословение Божие и терпеливо переносили страдание, если не посылалось исцеление Господом. Ни одна не выходила за ворота обители. Была привратница, через нее передавались все ответы. Вся забота их была о том, как угодить Господу молитвенными помышлениями. Потому что Бог творил здесь много знамений, подавая исцеления для приходивших сюда».

Глубоко пораженная такой жизнью инокинь, Евпраксия часто бывала в этой обители с дочерью, которой шел восьмой год, дарила свечи и ладан. Раз она сказала настоятельнице:

- Хочу пожертвовать обители золота, дабы вы молились за рабу Божию Евпраксию и отца ее Антона.

Игуменья отвечала:

- Госпожа моя благородная! Рабыни твои не требуют ни золота, ни имений; они все оставили, чтобы заслужить вечные блага, и всего мирского чураются, страшась лишиться Царства Небесного. Чтобы ты не опечалилась на нас, принеси нам елей для лампад и ладан для кадил, и за то будет тебе награда. 

Настоятельница любила заниматься с маленькой Евпраксией. Девочке очень нравилось в монастыре, и когда пришла пора уходить, она заявила матери, что желает остаться. Ей объяснили, что в обители нельзя остаться иначе, как дав обет посвятить себя Христу. Девочка спросила:

- А где Христос? 

Игуменья показала ей на образ Спасителя. Евпраксия-младшая кинулась к иконе, поцеловала ее и твердо произнесла:

- Истинно, искренно я даю обет Христу и домой больше не возвращусь.

Настоятельница разрешила ей переночевать  в монастыре, полагая, что утром девочка передумает. Но и на следующий день ее намерение не изменилось. Настоятельница заметила,что если она хочет остаться, должна выучить Псалтырь наизусть,  поститься до вечера и мало спать. Ребенок согласился на се, лишь бы ей позволили жить в монастыре.

Любовь Евпраксии к Господу была выше нежной привязанности к единственной дочери. Она подвела девочку к образу Спасителя и, подняв руки к небу, с громким плачем просила Господа принять дитя под Свой покров. Затем передала дочь настоятельнице. Спустя несколько дней игуменья облачила девочку в монастырскую одежду. Мать обняла ее, простилась с настоятельницей и, вступая в одинокую жизнь, решила избрать и себе новую дорогу.

Она продолжала дело щедрого милосердия, стала строже к себе самой - прекратила употребление вина, мяса, рыбы, ела один раз  в день, и только овощи. Император, услышав о перемене ее жизни, изумился, но был рад за нее.

Остаток жизни Евпраксии-старшей прошел в духовных подвигах, строгом посте и молитвах. О ее кончине было открыто настоятельнице обители, где осталась ее дочь. Она видела во сне Антигона, окруженного светом и просившего у Господа дозволения привести свою супругу. Настоятельница объявила об этом самой Евпраксии.

Когда мать передала дочери весть о своей близкой смерти, Евпраксия-младшая, нежно привязанная к матери, зарыдала. Чтобы утешить свое дитя, мать напомнила ей об обете любить выше всего Господа Иисуса.

- Вот тебе,- говорила она, - мое материнское завещание: люби Господа Иисуса с трепетом благоговения, уважай сестер твоих, не смей никогда думать, что они ниже тебя и могут служить тебе. Будь нищей в мыслях своих, чтобы пользоваться сокровищами духовными. Ты теперь владеешь всем состоянием моим - доставляй нужное для обители. Моли об отце твоем и обо мне, да дарует Бог нам милостивое прощение.

Спустя три года она скончалась и была похоронена в обители.

Узнав о смерти Евпраксии-старшей, император известил сына сенатора, что его нареченная приняла иночество. Сенатор, не желая с этим мириться, упросил императора написать Евпраксии-младшей, чтобы она возвратилась в Константинополь и вступила в обещанный брак. Получив послание, Евпраксия отвечала: «Неужели хочешь ты, добрый император, чтобы раба твоя оставила Христа вечного для человека смертного? Ведь он может завтра быть пищею червей. Повели лучше этому человеку не беспокоить тебя более изабыть о той, которая не в состоянии нарушить обета, данного Господу».

Письмо Евпраксии было прочитано в сенате и ее решение сообщено жениху. Все поняли, что юная Евпраксия - достойная дочь Антигона и Евпраксии, святая поросль благочестивых родителей, и никто более не думал  о ее возвращении в мир. Император повелел немедленно со всей точностью ее желания относительно наследственного имущества. Это было перед самой смертью императора (395).

Евпраксии было тогда 12 лет, но ее успехи в духовной жизни были несоизмеримо выше возраста. Освободившись от имущественных забот, она полностью отдалась служению Господу. Любовь к покаянию привела ее к усиленному посту: сначала она ела один раз в сутки, потом - раз в двое-трое суток. Несмотря на хрупкое телосложение, Евпраксия трудилась наравне с другими. Ее наставницей стала сестра Юлия, советы которой помогали бороться с искушениями, которые по молодости лет одолевали юную подвижницу.

Опытная настоятельница также молилась с сестрами за отроковицу и незримо вела ее по ступеням к высокой жизни. Евпраксия в точности следовала и безукоризненно выполняла все требования, даже если порой они задевали ее самолюбие.

В 20 лет Евпраксия стала настоящей красавицей, и настоятельница подвергла ее жестокому испытанию, приказав перетаскать груду камней с одного места на другое. Камни были тяжелые, но Евпраксия справилась. Тогда игуменья велела перетаскать их на прежнее место. Евпраксия выполнила и это требование. Тридцать раз настоятельница приказывала таскать камни с одного места на другое, и Евпраксия молча переносила их, будто перинки. Такая покорность изумила сестер - не ведали они, что силы Евпраксии, чтобы выполнить послушание, дарил сам Господь. 

Твердость Евпраксии в подвижничестве была редкая. Однажды, после сильного искушения, она выпросила у настоятельницы дозволение провести неделю без пищи - такой пост держала только настоятельница. Она читала целые часы вслух сестрам, готовила им трапезу, прибирала, чистила, мела в монастыре, колола и носила дрова, месила тесто и пекла хлеб. Это были ее ежедневные труды. И она успевала все делать так, что никто не оставался недовольным. Вместе с тем, она считала, что не вправе ни днем, ни ночью освобождаться от всех молитв и служб. При всех трудах ее силы не только не истощались, а, наоборот, крепли.

В монастыре была сестра Германа, которая завидовала Евпраксии. Низкого происхождения, несносного характера, она была из тех, кто живет в монастыре на испытание другим. Германа упрекала Евпраксию в лицемерии и честолюбии, относя к ним все ее труды и подвиги. Она уверяла, что послушница постится, чтобы унижать других и заслужить место настоятельницы, которого  с нетерпением ждет. Евпраксию не оскорбляли упреки Германы, она кротко объясняла, что постится по воле игуменьи.

Игуменья призвала к себе злобную сестру и, назначив ей особое послушание, сказал, что она недостойна жить с другими. Евпраксия, не помня зла, стала упрашивать игуменью, наставницу Юлию и других сестер простить бедную Герману, и виновная была прощена. Блаженная с точностью выполняла заповедь апостола: «Не воздавайте злом назло или ругательством на ругательство; напротив - благословляйте».

Между тем, молодую послушницу ожидали новые испытания, казалось, все злые силы ополчились против нее. Одно за другим последовали трагические события: доставая воду, она упала в колодец; в другой раз сверзлась с верхнего этажа здания; на нее опрокинулся котел с горячей пищей; она рассекла себе ногу, когда колола дрова для кухни. И только особое покровительство Господа избавляло Евпраксию от смерти.

Присутствие Духа Божьего в послушнице открылось случайно. Женщина принесла дитя, пораженное параличом, лишенное слуха и речи, и со слезами просила помолиться о его здоровье. По воле игуменьи Евпраксия приняла от матери ребенка. Осенив его крестным знамением, она сказала:«Бедненький! Да исцелит тебя милосердный Создатель!». Едва она пронесла его несколько шагов, как больной исцелился и, вырвавшись из рук святой девы, побежал, как будто и не был больным.

После этого игуменья поручила Евпраксии ухаживать за бесноватой, давно жившей в обители. Ее держали в цепях,  да и то не смели подходить близко, пищу подавали  в корзине на длинном шесте. Когда Евпраксия хотела ее накормить, женщина заскрежетала зубами и кинулась на нее. Святая дева погрозила несчастной жезлом настоятельницы - и бесноватая утихла, а потом приняла пищу. С тех пор Евпраксия без опасения прислуживала больной, к которой никто другой не смел подойти. Завистливая Германа раз вызвалась покормить эту несчастную, подошла к ней, но бесноватая бросила ее на землю, изорвала одежду, искусала и исцарапала. Евпраксия еле оттащила окровавленную сестру от бесноватой. Как-тонастоятельница сказала, что Евпраксия должна изгнать беса из больной. Святую деву глубоко смутило это поручение, и, простершись перед иконой Спасителя, она стала молить Господа о помощи. Когда Евпраксия отправилась к бесноватой, сестры следили за ней издали. Подойдя к несчастной, послушница воскликнула:

- Да исцелит тебя Господь мой, Иисус Христос, создавший тебя! - и сотворила на ее челе крестное знамение.

И вдруг все услышали неизвестно откуда раздавшийся голос:

- Как? Столько лет живу я тут, а эта нечистая и похотливая хочет выгнать меня?

Евпраксия ответила:

- Не я выгоняю тебя, а Господь Бог повелевает: выходи из нее!

Как ни упирался бес, наконец, при усердной молитве Евпраксии, с криком вышел. Послушница привела в порядок бедную женщину, жившую дотоле в отвратительной нечистоте, и привела к игуменье.

После того Евпраксия жила недолго, созрев для жизни небесной. О близкой ее кончине открыто было игуменье, которая, скрывая печаль о близкой потере, лишь за день открыла сестрам свое знание. Глубокая скорбь охватила сестер, сама Евпраксия, услышав извещение настоятельницы, упала без чувств в смирении своем она считала, что не готова к иной жизни. В слезах она обратилась к Господу, чтобы он дал ей хотя бы еще год земной жизни для покаяния в грехах и совершения богоугодных дел. Прослужив Господу двадцать лет, она смиренно думала, что у нее нет добрых дел для получения награды праведников. Тогда же у Евпраксии началась горячка. Игуменья и Юлия пробыли с больной всю ночь. Юлия умоляла Евпраксию упросить Господа, чтобы и ее забрали туда. Утром все сестры простились с умирающей, и под звуки тихих молитв Евпраксия сладко заснула вечным сном. Случилось это в 410 году, когда послушнице не было и тридцати лет.

Спустя три дня, проведенных в слезах, Юлия с радостью объявила игуменье, что по просьбе Евпраксии  и ее берут туда. На другой же день, простясь с сестрами, Юлия спокойно скончалась. Прошло не более месяца, когда и настоятельнице была возвещена та же милость. Она объявила о том сестрам и завещала им подражать блаженной Евпраксии, если они хотят разделить ее небесное блаженство. Потом игуменья заперлась в молельне, и на другой день ее нашли умершей. Евпраксия, Юлия и игуменья Феодула положены были в одной могиле. Биограф говорит, что Евпраксия в загробной жизни совершила множество чудес.

Дьяконица Олимпиада

http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2013-07/1374603112_olimpiada07-08-1.jpg

Олимпиада родилась в Константинополе в (IV в.), в знатной и богатой семье. Рано осиротевшую девочку воспитывала умная и добродетельная Феодосия, тетка святых Амфилохия и Григория Назианзина. В ранней молодости, потеряв жениха, с которым была обручена, Олимпиада пожелала посвятить себя служению Церкви и ближним. Однако многие искали руки высокообразованной, богатой и отличающейся редкой красотой Олимпиады; сам император Феодосий Великий желал устроить ее брак со своим родственником Елпидием, но она отказалась и от такого блистательного замужества, несмотря на то, что ей пришлось пострадать за противоречие воли императора. Отправляясь на войну, Феодосий приказал префекту взять под опеку имение Олимпиады под тем предлогом, что она слишком расточительна, лишив таким образом ее возможности помогать бедным. И вот, оскорбленная и огорченная, Олимпиада решилась написать императору: «Государь! Ты оказал мне милость, которая достойна не только государя, но и епископа: опекою, которую ты назначил над моими имениями, ты освободил меня от многих тягостных забот. Но для большего успокоения благоволи повелеть, чтобы все имущество мое было употреблено в пользу церкви и бедных. Я всегда опасалась суетного тщеславия, к которому легко располагается человек, раздающий свое богатство. Это временное благо: довольство собой и почетом со стороны людей могло бы лишить меня истинных благ - духовных и вечных...»

Вернувшись в 391 г. в столицу Феодосий велел возвратить Олимпиаде ее имущество, заметив при этом, что «такая умная и добродетельная личность, как Олимпиада, лучше всякого другого сумеет распорядиться своим достоянием».

И вот Олимпиада снова стала щедрой рукой тратить свое богатство на добрые дела: содержала больницы, выкупала из рабства пленных, строила церкви. Иоанн Златоуст, современник Олимпиады, сравнивал ее милосердие с обильной рекой, которая несет свои плоды до самых границ земли и обогащает море. Сама же Олимпиада ограничивалась удовлетворением только самых необходимых нужд. Она добровольно обрекла себя на жизнь труженицы, служа больным и бедным, никогда не ублажала себя развлечениями или отдыхом.

Патриарх Константинопольский Нектарий посвятил Олимпиаду в звание дьяконицы, служительницы церкви.

Олимпиада плакала и скорбела вместе с другими дьяконицами, когда Иоанн Златоуст был изгнан со святительского престола.

В ту ночь, когда он выехал со столицы, соборная церковь загорелась, и пожар распространился по городу. Враги Златоуста заподозрили в поджоге храма преданных ему людей. Префект Оптат вызвал на допрос и Олимпиаду.

- Для чего же произведен этот пожар? - спросил он у нее.

- Жизнь, которую я вела до сих пор, освобождает меня от твоих подозрений, - ответила Олимпиада. - Тот, кто потратил столько средств для построения храмов, не станет их поджигать.

Тем не менее префект потребовал от Олимпиады полного возмещения ущерба, нанесенного пожаром. Вслед за тем ей было приказано оставить столицу. Потрясенная вопиющей несправедливостью, она долго скиталась, не находя успокоения. Осенью 405 г. ее вызвали в столицу и обвинили в том, что она производит раздор в Церкви. Что она, первая дьяконица, поддерживает Иоанна Златоуста и отвращает народ от нового патриарха. Феофил Александрийский и императрица, ярые противники Златоуста, не могли простить Олимпиаде ее преданности святителю. Ее неоднократно призывали к суду, некоторые ее имения продавались с публичных торгов. Только переписка со святителем Иоанном утешала Олимпиаду и поддерживала в ней бодрость духа. «Перестань плакать, перестань мучить себя печалью, - писал ей духовный отец. - Что значит быть выброшенным из отечества, везде гонимым, жить в ссылке, влачиться по судам, терпеть оскорбления от людей, получавших тысячи благодеяний, - что все это значит,  когда в воздаяние за все это предстоит Небо?»

В последние годы жизни Олимпиада прервала отношения с миром и целиком предалась управлению общиной монахинь, но людская злоба не щадила ее и в этом уединении. В конце концов Олимпиаду и ее общину выслали из столицы в заточение, где дьяконица и преставилась (410).

+1

96

Преподобномученица Параскева Римская
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails/__190/-_198/__919/___20110807_1857481412.jpg

Память 26 июля/8 августа.

Преподобномученица Параскева была единственной дочерью родителей-христиан и с молодых лет посвятила себя Богу. Живя в родительском доме, она много времени уделяла молитве и изучению Священного Писания. После смерти родителей святая Параскева раздала все свое имущество нищим, приняла иночество и, подражая святым апостолам, начала проповедовать язычникам о Христе, многих обращая в христианство.
О ее деятельности было донесено императору Антонину Пию (138–161), и святая Параскева предстала перед судом. Бесстрашно исповедала она себя христианкой. Ни обещания почестей и материальных благ, ни угрозы мучениями и смертью не поколебали твердости святой и не отвратили ее от Христа. Она была предана зверским истязаниям. Ей на голову надели раскаленный шлем и бросили в котел с кипящей смолой. Однако силой Божией святая мученица осталась невредимой. Когда император заглянул в котел, святая Параскева бросила ему в лицо несколько капель раскаленной смолы, и он ослеп. Император стал просить ее об исцелении, и святая мученица исцелила его. После этого император отпустил святую Параскеву на свободу.
Переходя с проповедью Евангелия с одного места на другое, святая Параскева пришла в город, где правителем был Асклипий. Здесь святую опять судили и приговорили к смерти. Ее повели к огромному змею, жившему в пещере, чтобы он пожрал ее. Но святая Параскева сотворила над змеем крестное знамение и он тут же издох. Асклипий и горожане, видя такое чудо, уверовали во Христа и отпустили святую. Она продолжала свою проповедь. В городе, где правителем был некто Тарасий, святая Параскева приняла мученическую кончину. После жестоких истязаний ее обезглавили.

0

97

[color=red]Священномученик Пантелеимон Богоявленский, иерей[/color]

Память: 27 июля/9 августа
Новомученик, священник Пантелеймон Богоявленский родился около 1881 года в Псковской губернии в семье псаломщика Великолукского Богоявленского собора Иоанна Богоявленского.

Так как достоверных сведений о дате рождения о. Пантелеймона не обнаружено, то год его рождения установлен приблизительно, по дате окончания им Псковской Духовной семинарии. В дореволюционной России окончание семинарии, как правило, происходило по достижении семинаристом 21 или 22-летнего возраста. О детских и юношеских годах будущего священномученика также известно мало. В раннем возрасте Пантелеймон остался сиротой. Учеба в семинарии далась ему нелегко, поскольку за учебу необходимо было платить.

Псковскую Духовную семинарию Пантелеймон закончил в 1903 году по второму разряду и был определен на место псаломщика в Никольский храм Александровского Посада на Талабских островах. Именно в этом храме, где начал свою самостоятельную жизнь будущий священномученик, впоследствии служил известный всему православному миру подвижник благочестия XX столетия прот. Николай Гурьянов.

В годы юности будущего новомученика в Псковской епархии набирала силу деятельность нравственно-просветительского Братства Святых первоучителей славянских Кирилла и Мефодия. В состав его преимущественно входили представители епархиального духовенства. Круг задач Братства был весьма разнообразен, и Пантелеймон, став братчиком в числе членов-соревнователей, участвовал в его работе, перенимая опыт от старшей братии.

После 4 лет служения Пантелеймона псаломщиком на Талабских островах Арсений (Стадницкий), Архиепископ Псковский и Порховский, рукоположил его в сан диакона к церкви погоста Сенно Псковского уезда. Хиротония была совершена 3 июня 1907 г. за Литургией в Псковском Свято-Троицком кафедральном соборе. Погост Сенно, где полагал начало своим трудам в священном сане отец Пантелеймон, было известно своим древним храмом с отдельно стоящей колокольней и небольшим ухоженным кладбищем при них. Церковь в Сенно посвящена Святому Великомученику Георгию Победоносцу. Этот святой является одним из любимейших святых на Псковщине: псковичам приходилось не раз прибегать к молитвенной помощи этого победоносного воина в многочисленных бранях за свою землю. Рядом с Сенно находятся известные своими древностями — Старый Изборск, Псково-Печерский монастырь; земля изобилует святыми источниками. Будущий пастырь духовно возрастал и укреплялся под сенью этих великих православных святынь Псковского края.

Через год служения в диаконском сане, 30 сентября 1908 г., в день памяти священномученика Григория, просветителя Армении, диакон Пантелеймон был рукоположен во священника и определен к храму Казанской иконы Божией Матери Благовещенского Воронцовского женского монастыря.

Благовещенский женский монастырь, основанный как община в 1898 году по желанию двух родных сестер, помещиц имения Воронцово, был открыт попечением великого молитвенника русской земли св. прав. Иоанна Кронштадтского и игумений Леушинского монастыря Таисии (Солоповой). Монастырь располагался вдали от проезжих дорог в Холмском уезде, входящем в состав Псковской губернии. Св. прав. Иоанн Кронштадский пожертвовал 6000 руб. на устроение новой обители и сам освятил в ней домовую церковь во имя Казанской иконы Божией Матери. Леушинская игумения, имевшая опыт в устроении монастырей, отправила в обитель одну из своих лучших сестер, монахиню Таисию, впоследствии возведенную здесь в сан игумений. К1902 году община была преобразована в монастырь с уставным богослужением и обширным упорядоченным хозяйством. Обитель несла и социальное служение миру — брала на воспитание девочек-сирот. Подрастая, девочки по желанию оставались в монастыре или уходили в мир, имея за плечами опыт монастырского послушания. Отец Иоанн Кронштадский относился к Воронцовской обители как к своему детищу и имел о ней молитвенное и материальное попечение на протяжении всех последующих лет.
В 1902 году настоятель Псково-Печерского монастыря архимандрит Мефодий, благочинный монастырей Псковской епархии, по распоряжению священноначалия произвел в новой обители проверку. Результаты отец благочинный доложил Преосвященному Сергию (Панину): «... Всюду образцовый порядок – и в храме, и в трапезной, и в келиях, лучше которого и желать невозможно, всюду так и видится особенное молитвенное попечение об общине ее основателя, известного всему миру христианскому молитвенника — протоиерея о. Иоанна Сергиева».

Одна из почитательниц о. Иоанна Кронштадского, вдова богатого Петербургского чиновника, оформила на его имя дарственную на землю с постройками в г. Петербурге. О. Иоанн предоставил зарождающейся Воронцовской общине этот участок и благословил устроение на нем монастырского подворья. Вскоре в Петербургском подворье затеплилась монастырская жизнь. Игумения Таисия прислала в С. — Петербург послушниц, которые усердно трудились и «пусто место становилось свято». Иждивением и молитвами отца Иоанна был выстроен трехпрестольный храм с жилым корпусом для сестер. Начались богослужения, появились прихожане, новые помощники и благотворители. Благодаря Петербургскому подворью монастырь значительно окреп. Вполне вероятно, что о.Пантелеимон, как штатный священник Воронцовской обители, неоднократно служил на подворье, поклонялся святым покровителям Петербурга, его многочисленным святыням, встречался с духовно опытными людьми.

В 1910 г. Воронцовская игумения обратилась к Архиепископу Арсению с прошением о строительстве в Воронцове пятиглавого каменного храма со звонницею. Владыка благословил строительство и 26 июня 1910г. прибыл в обитель для освящения места под строительство храма. «Псковские епархиальные ведомости» (1910 г., № 18) сообщали об этом событии следующее: «Настоятельница монастыря — игумения Таисия, старшие и младшие сестры встретили Владыку во вратах, а в парадном крыльце с крестом и со святою водою встретил его настоятель храма — священник Пантелеймон Богоявленский, который приветствовал Владыку речью, в которой просил «совершить великое и святое дело: положить начало новому храму и помочь выполнить еще большее желание и большее стремление: воздвигнуть и нерукотворный храм в душах и сердцах наших». Владыка Арсений обратился к присутствующим со следующим, приблизительно, словом назидания: «С любовью взирал я на вашу обитель, когда подъезжал к ней. Я обратил внимание, что обитель ваша цветет и расширяется: храм окружен величественной оградой, чего раньше не было, кругом воздвигнуты новые постройки: все это прекрасно! Но все это, так сказать, сторона казовая, сторона внешняя, а о внутренней стороне — о своих душах имеете ли вы заботу? Ваш батюшка указал, что у вас есть два желания, два стремления: иметь внешний храм Божий и иметь такой же внутренний, и этот последний гораздо важнее и дороже первого. Вполне соглашаясь с ним, я убедительно прошу вас — заботьтесь более об ограде и храме внутреннем, воспитывайте себя в христианском благочестии! Старайтесь быть чистыми душою и сердцем!»

Итак, пастырский путь будущего новомученика иерея Пантелеймона начался в возрождающемся монастыре. Будучи молод и полон сил, о. Пантелеймон принимал участие не только в благоустроении обители, в хозяйственном ее возрастании, но, прежде всего, в духовной жизни насельниц. Здесь было открыто для него широкое поле пастырской деятельности. Отец Пантелеймон получал бесценный опыт в попечении о «малых сих», духовно возрастая от силы в силу.

Спустя 3 года служения в монастыре, к лету 1911 года отец Пантелеймон был перемещен на место священника в селение Верхний Остров, а осенью того же года — к Лопухинской инвалидной церкви Свт. Николая в погост Карачуницы Порховского уезда.

В Карачуницах с 1863 года действовало благотворительное заведение — Дом Призрения воинов-инвалидов, где проживали неимущие инвалиды войны в возрасте от 70 лет и более. Инвалидный дом был устроен местным помещиком, попечителем В.М. Лопухиным. О. Пантелеймон был назначен настоятелем церкви Свт. Николая, которая была для бывших защитников Отечества местом приуготовления для перехода в вечность.

Уже через 2 недели служения на новом месте, 25 сентября 1911 г., новый настоятель встречал высокого гостя. Погост Карачуницы посетил новый Псковский архиерей — Преосвященный Алексий (Молчанов), который сменил на Псковской кафедре Владыку Арсения (Стадницкого). Преосвященный знакомился с епархией, обозревая церкви, приходы и монастыри.

По прибытии в Карачуницы епископ Алексий был приветствован речью отца Пантелеймона краткой, но насыщенной, дающей слушателю полное уверение в том, что сей служитель престола Божия имеет дар пастырского слова. Владыка отслужил в инвалидной церкви всенощное бдение св. Апостолу и Евангелисту Иоанну Богослову и сам елеопомазывал народ. Благолепная архиерейская служба в сослужении епархиального духовенства, прибывшего вместе с Владыкой в сопровождении архиерейского хора, как сообщил впоследствии сам отец Пантелеймон в заметке об этом в «Псковских епархиальных ведомостях», надолго остались в памяти того, кто был очевидцем этого редкого для сельского прихода события.

Очевидно, что отец Пантелеймон не мог долго оставаться в губернской глубинке. Его способности к проповеди были отмечены Преосвященным Алексием и вскоре, через месяц после посещения им п. Карачуниц, отец Пантелеймон был переведен в уездный город Порхов в Свято-Троицкий собор вторым священником. В условиях нарастания революционной пропаганды и расшатывания устоев государственности в уездном городе как воздух нужны были священники, обладавшие даром проповеди. Спустя немногие годы этот талант проповедника Слова Божия послужил причиной мученической кончины священника Пантелеймона Богоявленского.

Свято-Троицкий и Благовещенский соборы были одними из главных достопримечательностей Порховского края. Величественные, с благолепными внутренними интерьерами, они привлекали по тем временам большое количество порховчан. Отец Пантелеймон, став одним из пастырей главного городского прихода, стремился произносить проповеди как можно чаще. Батюшка видел острую необходимость в разоблачении политических, религиозных и прочих шарлатанов, заполонивших все слои общественной жизни. Он старался сеять в сознании своих прихожан идеи Истины и добра. Большинство прихожан были из простого народа, хранившего веру и отеческие традиции. Но в этой же среде находила отклик и душевредная пропаганда. И пастырь смело и решительно проповедовал в защиту веры и христианских добродетелей.

Отца Пантелеймона привлекают и к преподавательской деятельности. Он входит в корпорацию преподавателей Порховского Духовного училища. Уже к учебному 1912 году, всего через полгода служения на новом месте, его избрали кандидатом в члены Правления училища на грядущее трехлетие 1913—1915 гг. На очередном съезде отцов депутатов Порховского училищного округа отца Пантелеймона избирают членом Ревизионного Комитета по отчетности училища на 1915—1916 гг. Усердие о. Пантелеймона отмечает епархиальное начальство и в 1914 г. награждает его камилавкою. Авторитет отца Пантелеймона растет. Проповедь словом живым, настойчивым, поставляла его в разряд пастырей, умело собирающих и удерживающих паству в лоне Православной Церкви.

В октябре 1917г. совершился большевистский переворот. Весной 1918 года священник Пантелеймон Богоявленский был расстрелян без суда и следствия врагами Христовой Церкви. В архивах не сохранилось материалов его следственного дела. Документов, которые содержали бы подробности обстоятельств его гибели, обнаружить также не удалось. Известие о расстреле о.Пантелеймона ограничивается скупой заметкой в журнале «Еженедельник ВЧК» за май месяц 1918 года. В приводимых в этом номере списках расстрелянных по некоторым губерниям России значится и священник Пантелеймон Богоявленский: «Пантелеймон Богоявленский, благочинный Порховского собора, расстрелян за распространение подложных слухов посредством проповедей».В «Еженедельнике» допущена ошибка — о.Пантелеймон назван благочинным. Порховским благочинным являлся протоиерей Евгений Лебедев. Вероятно, отец Пантелеймон замещал отца благочинного на время его отсутствия. Протоиерей Евгений Лебедев был авторитетнейшим в свое время священнослужителем. Он был ближайшим сподвижником последнего настоятеля Никандровой пустыни архимандрита Владимира (Гиганова), богослова, бывшего морского офицера Царской армии. Архимандрит Владимир был автором брошюры, изданной вскоре после 1917 года, которая раскрывала смысл богоборческого бунта. Эти два священнослужителя были арестованы за «контрреволюционную деятельность» в 1924 году, преданы суду и отправлены в лагеря НКВД.

Несмотря на предельную лаконичность, штампованная Фраза о расстреле отца Пантелеймона в «Еженедельнике ВЧК», официальном чекистском печатном органе, все же содержит главное указание причины расстрела о. Пантелеймона. Любой деятель большевистского террора, пробегавший глазами эти строки и умевший читать их скрытый смысл, понимал, что священник был уничтожен за проповедь против богоборцев.

Слово пастыря в уездном городе имело авторитет. Из храма оно неслось по домам, наполняло город, достигая всех и каждого. Слово звало народ остановиться в слепом следовании богоборцам, прийти в себя, вспомнить о Боге... У большевиков оставался один способ борьбы с такими проповедниками — их физическое уничтожение.

Отец Пантелеймон был убит за безбоязненную проповедь против врагов Святой Христовой Церкви. Ему было к этому времени 37 лет. В священном сане он служил Святой Церкви 11 лет.

Священномученик Пантелеймон Богоявленский восприял честь мучеников, которые, по слову Святителя Григория Богослова, есть «...духовные всесожжения, совершенные жертвы, приятные приношения, проповедание Истины, обличение, исполнение духовно постигаемого закона, разрушение заблуждения, гонение порока, потопление греха, очищение мира».

Порховский край отныне приобрел своего Святого покровителя, молитвенника и предстателя перед Престолом Божиим.

+1

98

Преподобный Павел Ксиропотамский

http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2013-07/1374613238_pavel-ksiripotam10-08-1.jpg

Преподобный Павел, в миру Прокопий, был сыном греческого императора Михаила Куропалата, прозванного Рангавеем. Рождение его радостно и торжественно праздновал весь Константинополь. Едва только Прокопий был отнят от груди, отец его, благочестивый и миролюбивый человек, тяготясь придворными смутами и всей суетой мирской, отказался от престола и поступил в выстроенный им самим монастырь, названный Мерелеоном, где и скончался в иночестве. Престол после Михаила Куропалата занял лев Армянин. Опасаясь в малолетнем Прокопии будущего соперника в правах на престол, решился изувечить его посредством варварского оскопления.

Прокопию были предоставлены средства для высшего образования, которыми он, благодаря своим природным дарованиям и благодатным душевным свойствам, унаследованным от благочестивых родителей, превосходно воспользовался, так что прославился среди современников.

Однако, умудренный своим умственным и душевным развитием, Прокопий рано осознал всю пустоту блеска и величия земного; тяготился он и своей собственной славой и даже боялся ее, как опасного искушения, и потому решился оставить мир.

В одежде нищего вышел он однажды из Константинополя и отправился на Афонскую гору. Осмотрев обители и изучив жизнь иноков, он почувствовал невыразимое спокойствие и остался жить в обители Ксиропотам, основанной императрицей Пульхерией и незадолго перед тем опустошенной пиратами. Здесь. На развалинах обители, построил он себе небольшую келью и поселился в ней для молитвенных подвигов, к которым так располагала и дивная природа живописнейшей местности, и невозмутимая тишина пустынного уединения. Недалеко от него жил другой пустынник - Козьма; с ним сблизился Прокопий  и принял от него пострижение в иночество под именем Павел. Тогда он стал испытывать себя суровым подвигом: спал даже на голой земле, имея камень вместо изголовья. Строгая жизнь Павла удивляла иноков и служила им образцом для подражания. Хотя он и скрывал от всех свое звание и свою ученость, но не мог скрыть добродетели, которая прославила его и вдали от мира и способствовала тому, что люди узнали путь к нему и извлекли из тайного убежища, чтобы перенять от него добро и правду.

Император Роман, вступивший на греческий престол, пожелал разыскать родственного ему Прокопия. Посланные нашли его на Святой горе, узнав его в иноке Павле, и, несмотря на его нежелание расстаться с возлюбленным уединением, убедили отправиться в Константинополь, чтобы повидаться с державным и другими родственниками.

Снова торжественно и радостно встретил Константинополь царственного отпрыска - но уже не младенца, а подвижника, явившегося в столицу во всем  уничижении иноческого сана. Вельможи и простой народ припадали к нему, как к ангелу, и просили благословения. И для большей славы сам Бог прославил его исцелением тяжко заболевшего в то время императора Романа, как только Павел помолился о больном и возложил на него руки. Полюбив всей душой Павла, император просил его остаться при дворе, чтобы заняться воспитанием и образованием детей. Не отказался от этого труда любящий Павел, и радовался император, видя детей своих под драгоценнейшим влиянием Божьего человека. Но заскорбело сердце пустынника среди всех торжеств и великолепия жизни при дворе, и не мог он больше выносить зрелище смут и разгара людских страстей. Душа его томилась по успокоительной пустыне, и однажды он сказал императору: «Государь, как рыба без воды, так и инок без условий келейной жизни и пустынного безмолвия жить не может; он мертв для Бога и безжизнен для того, чтобы в точности исполнять свой долг и обязательства в отношении к Богу. Позволь мне возвратиться в мою пустыню, где беседа с Богом составляет высшее благо моей души».

Не хотел император разлучаться с незаменимым своим и детей своих, но и удерживать насильно не мог, а потому отпустил его на Афон, предоставив при это средства восстановить разрушенную пиратами Ксиропотамскую обитель во всем подобающем ей великолепии.

Настала радость и для Афона при возвращении славного инока Павла. Трудами его восстановлена была из развалин обитель, в которую собралось множество иноков, желавших достойным образом проходить иноческое житье под мудрым руководством опытного Павла. Однако устроив обитель и поручив управление одному из благочестивейших братьев, Павел удалился к подножию Афона, где надеялся обрести полное безмолвие среди строго уединения. Но и здесь его нашли ученики, и в скором времени пустынное место приняло вид обители. Ее устроили на основании правил пустынной жизни и оградили от внешних нападений, так как она была открыта с моря. Таким образом стараниями Павла возникла новая обитель во имя святого Георгия, которая впоследствии стала называться Святопавловской, в память о ее основателе. Павел оставался ее игуменом до самой своей кончины.

Прощаясь с плачущими братьями, умирающий, сам заплакав, сказал: «Перестаньте плакать, братия! Что делать! Настало время, которого постоянно жаждала душа моя, но страшилась плоть». Дав братьям последние отеческие наставления, причастившись и произнеся всегдашнюю свою молитву, в 820 г. предал он душу свою Богу. Погребение Павла было торжественно совершено в Константинополе в присутствии императора, патриарха и всего клира. Впоследствии, во время разгрома Константинополя крестоносцами, мощи святого Павла Ксиропотамского были перевезены в Венецию.

Житие свт. Питирима, Тамбовского чудотворца
http://www.ruskalendar.ru/upload/iblock/540/540cca75b64b25930cbd73bfe7d08952.jpg

Святитель Питирим, просветитель Тамбовского края, родился в 1645 году в городе Вязьме (Смоленской епархии), население которого отличалось особенной набожностью, твердостью в Православной вере и благочестием. При крещении он был наречен в честь преподобного Прокопия Декаполита, и в течение всей своей жизни будущий святитель глубоко чтил своего небесного покровителя.
С детских лет и Прокопий, и сестра его, в будущем монахиня Екатерина, стремились всецело посвятить себя Богу и готовились к иноческой жизни. Отрок Прокопий успешно проходил учение, посещал церковные службы (имея хороший голос, участвовал в клиросном пении и чтении и считался лучшим чтецом в Вязьме); читая книги духовного содержания, приобретал навык к молитве.

Особенно же любил Прокопий посещать Вяземский Иоанно-Предтеченский монастырь, в котором сохранялся строгий устав; старцы же монастыря славились своей истинно подвижнической жизнью. Беседы с ними, монастырские богослужения окончательно определили желание Прокопия принять иночество, которое он и исполнил, по окончании учения став послушником Иоанно-Предтеченского монастыря.

Строгое постничество, точное исполнение послушаний, высокие духовные качества быстро стяжали Прокопию признание братии, и на двадцать первом году жизни, в 1665 году, Прокопий был пострижен в монашество с именем Питирим.

Инок Питирим быстро возрастал духовно. Умственная зрелость, а более всего воздержание, строгая подвижническая жизнь, исполненная любви к Богу и ближним, скоро возвысили его пред всеми, даже пред монастырскими старцами, и инок Питирим в свои 32 года, в 1677 году, был поставлен игуменом Вяземского монастыря, получив редкий в то время сан архимандрита.

В 1682 году, 21 мая, в день празднования Владимирской иконы Божией Матери и святых Константина и Елены совершался, по местному обычаю, крестный ход из Вяземского собора в Иоанно-Предтеченский монастырь. Архимандрит Питирим заметил в крестном ходе икону преподобного Аркадия Вяземского, Новоторжского чудотворца, которого горячо почитают издревле вязьмичи, написанную странно и даже соблазнительно. Архимандрит Питирим проявил духовную твердость и ревность о достойном почитании святых угодников Божиих и изъял икону. Поступок его вызвал ропот, брань и недовольство несших ее, в Вязьме началось брожение. На следующий год, когда недовольные успели возбудить значительное число людей против архимандрита, толпа окружила его, требуя возвращения иконы, и ему едва удалось спастись из рук невежественной толпы.

Этому знаменательному случаю суждено было изменить жизнь святого Питирима.

Дело об иконе преподобного Аркадия стало известно Патриарху Иоакиму, также признавшему ее «недоброписанной». Ревность по вере и решительность молодого настоятеля понравились Патриарху, он вызвал его в Москву. 1 сентября 1684 года, в день церковного новолетия, архимандрит Питирим был избран на Тамбовскую епископскую кафедру, а 15 февраля 1685 года он был рукоположен во епископа.

Состояние церковных дел этой епархии было самое плачевное. Имеющиеся храмы и монастыри были неблагоустроенны, ощущалась острая нужда в пастырях, проповеди произносились очень редко. Нравы населения были самые распущенные... Новый архипастырь вскоре заслужил любовь своей паствы. Святитель Питирим располагал к себе и православных, и многочисленных в том крае старообрядцев, и мусульман, и язычников, и закоснелых во грехе преступников и бродяг. «Безкорыстная любовь, искреннее желание всем добра, а также кроткое, ласковое обращение – это было главной причиной сильного влияния архипастыря на его пасомых», – отмечает его жизнеописатель.

Уже через год после своего приезда в эти края святитель Питирим, следуя желанию жителей, строит храм во имя святого Иоанна Предтечи, проповедника покаяния, избрав место для его основания вместе со святителем Воронежским Митрофаном. В 1690 году святитель основал женский Вознесенский монастырь, игуменией которого стала родная сестра его, монахиня Екатерина. Святитель Питирим обновил и многие старые обители. При его содействии был построен величественный каменный храм Пресвятой Троицы в мужском монастыре в Козлове, где архипастырь указал место для своего погребения. Под влиянием трудов и подвигов святителя Питирима духовная жизнь в Тамбовской епархии стала неузнаваемо преображаться.

В 1695 году, после десятилетнего управления епархией, святитель тяжко заболел.
Взывал он к своему Небесному покровителю: «Пастырю мой и наставниче мой, преподобне отче Прокопие! Помолися Господу Богу о душе моей!» Тогда воочию предстал перед святителем Питиримом святой Прокопий Декаполит и, обращаясь к Богу, стал молиться: «Безсмертный Боже, хвалу Тебе воздаю: Царь бо един всем; помилуй душу его и сподоби сего Царствия Небесного». В ответ на эту молитву в облаке явился над молящимися Господь Иисус Христос, держа в левой руке Евангелие, правой же благословлял преподобного Прокопия и святителя Питирима.
Святитель после этого видения выздоровел и прожил еще три года.

И только 28 июля 1698 года (в 53 года), на праздник Смоленской иконы Божией Матери, архипастырь-подвижник предал блаженную душу свою в руцы Божии. Кончина святителя Питирима была большим горем для всей Тамбовской земли. Но на смену народной скорби вскоре пришла радость, ибо с верою прибегавшие к его молитвенному предстательству стали получать явные знамения благодатной врачующей силы Божией. Память и почитание его, не прекращавшиеся с самой кончины, особенно распространились в XIX веке. 28 июля 1914 года, в день блаженной кончины епископа Питирима, во время царствования святых мучеников Николая и Александры со чады состоялось его причисление к лику святых.

По материалам интернет-ресурсов

Отредактировано Тугодум (10.08.2013 08:41)

+2

99

СВЯТЫЕ АПОСТОЛЫ ОТ 70: ПРОХОР, НИКАНОР, ТИМОН И ПАРМЕН

Святые апостолы от 70: Прохор, Никанор, Тимон и Пармен были первыми диаконами Церкви Христовой.

В книге Деяний Апостолов (6, 1-6) рассказывается, что в Иерусалиме двенадцать апостолов избрали семь мужей: Стефана, Филиппа, Прохора, Никанора, Тимона, Пармена и Николая, исполненных Святого Духа и премудрости, и поставили их на диаконское служение.

Святая Церковь совершает их общую память 28 июля (ст. стиль), хотя они скончались в разное время и в разных местах.

http://days.pravoslavie.ru/Images/is1319.jpg
Иоанн Богослов и Прохор

Святой Прохор вначале сопровождал первоверховного апостола Петра и от него поставлен епископом в город Никомидию. После Успения Божией Матери Прохор был спутником и сотрудником святого апостола Иоанна Богослова и вместе с ним сослан на остров Патмос. Там он записал Откровение Божие, бывшее святому апостолу Иоанну, о конечных судьбах мира (Апокалипсис). По возвращении в Никомидию святой Прохор обращал язычников ко Христу в городе Антиохии и там принял мученическую кончину.

Святой Никанор пострадал в тот день, когда был побит камнями святой первомученик архидиакон Стефан и множество других христиан.

Святой Тимон был поставлен Апостолами во епископа города Бастории в Аравии и пострадал от иудеев и язычников за проповедь Евангелия. Он был брошен в печь, но силой Божией вышел из нее невредимым. Предание Римской Церкви говорит, что святой Тимон скончался распятым на кресте.

Святой Пармен усердно проповедовал Христа в Македонии. Умер он от посетившей его болезни. Существует также мнение, что святой Пармен пострадал при Траяне (98-117), в последний год его царствования, приняв мученическую кончину.

СВЯТОЙ МУЧЕНИК ИУЛИАН
Святой мученик Иулиан пострадал в царствование Антонина Пия (138-161) в итальянской провинции Кампании. Правитель Флавиан дал приказ разыскивать христиан и приводить к нему на суд. В то время из Далмации прибыл в Кампанию юный христианин Иулиан. Встретив воинов правителя, он приветствовал их словами: "Мир вам, братья!" Воины начали допрашивать его: откуда он и какую веру исповедует. Иулиан, желая пострадать и умереть за Христа, бесстрашно признался, что он христианин. Воины удивились мужеству юноши, но, исполняя приказ, связали и повели его к правителю. "Посмотрим, - говорили они, - насколько верны твои слова, что хочешь умереть за Распятого".

Перенося побои, святой молился Господу, чтобы Он даровал ему силы претерпеть мучения до конца. Молитва была услышана, и он услышал Голос: "Не бойся, Иулиан, Я буду с тобой и дам тебе силы и мужество". Святой юноша был заключен в темницу, называемую "Холодный ров", в которой его держали семь дней без пищи и воды. Ангел же Божий приносил пищу и укреплял исповедника.

На следующем допросе правитель укорял святого, говоря, что стыдно такому красивому юноше поклоняться Распятому на Кресте, и убеждал принести жертву идолам. Святой Иулиан смело отвечал, что готов умереть за истинную веру. Правитель повелел привязать юношу к дереву и бить его. Мученик стал молиться и снова услышал Голос: "Не бойся, Иулиан, стой мужественно". Святой Иулиан, обратившись к стоявшей вокруг толпе, сказал: "Слушайте, окаянные, не надейтесь на своих богов, которых вы сделали своими руками. Познайте Бога, Который создал из ничего Небо и землю". После его слов обратилось к вере во Христа более 30 человек, а святого опять отвели в темницу. Утром, когда начались новые истязания, сообщили, что храм языческого бога Сераписа вместе со стоявшим в нем идолом разрушился. Все пришли в изумление и ужас, а христиане возрадовались и прославили Христа Бога. Язычники же приписали это разрушение волшебной силе Иулиана и потребовали его скорейшей казни. Убийство святого юноши решили совершить на месте разрушенного языческого храма. Перед казнью святой Иулиан преклонил колена и помолился, благодаря Господа, сподобившего его принять смерть за Святое Его Имя. В третий раз услышал он Голос, призывавший в Царство Небесное. Святого мученика усекли мечом, и он отошел ко Господу, Которого возлюбил больше временной жизни.

СВЯТОЙ МУЧЕНИК ЕВСТАФИЙ

Святой мученик Евстафий был воином. За исповедание христианской веры был схвачен и приведен к начальнику города Анкиры. На допросе святой твердо и мужественно исповедал себя христианином и был предан мучениям. Его нещадно били, просверлили пятки и, обвязав веревкой, поволокли по городу к реке Сагки (Сангари). На берегу реки мученика положили в деревянный ящик и бросили в воду. Ангел Божий вынес ящик на берег. Святой, находясь в ящике, пел псалом 90-й: "Живый в помощи Вышняго..." Видя чудо и чувствуя себя посрамленным, правитель, вынув меч, убил сам себя. Святой мученик, приняв Причастие из рук Ангела, предал дух свой Богу († ок. 316). Честные мощи его были погребены в городе Анкире.

http://days.pravoslavie.ru/

+1

100

Святой мученик Каллиник Киликийский, Гангрский
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_170/__1569/____20120810_2031322110.jpg

Память: 29 июля/ 11 агуста.

Святой мученик Каллиник, родом из Киликии, с детства был воспитан в христианской вере. Скорбя о том, что много заблудших людей погибает для вечности, поклоняясь идолам, он пошел по городам и селениям проповедовать язычникам Иисуса Христа и Его учение. Словом Божиим он многих обращал в христианство. В Галатийском городе Анкире святой исповедник был задержан и представлен на суд к правителю Сакердону, жестокому гонителю христиан. Правитель, угрожая мучениями и смертью, приказал святому принести жертву идолам, но он с бесстрашием заявил, что не боится мучений, так как всякий верующий во Христа получает от Него силы в испытаниях, а по смерти наследует вечную блаженную жизнь. Святого жестоко били воловьими жилами и железными гребнями рвали тело, но он переносил все с терпением и спокойствием. Это привело в еще большую ярость Сакердона, и он приказал обуть святого в сапоги с острыми гвоздями внутри и плетьми гнать мученика в город Гангр на сожжение. Путь был трудным, и воины, которые сопровождали приговоренного, изнемогли от жажды. В отчаянии они стали просить святого, чтобы он испросил у Господа спасительную воду. Незлобивый святой, сжалившись над своими мучителями, с помощью Божией извлек из камня чудесный родник. Изумленные воины прониклись сочувствием к своему спасителю и хотели даже отпустить его, но страх перед наказанием заставил их повести мученика дальше. В Гангре святой Каллиник, с радостью воздав благодарение Господу, Который сподобил его мученического венца, сам вошел в пылающий костер и предал душу Богу. Тело его, оставшееся неповрежденным, верующие с честью предали погребению.
Мученица Серафима Римская, дева Антиохийская
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails/__190/-_199/__928/_____20110810_1317106998.jpg

Память 29 июля.

Родилась в Антиохии, жила в Риме в царствование императора Адриана (117-138) у знатной римлянки Савины, которую святая обратила в Христианство.
При начавшемся по приказу императора гонении на христиан правитель Берилл приказал привести на суд святую Серафиму. Желая получить от Господа мученический венец, она по первому требованию бесстрашно пошла к палачам. Ее сопровождала преданная Савина. Увидев знатную госпожу, Берилл сначала отпустил девицу, но через несколько дней вновь вызвал святую Серафиму и начал суд.
Правитель заставлял святую почтить языческих богов и принести им жертву, но она смело исповедовала свою веру в Единого Истинного Бога - Иисуса Христа. Тогда Берилл отдал ее на поругание двум бесстыдным юношам. Святая мученица просила Господа защитить ее. Вдруг началось землетрясение и юноши упали в полном расслаблении. На следующий день правителю стало известно, что его замысел не осуществился. Думая, что святая знает волшебство, Берилл попросил ее вернуть юношам здоровье и дар речи, чтобы они сами рассказали о чуде. Святая, помолившись Господу, приказала юношам встать, и они сразу поднялись и сказали судье, что Ангел Господень заслонил собой святую, запретив им подходить к ней. Жестокий правитель не поверил своим слугам и продолжал убеждать святую Серафиму принести жертву идолам. Но святая мученица осталась непреклонной даже тогда, когда ее палили горящими свечами и нещадно били палками. Щепа от палки, которой избивали святую, попала безжалостному правителю в глаз, и через три дня мучитель ослеп. Бессильный перед непреклонностью христианки, судья приказал ее обезглавить. Савина с благоговением похоронила тело своей святой наставницы.

+1

101

Мученик Иоанн Воин
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_170/__293/___20120811_1921325146.jpg

Память: 30 июля/12 августа

Святой мученик Иоанн Воин, по происхождению славянин, жил в IV в. Он служил в войске римского императора Юлиана Отступника (361-363), родного племянника императора Константина Великого, и вместе с другими воинами был послан убивать христиан. Юлиан желал ослабить христианство и восстановить в Римской империи угасавшее язычество, прибегая сначала к хитрости, а затем перешел и к насильственным мерам.
Возглавивший по поручению императора отряд воинов святой Иоанн на самом деле тайно оказывал христианам немалую помощь. Будучи сам христианином, он укрывал единоверцев, помогал им деньгами, пищей и одеждой, а христиан, заключенных в темницы, посещал и утешал словом любви, сочувствия и одобрения.
Святой Иоанн оказывал милосердие не только христианам, но и всем бедствующим и требующим помощи: посещал больных, утешал скорбящих. Узнав об этом, Юлиан велел привести Иоанна в Константинополь, чтобы предать суду и казни.
По дороге стражники обращались со Святым Иоанном как с государственным преступником, избивали его и морили голодом. Когда святого привели в столицу, Юлиан Отступник был в походе против персов, и святой Иоанн был заключен в темницу до его возвращения. В течение нескольких месяцев он был закован в тяжелые цепи и претерпел немало лишений.
После того как в 363 г. Юлиан был убит на войне с персами, святой мученик Иоанн Воин был освобожден по приказу нового императора-христианина Иовиана и посвятил остальную жизнь служению Богу и людям. Все свое имущество он употребил на пользу бедным, больным и страждущим, которые находили в святом Иоанне истинного утешителя и помощника.
Он жил вместе с ними на окраине города Константинополя и перед смертью завещал похоронить себя на кладбище, где лежали нищие и бездомные. Скончался Иоанн в глубокой старости, но год кончины точно не известен. После его смерти люди приходили на его могилу, просили помощи и заступничества и получали их.
Со временем место его погребения было забыто. Однажды он явился одной благочестивой женщине и указал место своего упокоения. Обретенные мощи, наделенные даром исцеления, были перенесены в церковь апостола Иоанна Богослова в Константинополе.
На Руси имя святого мученика Иоанна Воина известно с давних пор. Особенно широко почитание святого Иоанна Воина было распространено в Малороссии. Он почитается как защитник обиженных, страждущих и покровитель воинов. По молитвам святого также обличаются воры и находятся украденные и утерянные вещи.
На иконах Иоанн Воин изображается с непокрытой головой. Его лик обрамлен темными волосами и бородой. Он облачен в тельник, штаны, ноговцы, чешуйчатые доспехи (это намекает на то, что святой был конным воином) и плащ. Тремя непременными атрибутами Иоанна Воина являются крест (вера, пронесенная через все испытания), копьё (сила, данная Всевышним во имя войны со грехом и неверием) и щит (Господня защита от любых напастей).

Преподобный Анатолий (младший) Оптинский

(1855-1922 гг.)
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_251/___931/____20110811_1133326830.jpg

С юных лет калужский мальчик Александр Потапов стремился к духовной жизни, но мать не отпускала его в монастырь.
15 февраля 1885 года, вскоре после смерти матери, Александр пришел в Оптину Пустынь. Со временем послушник Александр стал келейником у старца Амвросия.
Монашеский постриг состоялся 3 июня 1895 года.
После кончины старца Иосифа и старца Варсонофия, старец Александр вместе со старцем Нектарием стал продолжателем Оптинского Старчества. Если к старцу Нектарию стремились попасть братия и интеллигенция, то к старцу Анатолию шел простой люд со своими скорбями и болезнями.
«Всегда смиренный и никогда не унывающий» - в народе его ласково называли «утешителем», а еще - «вторым Серафимом»... На благословение к старцу, на соборование, на исповедь всегда стекалось множество людей. Чтобы не мешать братии, старец Анатолий из братского корпуса перешёл в притвор Владимирского храма.
Открытая до позднего вечера Владимирская церковь всегда была переполнена людьми. Батюшка принимал всех без ограничения времени, несмотря на бесконечную усталость, на мучительные болезни. Старец был всегда приветлив, постоянно ласковый, сердечный, готовый всегда отдать себя тому, кто приходил к нему за помощью.
Однажды к старцу Анатолию за духовной поддержкой пришёл попавший в затруднительное положение крестьянин, оставшийся с семьей без крыши над головой, имея за душой лишь 50 рублей денег. Старец Анатолий выслушал несчастного, благословил его и утешил: «Не падай духом, через три недели в свой дом войдешь». По милости Божией, по молитвам старца так и произошло.
Старцу многое было открыто, предвидел он и гонения на церковь.
Старец Анатолий писал одному из духовных чад: «Бойся Господа, сын мой, бойся потерять уготованный тебе венец, стой в вере и, если нужно, терпи изгнание и другие скорби, ибо с тобой будет Господь».
После закрытия Оптиной к старцу пришли с обыском, за обыском последовал арест. Больного старца повезли в тюрьму, но по дороге его состояние ухудшилось, и он оказался в больнице, его по ошибке приняли за тифозного больного, тут же остригли волосы и бороду. Когда же выяснилось, что диагноз не подтвердился, его отпустили.
Вернулся старец Анатолий в обитель измученный, но со светлой улыбкой и с благодарением Господу на устах.
29 июля 1922 года в монастырь вновь нагрянула комиссия ГПУ. Начались допросы. Готовили к аресту и умирающего старца. Праведник попросил себе только отсрочки на сутки, чтобы приготовиться. Ночью ему стало худо. Позвали доктора, но тот не нашел ничего, угрожающего жизни. Под утро келейник нашел старца стоящим на коленях. Войдя в келию через несколько минут, келейник, отец Варнава, понял, что старец Анатолий тихо отошел ко Господу.
Наутро приехала комиссия. Вышли из машины: «Старец готов?» - «Да, готов», - ответил отец Варнава. И впустил их в келию.
Господь принял готового Своего раба в ночь на 30 июля/12 августа 1922 года.
Его погребли возле могилки старца Амвросия, на том самом месте, где он долго стоял за две недели до смерти, повторяя: «А тут ведь вполне можно положить еще одного. Как раз место для одной могилки. Да, да, как раз...»
«Положись на волю Господню, и Господь не посрамит тебя... Пред кончиною своею будешь благодарить Бога не за радости и счастье, а за горе и страдания, и чем больше их было в твоей жизни, тем легче будешь умирать, тем легче будет душа твоя возноситься к Богу» - так учил своих чад старец Анатолий и жизнью своей, и блаженной кончиной.

Отредактировано Тугодум (11.08.2013 21:01)

+1

102

В день памяти святого мученика Цесаревича Алексея Николаевича
http://www.ruskalendar.ru/upload/iblock/7c2/7c2ed76a0f5e1d9e53476342d624a60f.jpg
http://www.ruskalendar.ru/publications/ … p?ID=14417
В этот день в 1904 г. родился св. мч. Цесаревич Алексей Николаевич. Долгожданный Наследник Престола был последним, пятым ребенком Царской четы и самым желанным – «вымоленным». Летом 1903 г. Царь Николай II с Царицей Александрой Феодоровной присутствовали на Саровских торжествах, но они вели себя как простые богомольцы, горячо молились преп. Серафиму о даровании им сына. Молитва их сливалась с пламенной молитвой народа. Ровно через год 12 августа 1904 г. родился Царевич Алексей и стал любимцем всей семьи. Ребенок родился крепким, здоровым, «с густыми золотыми волосами и большими синими глазами».
Однако вскоре радость омрачилась известием, что у  Царевича была неизлечимая болезнь – гемофилия, которая постоянно угрожала его жизни. Даже когда удавалось контролировать внешние кровотечения и уберечь мальчика от малейших царапин, которые могли быть фатальными, ничего нельзя было сделать с внутренними кровоизлияниями – они вызывали мучительные боли в костях и суставах.

Это потребовало от семьи огромного напряжения душевных и физических сил, безграничной веры и смирения. Во время обострения болезни в 1912 г. врачи вынесли мальчику безнадежный приговор, однако Государь на вопросы о здоровье Царевиче смиренно отвечал: «Надеемся на Бога».

Наследник был необыкновенно красивый и умный ребенок с открытой душой, на его тонком лице были заметны следы физических страданий. Государыня научила сына молиться: ровно в 9 часов вечера он поднимался с Матерью в свою комнату, читал громко молитвы и ложился спать, осененный ее крестным знаменем.

Близко знавшие, Царскую Семью лица отмечали благородство характера Царевича, его доброту и отзывчивость. «В душе этого ребенка не заложено ни одной порочной черты», – говорил один из его учителей.

«Алексей был очень ласковый мальчик. Природа наделила его проницательным умом. Он был чувствителен к страданиям других, потому что сам так много страдал. Но постоянный надзор раздражал и унижал его. Боясь, что мальчик начнет хитрить и обманывать, чтобы ускользнуть от постоянного надзора опекуна, я попросил для Алексея больше свободы для выработки внутренней дисциплины и самоконтроля у мальчика».

Фрейлина Императрицы А. А. Вырубова отмечала, что «частые страдания и невольное самопожертвование развили в характере Алексея Николаевича жалость ко всем, кто был болен, а также удивительное уважение к Матери и всем старшим». Наследник питал глубокую привязанность и благоговение к своему державному Отцу и считал дни, проведенные при Николае II в ставке в Могилеве, счастливейшим временем.

Он был чужд заносчивости и гордости, запросто играл с детьми своего дядьки-матроса, при этом Алексей рано узнал, что он – будущий Царь и, бывая в обществе знатных и приближенных к Государю лиц, у него появлялось сознание своей царственности.
Однажды, когда он играл с Великими княжнами, ему сообщили, что он во дворец пришли офицеры  его подшефного полка и просят разрешения повидаться с Цесаревичем. Шестилетний Наследник, оставив возню с сестрами, с серьезным видом сказал: «Девицы, уйдите, у Наследника будет прием».

Случалось, что даже в дни болезни Наследнику приходилось присутствовать на официальных церемониях и тогда на блестящем параде, среди сильных и здоровых людей, Цесаревича проносил мимо рядов войск на руках самый рослый и могучий казак.

Учитель Пьер Жильяр описал поведение 13-летнего Наследника при известии о падении монархии: «Но кто же будет Императором? – "Я не знаю, теперь – никто"… Ни одного слова о себе, ни одного намека на свои права как Наследника. Он густо покраснел и волнуется. После нескольких минут молчания он говорит: " Если больше нет Императора, кто же будет управлять Россией?" Лишний раз я поражаюсь скромностью и великодушием этого ребенка».

Царевичу Алексею не суждено было стать Царем и прославить величие Русской Державы, которую он так горячо любил. Однако всей своей короткой и до последнего вздоха необыкновенно светлой и скорбной жизнью, он смог прославить величие и красоту христианской души, с юных лет восходящей к Богу по крестному пути, и, приняв мученический венец, ныне молится за нас у Престола Божия в сонме новомучеников Православной Церкви.

«Россия день за днем»

+1

103

Праведный Евдоким Каппадокиянин

Память: 31 июля/13 августа
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_168/__933/___20120812_1234730441.jpg

Праведный Евдоким, уроженец Каппадокии (Малая Азия) жил в IХ веке в царствование императора Феофила (829–842). Он был сыном благочестивых христиан Василия и Евдокии, знатных родом и известных императору. Праведная жизнь святого Евдокима целиком была направлена на угождение Богу и помощь ближним. Дав обет безбрачия и целомудрия, он избегал разговоров с женщинами и не смотрел на них; только со своей матерью, которую глубоко чтил, он вел душеполезные беседы. За добродетельную жизнь император назначил святого Евдокима правителем Харсианской области. Исполняя свои обязанности как Божий слуга, праведный Евдоким управлял людьми и судил их справедливо и с кротостью, заботился о бедных, о сиротах и вдовах, был защитником обижаемых. Личные христианские подвиги, которые он нес втайне, были известны только Богу.
Своей беспорочной жизнью Евдоким угодил Богу, и Господь призвал его в 33-летнем возрасте. Лежа на смертном одре, святой Евдоким завещал положить себя во гроб в тех одеждах, в которых застанет его смерть. Потом он выслал всех из комнаты и просил Господа в молитве, чтобы кончину его никто не видел, как никто не видел его тайных подвигов при жизни. Домашние похоронили его, как он завещал им. Сразу же после кончины праведного Евдокима от гроба его стали совершаться чудеса, многие больные исцелялись, слава о чудных исцелениях росла.
Через 18 месяцев из Константинополя, куда после смерти святого переселились его родители, пришла поклониться мощам мать святого Евдокима. Она приказала снять камень, откопать землю, открыть гроб, и все увидели лицо святого, светлое, как живое, совсем не тронутое тлением. Великое благоухание исходило от него. Гроб с мощами вынесли из земли наверх. Святого переодели в новые одежды. Мать хотела взять мощи сына в Константинополь, но Харсианские жители не дали увезти дорогую для них святыню. Однако через некоторое время иеромонах Иосиф, живший и служивший при гробе святого, все же увез мощи святого Евдокима в Константинополь. Там они были положены в серебряной раке в церкви Пресвятой Богородицы, построенной родителями праведника.
Праведный Евдоким в Русской Церкви считается одним из особенных покровителей и молитвенников перед Богом семейного очага.

+1

104

Святитель Василий (Преображенский), епископ Кинешемский, исповедник
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_167/___1572/______20120812_1053549021.jpg

Родился в семье протоиерея. Окончил гимназию, Воронежскую духовную семинарию, Киевскую духовную академию (1901) со степенью кандидата богословия. Магистр богословия.
Преподаватель
В 1901—1910 годах — преподаватель обличительного богословия, истории и обличения русского раскола и местных сект Воронежской духовной семинарии. В 1910—1911 жил в Англии, где занимался углублённым изучением европейской культуры. Знал в совершенстве древние и новые европейские языки.
С 1911 года — преподаватель иностранных языков и всеобщей истории в Миргородской мужской гимназии. С 1914 года — преподаватель латинского языка в Петровской гимназии города Москвы.
Участник двух съездов по скаутизму, лично беседовал и слушал лекции основателя мирового скаутского движения Роберта Баден-Пауэлла.
После специальной поездки в Англию в 1914 году, где будущий святитель подробно изучал скаутский метод, вышли в свет две его книги «Бой-скауты», признанные Съездом лучшими. I Съезд постановил ознакомить с трудами В. С. Преображенского все школы, гимназии и лицеи России, но грянула революция. В книге 1917 года будущий святитель адаптировал систему «скаутинг» для православной России[источник не указан 388 дней].
Существует рассказ о том, как летом вместе с товарищами он катался на лодке, которая перевернулась. Погибая, обратился к Богу с просьбой сохранить ему жизнь, обещая полностью посвятить себя служению церкви. В этот момент он увидел толстую длинную доску и, ухватившись за нее, выплыл. Все остальные, бывшие с ним, погибли.
Священник
С 1917 года был псаломщиком в храме, где служил его престарелый отец. С 1920 года — священник, в 1921 году пострижен в монашество.
В том же году арестовывался Иваново-Вознесенским губчека «как политически неблагонадёжный в качестве заложника в дни Кронштадтского мятежа».
Архиерей
14 сентября 1921 года хиротонисан во епископа Кинешемского, викария Костромской епархии. Архиерейскую хиротонию его совершили митрополит Костромской Серафим (Мещеряков), митрополит Иваново-Вознесенский Иерофей (Померанцев), архиепископ Нерехтский Севастиан (Вести)[2].
Жил в крайней бедности на окраине города в маленькой баньке, спал на голом полу, положив под голову полено. Был талантливым проповедником — его проповеди привлекали в храм множество людей.
Когда в Нижнем Новгороде начался голод, призывал в своих проповедях прихожан взять осиротевших детей умерших родителей к себе. Сам снял дом, в котором поселил пять девочек-сирот и приставил к ним воспитательницу — благочестивую христианку. Создавал православные духовные кружки, которые сплачивали верующих — в этих кружках занимались изучением Священного Писания и учения церкви.
Был убеждённым противником обновленческого движения, что вызвало резкое неприятие властей.
4 марта 1923 года владыка Василий был назначен епископом Иваново-Вознесенским. Однако, долго пробыть на Ивановской ка­федре деятельному архиерею не удалось. Уполномоченный ОГПУ писал 22 марта 1923 года: «…дабы парализовать его усиленное стремление к поднятию религиозных чувств среди масс (среди которых он пользуется большим влиянием) полагал бы епископа Василия выслать из пределов Иваново-Вознесенской губернии в одну из отдаленных местностей РСФСР». В мае 1923 был арестован и выслан на два года в посёлок Усть-Кулом Зырянского края[2].
В июле 1925 года вернулся в Кинешму, собрал вокруг себя духовных чад, но через полгода власти потребовали от него покинуть город. Жил в деревне Анаполь, в доме, построенном его келейником Александром Чумаковым, который сопровождал его в двух ссылках.
С 1926 года — епископ Вязниковский, викарий Владимирской епархии. По словам митрополита Сергия (Страгородского), это назначение было временным, так как владыка не мог вернуться в Кинешму и управлять своим викариатством.
О своём пребывании в Вязниках он писал: «Чувствую себя здесь пока спокойно: духовных детей пока не завожу, так как не уверен в долговременности своего пребывания здесь. Административных хлопот также очень мало». В Вязниках святитель закончил работу над «Беседами на Евангелие от Марка». Весной 1927 года он был выслан в Кинешму[3].
В 1927 году был назначен епископом Ивановским, но в управление епархией не вступил, так как власти отправил его в Кинешму, а в июле 1927 «для предотвращения укрепления реакционной тихоновщины» заставили его выехать в Кострому.
В оппозиции митрополиту Сергию
Негативно отнёсся к Декларации митрополита Сергия (Страгородского), в которой содержались далеко идущие уступки советской власти. Был сторонником митрополитов Агафангела (Преображенского) и Кирилла (Смирнова).
19 ноября 1928 году коллегия ОГПУ постановила выслать его на три года на Урал. Епископ и его духовные чада были, в частности, признаны виновными в том, что «не ограничиваясь духовным закрепощением отсталых слоев верующих, особенно женщин, вовлекали их в кружки и сестричества, использовали при этом национальные предрассудки, материально поддерживали активных церковников, сосланных за антисоветскую деятельность». Ссылку отбывал в деревне Малоречка в двадцати пяти километрах от районного города Таборово Екатеринбургской области, где ежедневно совершал богослужения.
По возвращении из ссылки, с 1932 жил в Орле. В марте 1933 вновь арестован и по этапу отправлен в тюрьму в Кинешму. Был приговорён к пяти годам лишения свободы (вместе с ним был осуждён его верный келейник Александр Чумаков), находясь в заключении в лагере под Рыбинском, работал на строительстве канала.
В январе 1938 году был освобождён из лагеря, жил в Рыбинске, затем в селе Котово Ярославской области. Создал небольшой религиозный кружок, тайно служил в небольшом храме, который был устроен в бане.
Последний арест, ссылка, смерть
5 ноября 1943 вновь был арестован, заключён в ярославскую внутреннюю тюрьму. В январе 1944 доставлен этапом в Москву, во внутреннюю тюрьму НКВД, затем был заключён в Бутырскую тюрьму. Был приговорён к пяти годам ссылки. К тому времени был тяжело болен, а после объявления приговора у него случился тяжёлый сердечный приступ.
Отправлен по этапу в тюрьму города Красноярска, затем отправлен в далёкое село Бирилюссы, где в следующем году скончался. Перед смертью попросил отбывавшую ссылку в том же селе монахиню прочесть канон на исход души. Когда она прочла последнюю молитву, святитель сам твердым голосом произнес: «Аминь» и тихо почил.
Канонизация
В 1993 году причислен к лику местночтимых святых Ивановской епархии.
Прославлен в августе 2000 года Юбилейным Архиерейским собором Русской православной церкви в лике Новомучеников и Исповедников Российских.
Его мощи находятся в Свято-Введенском женском монастыре города Иваново

День памяти свт. Василия, еп. Кинешемского. Письмо к духовным детям
http://www.ruskalendar.ru/upload/iblock/9bd/9bde75612ae040d36dccff53a79d3232.jpg

К духовным детям

Благодать Вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа. Дорогие, любимые, бесценные дети мои!
Благодарю Бога моего при всяком воспоминании о вас, всегда во всякой молитве моей за всех вас принося с радостью молитву мою, будучи уверен в том, что начавший в вас доброе дело будет совершать его даже до дня Иисуса Христа, как и должно мне помышлять о всех вас, потому что я имею вас в сердце в узах моих, при защищении и утверждении благовествования, вас всех, как соучастников моих в благодати. Бог – свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа; и молюсь о том, чтобы любовь ваша еще более и более возрастала в познании и всяком чувстве, чтобы, познавая лучшее, вы были чисты и непреткновенны в день Христов, исполнены плодов праведности Иисусом Христом, в славу и похвалу Божию (Фил. 1, 3–4, 6–11). Видятся тяжелые дни, сгущаются тучи... Предстоят испытания, когда каждому придется проявить твердость упования своего, силу любви к Богу и прочность веры своей в Господа нашего Иисуса Христа. Клевета, ложь, упреки, порицания, скука, уныние, соблазны мира – все встретит вас. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое, а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир (Ин. 15, 19). О, если б каждый из нас мог устоять в эти дни испытания и суда! Какая великая радость будет для меня знать, что эти испытания служат для укрепления и очищения, а не для падения и отступничества. Для меня нет большей радости, как слышать, что дети мои ходят в истине (3 Ин. 4). Прошу и всею силою любви моей, умоляю вас. Итак, братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим (2 Фее. 2, 15). То дополните мою радость: имейте одни мысли, имейте ту же любовь, будьте единодушны и единомысленны; ничего не делайте по любопрению или по тщеславию, но по смиренномудрию почитайте один другого высшим себя (Фил. 2, 2–3).
Снисходя друг другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу: как Христос простил вас, так и вы (Кол. 3, 13).
Итак подражайте Богу, как чада возлюбленные, и живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное. А блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас, как прилично святым (Еф. 5, 1–3).
Только живите достойно благовествования Христова, чтобы мне, приду ли я и увижу вас, или не приду, слышать о вас, что вы стоите в одном духе, подвизаясь единодушно за веру евангельскую, и не страшитесь ни в чем противников; это для них есть предзнаменование погибели, а для вас – спасения. И cue от Бога (Фил. 1, 27-28). Берегитесь особенно лжепастырей и лжеучителей, которые являются к вам в овечьих шкурах, а внутри суть волки хищные. Потому что все ищут своего, а не того, что угодно Иисусу Христу (Фил. 2, 21).
Остерегайтесь их, они много зла могут принести вам, ибо даже таинствами в Церкви они пользуются нередко для своих злых целей. Молитвы усердной, смиренной, покаянной не забывайте, ибо Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их? (Лк. 18, 7).
Но таинствами покаяния и причащения придется пользоваться, может быть, не более одного раза в год. Для сего ищите пастырей истинно православных, где бы ни находились, даже в других епархиях, и будет для вас такое причащение желанным и радостным праздником в течение года. В случаях исключительных – приближения смерти – можно обращаться к другим. Берегитесь дать место в душе злому чувству. Но вам слушающим говорю: любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас. Блаженны вы, когда возненавидят вас люди и когда отлучат вас и будут поносить, и пронесут имя ваше, как бесчестное, за Сына Человеческого (Лк. 6, 27–28, 22–23).
Как бы ни тяжелы казались нам наши обиды, помните, что все они посылаются волею Отца нашего небесного для нашей пользы и духовного воспитания.
Итак, никому не воздавайте злом за зло, но пекитесь о добром пред всеми человеками. Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми. Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь. Не воздавайте злом за зло, или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте, зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение (Рим. 12, 17–19; 1 Петр. 3, 9). Не унывайте. Господь никогда не пошлет искушений паче меры, но сотворит со искушением и избыток, во еже возмощи нам понести. После ночи всегда бывает утро, после бури – тишина, после зимы – лето, после горя – радость. Истинно, истинно говорю вам: вы восплачете и возрыдаете, а мир возрадуется; вы печальны будете, но печаль ваша в радость будет. Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир (Ин. 16, 20–21). Чем глубже скорбь, тем ярче радость, чем зло сильнее, тем почетнее борьба с ним и тем блестяще венец. Непрестанно молитесь. За все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе. Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа. Верен Призывающий вас, Который и сотворит cue. Братия! Молитесь о нас. Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами. Аминь (1 Фее. 5, 17-18, 23-25, 28).
Да благословит вас Господь и да сохранит от всякого зла под покровом благодати Своея. Исполните радость мою, ибо в узах и страдании великое утешение и укрепление для меня знать, что я не вотще трудился.
Накрепко глубоко любящий вас во Христе, молящийся за вас непрестанно епископ Василий.

Святитель Василий, епископ Кинешемский
из книги Беседы на Евангелие от Марка

5/18 октября 1985 года были обретены честные останки святителя. В июле 1993 года они были перенесены в Свято-Введенский женский монастырь города Иванова. В августе 1993 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II благословил местное почитание епископа Василия. В августе 2000 года свт. Василий был причислен к лику святых Русской Православной Церкви.

Отредактировано Тугодум (13.08.2013 13:55)

+1

105

Семь мучеников Маккавеев
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_171/__937/___20120813_2010575318.jpg

Память: 1/14 августа

В 166 году до Рождества Христова жил в Иудее некто Елеазар, священник и законоучитель, уже достигший старости, но весьма благообразный видом, славный своею мудростью и благочестием. Его привели к мучителю и стали заставлять есть свиное мясо, что было строго запрещено Богом в Ветхом Завете. Но Елеазар согласился лучше умереть славной мученической смертью за закон Божий, нежели сохранить через его нарушение бесчестную и прогневляющую Бога жизнь. Во время великих мучений, когда от ран священник Божий уже приближался к смерти, он, застонав, сказал: «Господу, имеющему совершенное ведение, известно, что я, имея возможность избавиться от смерти, принимаю жестокие страдания и охотно терплю их по страху перед Богом».
Были схвачены и семь учеников святого Елеазара, братья Маккавеи Авим, Антонин, Гурий, Елеазар, Евсевон, Алим и Маркелл, и с ними их мать Соломония. Их привели к беззаконному царю и также стали принуждать есть недозволенную пищу. Тогда один из них, отвечая за всех, сказал: «Мы готовы лучше умереть, чем преступить законы». Царь приказал отрезать ему язык, содрать с тела кожу и отсечь руки и ноги на виду у прочих братьев и матери. Лишенного всех членов, но еще дышащего юношу бросили на огромную раскаленную сковороду. Когда умер первый, вывели на поругание второго, и он принял мучение таким же образом. Уже при последнем издыхании он сказал: «Ты, мучитель, лишаешь нас настоящей жизни, но Царь мира воскресит нас, умерших за Его законы, для жизни вечной». Когда мучили третьего и хотели ему отрезать язык, он тотчас выставил его, неустрашимо протянув и руки, и мужественно сказал: «От Бога я получил их, и за законы Его не жалею их, и от Него надеюсь опять получить их». Даже мучители были изумлены таким мужеством юноши. Потом славную мученическую кончину приняли еще трое братьев Маккавеев. Седьмому же, самому младшему, мать их святая Соломония сказала: «Умоляю тебя, дитя мое, посмотри на небо и землю и познай, что все сотворил Бог из ничего и что так произошел и род человеческий. Не страшись этого убийцы, но будь достойным братьев твоих и прими смерть, чтобы я по милости Божией опять приобрела тебя с братьями твоими». После сыновей скончалась и мать, радостно благодаря Бога за то, что она сама и дети положили души за закон Господа Вседержителя

0

106

Блаженный Василий, Христа ради юродивый, московский чудотворец
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_167/__242/_______20110814_1098116150.jpg

Память 2 августа, в Соборе Московских святых

Родился в 1469 г., в московском подгородном селе Елохове. Родители его, крестьяне, отдали его в обучение сапожному мастерству. Трудолюбивый и богобоязненный юноша был удостоен дара прозрения, который обнаружился случайно. К хозяину Василия пришел человек заказывать сапоги и просил сделать такие, которые стали бы на несколько лет. Василий при этом улыбнулся. На вопрос хозяина, что значит эта улыбка, Василий ответил, что человек, заказывавший сапоги на несколько лет, умрет завтра. Так действительно и случилось. Василий шестнадцати лет от роду оставил хозяина и мастерство и начал подвиг юродства, без крова и одежды, подвергая себя великим лишениям, отягчая тело веригами. Житие блаженного описывает, как он и словом и примером учил народ нравственной жизни.
Однажды блаженный Василий разбросал на базаре калачи у одного калачника, и тот сознался, что в муку подмешивал мел и известь. В другой раз, воры, заметив, что святой одет в хорошую шубу, подаренную ему некоторым боярином, задумали обманом выманить ее у него; один из них притворился мертвым, а другие просили у Василия на погребение. Василий, точно, покрыл мертвого своею шубою, но видя обман, сказал при этом: "Буди же ты отныне мертв за лукавство твое; ибо писано: лукавии да потребятся". Обманщик действительно умер.
В Степенной книге рассказывается, что летом 1547 г. Василий пришел в Вознесенский монастырь на Остроге, что ныне Воздвиженка, и пред церковью долго молился со слезами, в молчании. Это было предвестием страшного московского пожара, на следующий день начавшегося именно с Воздвиженского монастыря и испепелившего Москву. Царь Иван Васильевич Грозный чтил и боялся Блаженного, "яко провидца сердец и мыслей человеческих".
Проповедуя милосердие, Блаженный помогал прежде всего тем, кто стыдился просить милостыню, а между тем нуждался в помощи более других. Был случай, что он отдал богатые царские подарки купцу-иностранцу, который остался безо всего и, хотя три дня уже ничего не ел, не мог обратиться за помощью, так как носил хорошую одежду.
Когда, незадолго до кончины, Василий впал в тяжкую болезнь, сам царь посещал его с царицею Анастасиею.
Василий скончался 2 августа 1557 года [1]. Сам царь с боярами нес его одр; митрополит Макарий совершал погребение. Тело Блаженного было похоронено на кладбище Троицкой церкви, что во Рву, где царь Иоанн Грозный указал строить Покровский собор, в память покорения Казани. Почитание блаженного Василия всегда было настолько сильным, что Троицкий храм и пристроенная Покровская церковь и доныне именуются храмом Василия Блаженного.
С 1588 г. стала говорить о чудесах, совершающихся у гроба Блаженного Василия; вследствие этого патриарх Иов определил праздновать память чудотворца в день его кончины, 2 августа. Царь Феодор Иоаннович велел устроить в Покровском соборе придел во имя Василия Блаженного, на месте, где он был погребен, и соорудил для мощей его серебряную раку. Память Блаженного в Москве издревле праздновалась с большою торжественностью: служил сам патриарх, и при богослужении присутствовал обыкновенно сам царь.
В описании облика святого сохранились характерные подробности: "наг весь, в руке посошок".
Вериги святого хранятся в Московской духовной академии.

Тропарь Василию, Христа ради юродивому, Московскому чдтв., блж.
Якоже бо солнце и луна наготою своею не срамляются, / тако и ты, угодниче Христов Василие наг сый, не срамляшеся, / восприят бо ризу Адама первозданнаго, / юже он ношаше прежде в раи, / ты же сию на земли поносил еси; / и был еси добрый купец: / елико имеяше, вся остави / и купи мздою терпения свое­го село, / на немже сокровен безценный Бисер, Христос. / Сего ради явися всем грешным образ покаяния / и вселися в райскую широту, / и, предстоя Христови, / не забуди град, в немже обита, и люди, преблаженне, / и моли спасти души наша.

+3

107

ИУДЕЙСКОЕ ОБЛИЧИВЫЙ НЕИСТОВСТВО. Перенесение честных мощей святого первомученика Стефана
http://www.rusfront.ru/150809/images/imag4.jpg

После побиения от иудеев святого архидиакона Стефана камнями (Деян.7:55-60) честное тело его лежало без погребения сутки и день: оно было повержено на съедение псам, зверям и птицам; но ничто не коснулось тела, ибо Господь охранял его. На вторую ночь славный законоучитель Иерусалимский Гамалил, послал благоговейных мужей взять незаметно тело первомученика; он отнес его в свою весь, от имени владельца называвшуюся Кафаргамала, то есть весь Гамалиила. Здесь Гамалиил совершил честное погребение тела святого Стефана, положив его в пещере в новом своем гробе. Потом Никодим, "начальник иудейский", приходивший ночью к Иисусу Христу (Иоан.3;1-2), преставился, плачась над гробом святого Стефана; и его похоронил тот же Гамалиил, близ гроба первомученика. Затем и Гамалиил, принявши святое крещение вместе с сыном своим Авивом и пожив богоугодно некоторое время в благочестии христианском, скончался; оба они погребены были в той же пещере, при Стефановом и Никодимовом гробе.

По прошествии многих лет, когда погибли мучители, в продолжении долгого времени гнавшие Церковь Божию, и настали с обращения Константина Великого дни царей христианских, – дни церковной тишины и повсюду сияющего благочестия, – тогда обретены были, по Божию откровению, честные мощи святого первомученика Стефана и погребенных с ним богоугодных мужей: Никодима, Гамалиила и Авива.

Они были обретены пресвитером помянутой веси Лукианом после такого видения. В третий час одной ночи с четвертка на пяток Лукиану явился в сонном видении некий святолепный старец, высокого роста, украшенный сединою, с продолговатою бородою, облеченный в белую одежду, украшенную златовидными изображениями крестов; в руке старец имел золотой жезл. Толкнув им в бок пресвитера, он три раза позвал его по имени:

– Лукиан! Лукиан, Лукиан!

Затем стал говорить:

– Иди в Иерусалим и скажи святому архиепископу Иоанну: "Доколе мы будем затворены, почему не открываешь нас? Ибо во дни твоего святительства нам подобает быть явленными; открой, не медли, наш гроб, где в пренебрежении лежат наши мощи, то мочимые дождем, то попираемые ногами неверных. Я забочусь не столько о себе, сколько о лежащих со мною святых, достойных великой чести; открой указываемые тебе мощи, – да отверзет Бог двери Своего милосердия миру, объятому многими бедами.

Пресвитер Лукиан, исполнившись ужаса, спросил явившегося ему мужа:

– Кто ты, господин? и кого ты разумеешь под находящимися с тобою?

– Я, – отвечал явившийся, – Гамалиил, воспитатель и учитель Апостола Павла, а со мною почивает господин Стефан архидиакон, побитый камнями иудеями и первосвященниками иерусалимскими за веру Христову: тело его, поверженное на съедение псам, зверям и птицам, я взял ночью, принес в сию весь и положил в моей пещере в приготовленном для себя гробе, желая разделить с ним одинаковую участь в воскресении и благодати Господней. В другом же гробе, в той же пещере, положен Господин Никодим, наученный святой вере от Самого Христа Господа и (по вознесении Господнем) приявший от Апостолов святое крещение; иудеи узнав об его вере во Христа и крещении, исполнились гнева и хотели его убить, как и Стефана; однако они не сделали этого из уважения ко мне, так как Никодим был мне родственник; иудеи отняли у него начальство и имения его присоединили к церковным; затем, прокляв его, они выгнали его из города с без честием и укоризнами многими: тогда я взял его в свою весь и кормил до кончины; когда же он умер, я похоронил его близ мощей первомученика Стефана. Там же в третьем гробе, выкопанном в пещерной стене, я похоронил умершего на двадцатом году жизни моего любимого сына Авива, вместе со мною приявшего святое крещение от Апостолов Христовых; с ними я, умирая, завещал положить и мое тело.

– Где же мы будем искать вас? – спросил пресвитер.

– Ищите нас, – отвечал Гамалиил, – пред весью на полуденной стороне, на ниве Делагаври (то есть ниве мужей Божиих).

Воспрянув от сна, пресвитер воздал хвалу Богу и так помолился:

– Господи, Иисусе Христе! Если это явление от Тебя, а не обольщение, то повели повториться ему до трех раз.

И стал Лукиан поститься, вкушая лишь сухой хлеб, до следующего пятка, пребывая в молитве и никому не открывая видения.

В третий час ночи на другой пяток опять явился Гамалиил пресвитеру Лукиану, как и в первый раз.

– Зачем, – спросил он, – ты пренебрег моим повелением идти и передать архиепископу Иоанну всё, сказанное тебе?

– Прости меня, господин мой, – отвечал пресвитер, – я боялся тотчас же по первом видении идти и возвестить, опасаясь как бы не оказаться лживым; посему я молил Господа, – да пошлет Он тебя ко мне и второй и третий раз, чтобы мне увериться в истине.

Гамалиил же, простирая руку, сказал:

– Мир тебе, пресвитер, почивай!

И казался он как бы удаляющимся с глаз священника.

Затем, снова обратившись к нему, сказал:

– Лукиан! ты думаешь о том, как обрести и узнать мощи каждого из нас; так вот смотри и разумей показываемое тебе.

Сказав это, он принес пресвитеру четыре корзины; три из них по виду были золотые, четвертая же серебряная. Одна из золотых корзин наполнена была красными цветами, вторая шафрана благовонного. Первую золотую корзину, с красными цветами, Гамалиил поставил по правую сторону пресвитера на востоке, другую, золотую, с белыми цветами поставил на северной стороне, а третью и четвертую корзину поставил вместе на западной стороне, против первой, находящейся на восточной.

– Что это значит, господин? – спросил пресвитер показывавшего ему корзины Гамалиила.

Он отвечал:

– Это гробницы наши, в которых мы почиваем: так, первая золотая корзина с красными цветами, поставленная к востоку – гроб святого Стефана, обагрившегося за Христа мученической кровью; другая золотая корзина с белыми цветами, стоящая на север, есть гроб господина Никодима; третья также с белым цветом, золотая корзина, стоящая к западу – мой гроб; четвертая же корзина серебряная, полная благовонного шафрана и стоящая рядом с моею, – гроб моего сына Авива, который был чист от греха телом и душою от чрева матери и скончался в непорочном девстве.

После этих слов Гамалиил стал невидим, стали невидимы и корзины.

После этого видения пресвитер принес благодарение Богу и усилил пост и молитву до третьего пятка, ожидая сподобиться явления в третий раз. И снова в ночь третьего пятка, тот же честный и святолепный Гамалиил, представ пресвитеру, сказал с угрозою:

– Почему до сих пор ты не озаботился сходить к архиепископу и открыть ему явленное и сказанное тебе? Неужели ты не видишь, какая засуха и скорбь в поднебесной? Ты же не радишь. Разве нет в пустынях святых мужей, лучших тебя по жизни, достойных сего откровения? Но мы, минуя их, хотим быть явленными чрез тебя. Итак, встань, иди и скажи архиепископу, да откроет место, где мы почиваем, и устроить здесь храм, дабы нашими молитвами Господь стал милостив к своим людям.

Пресвитер, встав и возблагодарив Бога, отправился с поспешностью в Иерусалим, где и сообщил архиепископу Иоанну о бывшем ему трикратном видении и повелении. Архиепископ прослезился от радости.

Пресвитер, возвратившись из города в свою весь, созвал благоговейных мужей и пошел с ними на ниву Делагаври. Среди этой нивы был холм; думая, что здесь почивают мощи святых, он хотел копать, но сначала посвятил всю ночь молитве на том холме. В эту же ночь святой Гамалиил явился одному обитавшему по близости тех мест иноку Нугетию, говоря:

– Иди и скажи Лукиану пресвитеру, чтобы он не трудился раскапывать тот холм, ибо не там лежим мы; но пусть ищет нас при дебри, на полуденной стороне, там мы погребены; на холме же том нас полагали, когда несли на погребение, и здесь над нами, по древнему обычаю, творили плач, во свидетельство этого плача бывшего над нами и насыпан холм.

Восставши, инок отправился по указанию и нашел на помянутом холме пресвитера Лукиана со многими мужами; они уже начали раскопку; тогда инок поведал Лукиану о том, что он видел и слышал. Пресвитер прославил Бога, явившего и другого свидетеля откровению. И направились к дебри, при которой нашли камень с еврейской надписью Хелиил, то есть рабы Божии; окопав камень и сдвинув с места, они нашли тесный вход в пещеру. Влезши в пещеру со свечою, увидели выкопанные в стенах гробы и в них мощи святых. Вход в пещеру был с полуденной стороны; так что по правую сторону к востоку находился гроб святого Стефана, против входа, на север, гроб святого Никодима; на западной же стороне против святого Стефана почивал святой Гамалиил с сыном, как было это прежде указано пресвитеру видением корзин. Тотчас пресвитер сообщил об обретении святых мощей иерусалимскому архиепископу Иоанну.

Архиепископ, взяв двух прилучившихся епископов, Елевферия Севастийского и Елевферия иерихонского, поспешил к месту обретения мощей, расширив вход пещерный, они вошли внутрь. Когда открыли гроб святого первомученика, тотчас потряслась земля и люди, достойные по жизни, услышали вверху голос ангелов поющих: "Слава в вышних Богу и на земле мир!" Благоухание же то мощей святого исходило такое, какого никто из людей никогда прежде не ощущал; это неизреченное благоухание разносилось по воздуху за десять поприщ, и все присутствовавшие думали, что они находятся как бы в раю. Много народа пришло с архиепископом из Иерусалима и окрестных селений; среди пришедших находилось много больных, страдавших различными недугами, – слепые, хромые, мучимые внутренними недугами, – слепые, хромые, мучимые внутренними недугами и бесами, покрытые вередами и язвами; все они получили исцеление. Число исцелевших простиралось до семидесяти трех человек. Итак, взявши мощи четырех угодников Божиих, вынесли их на холм с пением псалмов и других священных гимнов; люди же прикасались к ним, лобызая их с благоговением. Вскоре архиепископ на том холме создал церковь во имя обретенных святых и положил в ней мощи Никодима, Гамалиила и Авива; мощи же святого архидиакона Стефана он торжественно перенес в Иерусалим и положил в церкви, находившейся во святом Сионе.

«Жития святых» свт. Димитрия Ростовского

0

108

Святые семь отроков, иже во Ефесе

Память: 4/17 августа и 22 октября/4 ноября
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_174/____260/____20111103_1529889793.jpg

Отроки Максимилиан, Иамвлих, Мартиниан, Иоанн, Дионисий, Ексакустодиан (Константин) и Антонин жили в III в. Юноши были друзьями с детства и все состояли на военной службе. Когда император Декий (249-251) прибыл в Ефес, то повелел всем гражданам явиться для принесения жертвы языческим богам. Представ перед императором, отроки исповедали свою веру во Христа. С них немедленно были сняты знаки воинского отличия - военные пояса. Однако Декий отпустил их на свободу, надеясь, что они после его возвращения из похода одумаются. Юноши ушли из города и поселились в пещере горы Охлон. По прошествии времени Декий, узнав, где они скрываются, велел заложить пещеру камнями. Вместо смерти Господь навел на отроков чудесный сон. Через 200 лет хозяин участка земли, на которой находилась гора Охлон, начал постройку, и рабочие разобрали для нее вход в пещеру. Господь оживил отроков. О них узнал весь город. В Ефес приехал император Феодосий Младший и беседовал с ними в пещере. Тогда же святые на глазах у всех склонили головы и опять заснули, но на этот раз до всеобщего воскресения.

Тропарь семи отрокам Ефесским, глас 4:
Велия веры чудесе, в пещере, яко в чертозе царском, святии седмь отроцы пребыша, и умроша без тли, и по мнозех временех восташа, яко от сна, во уверение воскресения всех человеков. Тех молитвами, Христе Боже, помилуй нас

Кондак семи отрокам Ефесским, глас тойже:
Мира сущая тленная презревше, и нетления дары приемше, умерше, кроме тления пребыша. Темже востают по многих летех, все погребше лютых неверие, яже во хвалении днесь, вернии, восхваляюще, Христа воспоим

0

109

Житие святых новомучеников Симеона и Димитрия (Воробьевых)

Братья Симеон и Димитрий родились в селе Ключевом Максатихинского уезда Тверской губернии в благочестивой семье крестьянина Михаила Воробьёва. Симеон родился в 1871 году, а Димитрий — в 1873-м, и во время гонений 1937 года им было за шестьдесят лет.

Хотя братья и не были нарочито образованны, но были грамотны и весьма начитанны в церковной литературе, с детства были приучены к молитве и церковной службе. Оба брата служили в армии рядовыми: Симеон с 1903 по 1907 год, а Димитрий в 1914-1915 годах.

До революции братья имели небольшие крестьянские хозяйства, Симеон — лошадь, корову и овцу, а Димитрий — две коровы, две овцы и ветряную мельницу. Поскольку хозяйства были ничтожны, то во время революции и сразу после нее они не были отобраны, но положение изменилось в начале тридцатых годов: тогда братья были арестованы, все их имущество конфисковано, а сами они были сосланы вместе со своими семьями на Урал.

У Симеона было два сына — Николай одиннадцати и Михаил пяти лет, а у Дмитрия две дочери, четырнадцати и тринадцати лет, и сын одиннадцати лет.

Через год им было разрешено вернуться на родину, но ни имущества, ни хозяйства им не вернули.

Симеон еще до ссылки был церковным старостой в храме в селе Ключевом, и приехавший в село священник Александр Диевский предложил ему работать при храме сторожем, а его сына, Николая, научил петь и читать на клиросе, и вскоре он стал исполнять обязанности псаломщика. Дмитрий Михайлович, чтобы не умереть в родном селе с голоду, обзавелся кое- каким хозяйством.

Главное, что было в братьях, — это вера и великая любовь к храму, и поэтому, когда в село Ключевое был назначен священником о. Александр, он остановился и жил у братьев Воробьёвых; эти благочестивые семьи были опорой прихода.

Наступил 1937 год; 23 июля Дмитрий и Симеон и сын его Николай были арестованы и заключены в Бежецкую тюрьму. Сразу же начались допросы: как вы познакомились с Диевским? Какую вы вели контрреволюционную деятельность среди населения? Признаете ли себя виновным?..

Был допрошен сын Симеона Михайловича, Николай. Ему в это время едва исполнилось семнадцать лет. В тот же день был допрошен и Дмитрий Михайлович:

— В контрреволюционной деятельности виновным себя не признаю. Поясняю следующее: моя связь с Диевским, братом Семёном и племянником Николаем состояла в посещении церкви.

Вот всё, что сочли нужным ответить на вопросы следователя братья, единственная вина которых была в ревностном отношении к храму.

13 августа Тройка НКВД приговорила Симеона и Димитрия к расстрелу. Николай не был приговорен к расстрелу только из-за того, что ему было в то время семнадцать лет, его приговорили к восьми годам исправительно-трудового лагеря. Братья Симеон и Димитрий были расстреляны 17 августа 1937 года.

Причислены к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Игумен Дамаскин (Орловский). Жития новомучеников и исповедников Российских

+1

110

"НЕ УБОЙТЕСЯ ОТ УБИВАЮЩИХ ТЕЛО, ДУШИ ЖЕ НЕ МОГУЩИХ УБИТИ"

Преподобный Иов Ущельский был иноком Соловецкого монастыря (отца его звали Патрикием Мазовским).

http://rusfront.ru/uploads/posts/2013-08/1376765089_ib3510.jpg

10 ноября 1608 года он был посвящен в сан иеромонаха Новгородским митрополитом Исидором. В 1614 году преподобный Иов отправился в Мезенский край, где при впадепии в реку Мезень рек Езег и Важка поставил часовню в честь Рождества Христова.

Первые собравшиеся к нему иноки жили в домах своих родственников-мирян, настолько бедна была обитель. После пожалования царем Михаилом Феодоровичем (1613-1645) земли с рыбными ловлями Преподобный устроил церковь и братские келии.

5 августа 1628 года, когда вся братия была на сенокосе, на монастырь напали разбойники. После страшных истязаний с требованием открыть монастырские сокровища, разбойники обезглавили преподобного Иова. Ничего не найдя, они ушли. Возвратившаяся братия с честью погребла тело преподобномученика.

Местное почитание преподобного как угодника Божия началось вскоре после его кончины ввиду многочисленных чудес (в ХVII в. их известно до 50). Первая икона была написана в 1658 году, а житие в 1660-х годах. Около того времени была построена над мощами Преподобного часовня, перестроенная затем по благословению архиепископа Холмогорского Афанасия в церковь в честь тезоименитого святого праведного Иова Многострадального (память 6 мая; в этот же день Церковь установила и память преподобного Иова Ущельского). 3 ноября 1739 года мощи преподобного Иова были освидетельствованы архиепископом Варсонофием, очевидно, им же благословлено петь молебны святому. Так совершилось его прославление. Лик преподобного описывается так: "Подобием надсед, брода аки Александра Свирского, ризы преподобническия, в схиме, в руках свиток, а в нем написано: "Не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убити"".

Жития святых

0

111

Сияние славы Отчей. Слово в день Преображения Господня

Великий праздник Преображения Господня дает нам повод вспомнить слова Господа нашего Иисуса Христа: Если Я не творю дел Отца Моего, не верьте Мне. А если творю, то, когда не верите Мне, верьте делам Моим, чтобы узнать и поверить, что Omeц во Мне, и Я в Нем (Ин. 10, 37-38).
Велики и безчисленны чудеса Господа нашего Иисуса Христа: одним словом воскресил Он умершую дочь Иаира, начальника синагоги, сына Наинской вдовы и даже Лазаря, четыре дня лежавшего в гробу. Одним словом Своим повелел утихнуть бурному ветру и высоким волнам Генисаретского озера, и настала великая тишина. Пятью хлебами и двумя рыбами насытил пять тысяч человек, кроме жен и детей, и семью хлебами – четыре тысячи. Ежедневно исцелял Он больных различными болезнями, и изгонял злых духов из бесноватых; возвращал зрение слепым и слух глухим одним прикосновением Своим.
Мы возвестили вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, не хитросплетенным басням последуя, но быв очевидцами Его величия (2 Пет. 1, 16), – говорит свидетель Преображения святой апостол Петр в соборном Послании. Воссиял миру свет Божественный с горы Фаворской, ибо Он есть Сияние славы Отчей (см. Евр. 1, 3).
А теперь светит ли так ярко свет Христов, как светил на горе Фаворской? Увы, для многих он не светит совсем. Люди теряют веру и признаются со скорбью, что меркнет в их душе свет Христов. Он меркнет потому же, почему меркнет свет солнечный, когда свинцовые тучи заслоняют свет солнца. Он меркнет для тех, кто лишен зрения или кто, хотя и не слеп, но закрывает глаза от света не желая видеть его. Он меркнет в душах многих впавших в отчаяние, погрязших в грехе. Он меркнет потому, что люди сами его заслоняют тьмой своих грехов.
Кровавая тьма жестокостей, насилия, убийств, тьма нечестия черными, страшными тучами заслонила тихий свет святой славы

 
Безсмертного Отца Небесного. Заслоняет свет Христов тьма духовная – тот черный дым грехов, ненависти и вражды, который и ныне поднимается от земли.
Еще пророк Исайя изрек слова, которые действенны в наше время и применимы ко всем нам: Слухом услышите и не уразумеете; и глазами смотреть будете и не увидите; ибо огрубело сердце людей сих, и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их (Мф. 13, 14-15; ср. Ис. 6,9-10).
И чтобы хоть как-то достучаться до нас, людей упорных, тугоухих и плохо видящих, ко всему тому, чего нам казалось мало, прибавил Господь Иисус Христос великое чудо Своего Преображения на горе Фаворе. Ему, воссиявшему ослепительным Божественным светом, явились древние пророки Моисей и Илия и преклонились пред Ним – Творцом Закона. В страхе и трепете взирали на это чудное зрелище избранные апостолы Петр, Иаков и Иоанн. И из покрывшего их облака раздался голос Божий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте (Мф. 17, 5). И святые апостолы проповедали всему миру, что Господь наш Иисус Христос есть воистину Отчее Сияние.
Казалось бы, услышав это, весь мир должен был пасть ниц перед Господом Иисусом Христом и поклониться Ему как Истинному Сыну Божию. Но огрубели сердца людей, с трудом слышат ушами, ибо заткнули уши, не желая внимать слову Христову. И если даже кто-то пожелает прислушаться, то страшный шум вокруг – грохот вражды и ненависти – не дает разобрать тихие и благостные слова Христа. Их не слышат, их не слушают так же, как во время воздушной бомбардировки никто не стал бы наслаждаться дивной мелодией реквиема Моцарта.
Казалось бы, коленопреклоненное предстояние перед преобразившимся на Фаворе Господом Иисусом двух величайших ветхозаветных пророков Моисея и Илии навсегда закроет нечестивые уста книжников и фарисеев, ненавидевших Его, будто бы нарушавшего закон Моисеев. Но и доныне иудеи не веруют в Него как в своего Мессию. Они сомкнули свои глаза и не хотят видеть света. Не слышат ушами, не желают уразуметь сердцем правду Христову и обратиться, чтобы Христос их исцелил.
И не только евреи не верят. Для множества христиан все больше и больше тускнеет Божественный Фаворский свет. Все меньше и меньше становится малое стадо Христово, для которого этот свет сияет с такой же силой, с какой некогда сиял для апостолов Петра, Иакова и Иоанна на горе Фаворе. Кто виноват? Не сами ли люди? Чья же вина? Не тех ли, кто сеет вражду и ненависть среди людей? До тревожных размеров умножилось недоверие между народами, и свет Христов заслонен темными тучами безбожия. Все чаще и чаще вспоминаем мы страшное слово Христово: Сын Человеческий, придя найдет ли веру на земле (Лк. 18, 8)?
Но не будем унывать, ибо Он же сказал: Когда же начнет это сбываться, тогда восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается избавление ваше (Лк. 21, 28). Давайте будем жить так, чтобы в страшный день Суда иметь право поднять головы, а не опустить их низко в глубоком отчаянии. И будем помнить и такие слова Христа: Не бойся, малое стадо, ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство (Лк. 12, 32). Свет Христов сияет и теперь, как сиял и тогда. Солнце всегда сияет ярко, но тучи его заслоняют. Так и свет Христов не меркнет никогда: его только заслоняют грехи человеческие.
Свет Христов не меркнет в сердцах тех, кто возлюбил Христа, кто идет за Ним, кто живет по заповедям Его, кто высшей истиной считает Евангелие Христово. Он светит для всех тех, о которых сказано: Ваши же блаженны очи, что видят, и уши ваши, что слышат (Мф. 13, 16).
Мы видим Его чудеса, слышим Его святую проповедь. Блаженны очи тех, кто неотступно устремляет их туда, где сияет правда Христова; очи, которые бывают обращены часто к Священному Писанию, житиям святых, писаниям Святых Отцов. Оттуда непрестанно изливается в них Божественный свет.
Будьте же зрячими и ничем не затемняйте свет Христов. Уши ваши да будут всегда обращены к святым словам Господа Иисуса, Его святых апостолов, к словам Святых Отцов, словам божественных песнопений. Блаженны очи, которые всегда с трепетом взирают на Крест Господа нашего Иисуса Христа и без слез не могут видеть тьмы и грехов мира! Аминь.

Свт. Лука, архиепископ Симферопольский и Крымский

Отредактировано Тугодум (19.08.2013 10:49)

+1

112

Кровь мученников - семя церкви

Священники и миряне, претерпевшие смерть ради Веры и Отечества - наши маяки  во тьме падшего мира. Замучившие,  убившие их изверги, являются исполнителями, слугами сатанинских сил. Мученическая смерть праведников, к сожалению,  не становится в наше апостасийное время даже мало-мальски известным событием. Жестокий заговор молчания окружает их последний подвиг. Злодейские убийства их, не потрясают нас, а жаль...
http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2013-08/1376975830_1.jpg

Так ровно 15 лет 20 августа в 3 часа ночи назад был зверски замучен архимандрит Петр (Посаднев), настоятель Воскресенского храма на Красной скале близ Фороса. Его судьба чем-то напоминает судьбу оптинского иеромонаха Василия (Рослякова). Он тоже был «умницей» и спортсменом, и в Церковь пришел юным и не из-за моды, а по зову сердца. Он ушел из жизни также совсем молодым, спустя четыре с половиной года после смерти отца Василия, и тоже на Господский Праздник. И хотя, скорее всего, отец Василий и отец Петр не были знакомы друг с другом при жизни, но ныне в небесных селениях, как мученики Христовы, верится, что они вкупе молятся за нас, грешных, за нашу многострадальную матушку-Русь...

Виталий Посаднев (отец Петр) родился в семье военнослужащего 5 марта 1966 г. У супругов Посадневых три года не было детей. Виталий был чадом желанным, вымоленным.

Виталий крестился в 9 классе в день своего рождения без согласия матери.

- Пришел в церковь в красной футболке, - вспоминает Надежда Тимофеевна, его крестная, - а я спрашиваю, что ж ты, Виталик, красную майку надел? В белой надо креститься. Он ответил, что это его любимая майка. Вот так и вышло. Видно уже тогда Господь ему знак мученический подавал. Позже он уговорил креститься и свою мать...

Один случай из жизни: Виталику Посадневу 15 лет, его мама занимает высокий пост, в семье достаток. Парень имеет разряд по лёгкой атлетике, из школы приносит «пятёрки». Родительница достаёт из пакета подарок - купленные по знакомству американские джинсы, а на следующий день... получает от Виталика пачку купюр: «Я джинсы продал. Не надо тратить на меня такие деньги. Вырасту, сам куплю. Если захочу».

Уже в юности Виталик хотел иных вещей. Школьником десять раз посмотрел фильм «Андрей Рублёв» А. Тарковского. «Переломный момент настал в 7-м классе, - рассказывает мама Виталика Валентина Александровна. - Сыну поручили сделать доклад о религиозных сектах. А он если что-то изучал, то досконально. Отыскал в Севастополе батюшку, тот посоветовал литературу. В итоге о докладе Виталика даже в местной газете написали. А его увлекла православная культура. Сын самостоятельно выучил церковнославянский язык, выписал из Киева необходимые книги. У него в комнате появились иконы».

Ночное видение

Виталик Посаднев пришёл к вере, когда это было не модно, когда церкви стояли разрушенными, а возле тех, что всё-таки действовали, дежурили люди в штатском. Они без труда приметили подростка с лёгкой, спортивной походкой, который не первый раз посещал воскресную службу. Приметили Виталика Посаднева и бабульки-прихожанки: «Странно, к кресту не прикладывается. Может, соглядатай?» «Да я некрещёный», - признался им подросток. Это быстро исправили. Одновременно в школу поступил тревожный сигнал. «Виталий, как же вступление в комсомол?» - ледяным тоном поинтересовалась директор. «Я не собираюсь туда вступать. Я верю в Бога». - «Пеняй на себя». Лишь преподавательница литературы Светлана Охапкина отнеслась к своему ученику с пониманием: «На выпускном экзамене Виталий отвечал прекрасно. Но на меня давили, чтобы я поставила «хорошо». Я возразила: «Он заслужил „отлично". Я оцениваю знание литературы, а не мировоззрение учеников».

Дома он сообщил, что едет во Владимир, где шесть веков назад творил его любимый Андрей Рублёв. «Что ты там будешь делать?» - недоумевала Валентина Александровна. «Начну служить в одном из храмов. Потом поступлю в семинарию». - «Тебя же без экзаменов берут на филфак Симферопольского университета. Испортишь себе жизнь! Денег на билет не получишь!» - «Прихожане нашей церкви собрали мне деньги на билет». В семье разразился скандал
http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2013-08/1376975852_2.jpg

- В ту ночь я почти не спала, - рассказывает мать. - До сих пор не могу сказать, сон это был или явь... Вдруг в ночи через открытую балконную дверь хлынул столб света. И некто в белых одеждах приказал: "Смотри и помни!" Видение тотчас исчезло. И я увидела внутренним взором больничную палату, койки с младенцами и Виталика с капельницами, подключенными к крохотным ручкам. Увидела себя и услышала свой голос: "Господи, спаси его, и пусть он тебе всю жизнь служит!" Позже мне принесли икону Вознесения Христова. На ней Господь в столбе света и весь в белом. Это была икона Форосского храма. Я узнала на ней "неведомого пришельца". До той ночи, когда мне явился Христос, я начисто все забыла - как лежала с маленьким Виталиком в Симферопольской областной больнице, просила помощи у Господа. На следующий день я молча помогла сыну собраться в дорогу и ни слова не сказала о видении. Он так и не узнал, что должен был умереть во младенчестве и что я сама дала обет посвятить его Богу и Господь даровал ему жизнь...

"У Вас нет сына"

Виталий служил в Свято-Успенском кафедральном соборе Владимира иподиаконом, когда получил повестку из военкомата. «Идёт Великий пост. Тяжело мне без молитвы, без чтения Святого Евангелия», - писал маме рядовой Посаднев. А после демобилизации он решил без остатка посвятить себя Богу.

Сын вернулся во Владимир, пригласил меня в гости, - вспоминает мама. - Я присутствовала на службе в Успенском соборе. Виталик стал на колени, ему отрезали кусочек волос, назвали Петром. В конце службы многие прихожане бросились целовать подол моего платья. Я с удивлением отпрянула. Кто-то произнёс: «Разве вы не поняли? Это же был постриг. У вас теперь нет сына Виталика, а есть монах Пётр». Я онемела, а сын сказал: «Я выбрал свой путь. И не сверну с него».

Форосское чудо

Спустя пять лет монах Пётр вернулся в Крым восстанавливать храм, который запал ему в душу с детства. Юношей он часто забирался на Краснуюскалу. Здесь в запустении пребывала церковь Воскресения Христова, которую до революции знал «в лицо» почти каждый подданный империи. Московский чаепромышленник Александр Кузнецов поместил изображение храма на коробочках с чаем. Церковь недалеко от Фороса воздвигли на его пожертвования. Четыре года, 50 тыс. рублей золотом - и голая скала в 1892 году была украшена шедевром архитектуры. После революции «форосское чудо» использовали как элитный ресторан.

Рассказывают, что в 60-е годы Никита Хрущёв привёз сюда шаха Ирана. Но тот отказался обедать, сказав, что делать это в храме - кощунство. Вскоре в «храме-ресторане» случился пожар. В 1990 году отца Петра встретили обгоревшие стены без окон и дверей. На первых порах священнику помогала горстка энтузиастов. «Мы выгребали мусор, мыли, тряпки полоскали в луже, - вспоминает пенсионерка Вера Жуковская. - С нами был молодой парнишка, очень старательный. Мы ещё и покрикивали на него. А он после работы сказал: „Давайте помолимся, я ваш новый священник". Так и познакомились. Мой муж 67 лет прожил некрещёным, а отца Петра, которому было 24 года, послушал и принял крещение».

Радовался как ребёнок

Священник поселился рядом с храмом в вагончике. До ближайшего населённого пункта Фороса - 7 км по горной дороге. Тем не менее, прихожан становилось больше. Многие именно от отца Петра узнавали, как правильно креститься, причащаться. «Во время службы на Троицу священник опускается перед всем миром на колени и просит прощения, - вспоминает прихожанка Раиса Жуковина. - Отец Пётр так смиренно это сделал, что храм, полный людей, онемел. Тишина. Батюшка поднялся с колен и, улыбнувшись, сказал: „Теперь вы тоже должны встать на колени и попросить прощения". Так он это сказал, что все упали на колени и с радостью просили прощения у Всевышнего и нашего дорогого отца Петра».

...Отца Петра не стало в ночь на 20 августа 1997 года. Трагедия произошла в келье, рядом с храмом. Его долго пытали. Мучения, которые претерпел перед смертью отец Петр, трудно себе представить. Его били ножом - 21 удар. Смерть батюшки была долгой, мучительной. Одно ухо у него было отрезано, видны были множественные удары в области груди, шеи, лица, конечностей...

Накануне страшных событий привезли дубовый резной иконостас - точную копию дореволюционного. Отец Пётр радовался как ребёнок, всё поглаживал дощечки. Иконостас стал последней точкой в восстановлении святыни. Мечта сбылась, а самого священника не стало.

Убийц нашли быстро. Ими оказались беглый солдат Юрий Неумывако и четырежды судимый Картамышев. Ялтинский суд отстаивал версию убийства "с целью ограбления" - мол, преступники знали, что священник должен был рассчитаться за иконостас. Увы! Денег убийцы не нашли. Иконостас был подарен московскими духовными чадами священника. Об этом убийстве, нестыковке в следствии и прочих сюрпризах крымской Фемиды писали многие крымские газеты.

Первой на место преступления приехала симеизская милиция. Вместе с вещественными доказательствами стражи порядка прихватили кое-что из личных вещей отца Петра и приличную сумму, принадлежащую реставраторам, которые помогали восстанавливать Форосский храм. Когда, наконец, было закончено следствие, судья при личной встрече поцеловал руку мужественной женщины Валентины Александровны Посадневой и сказал, что еще не пришло время знать всю правду. В чем правда? Она в том, что отца Петра, а вскоре и других духовных лиц, убрали сторонники церковного раскола. Картамышев и Неумывако были простыми исполнителями. Операция эта задумывалась давно и, очевидно, наверху прошла утечка информации. Отца Петра любили и постарались предупредить. Есть доказательства, что у него хранились протоколы тайной киевской конференции о готовящемся расколе Русской Православной Церкви. В середине 1990-х годов этот вопрос стоял очень остро. Крымский писатель Марк Агатов назвал это убийство заказным и чисто политическим.

После смерти отца Петра было еще три убийства. Монах Олимпий верно служил Господу. Жил в вагончике при храме. Роковой ночью он вышел во двор, чтобы выключить подсветку храма, и увидел людей в форме спецназа. Он испугался и убежал в лес. Впоследствии он признался, что одного убийцу узнал в лицо, но скажет его имя только в Верховном суде. Олимпий исчез за две недели до заседания Верховного суда. Тело его нашли в Мекензиевых горах. Опознать труп можно было только по золотому крестику, подаренному отцом Петром. Таких, сделанных на заказ, было всего несколько.
http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2013-08/1376975779_3.jpg

Двух исполнителей убийства отца Петра осудили, дали по 14 и 15 лет. А вот заказчики.... «Таких заказчиков никогда не находят», - сказали маме.

Отца Петра, Виталия Посаднева, похоронили в Севастополе. Ему был всего 31 год. На его могиле всегда много цветов. В день рождения 5 марта, в день памяти 20 августа и в дни ангела 5 января и 6 сентября у его могилы собираются прихожане Воскресенского храма, которых он собрал в единую православную семью, приезжают паломники из Молдавии, монахи с Афона и православные люди со всех концов огромной матушки России.

Одним архимандрит Петр помог при жизни; другие едут, чтобы помолиться крымскому новомученику. Едут за светом, за правдой, за помощью. На его могиле было много случаев исцеления от пьянства и наркомании.

Новомучениче отче Петре, моли Бога о нас!

Источник: optina-pustin.ru

0

113

День памяти Григория Синаита.
Из поучений преподобного

Преподобный Григорий Синаит родился около 1268 г. в г. Смирны (Малая Азия) На о. Кипр постригся в иноческий чин,а затем отправился на Синайскую гору и принял там великую схиму. Исполняя послушания повара и пекаря, преподобный был также искусным писцом и превосходил всех в чтении и знании Священных и отеческих книг. Он обошел на Афоне все монастыри и всех подвижников. Таким путем он вобрал многовековой опыт иноческой жизни древнейших обителей.
Драгоценным наследием преподобного Григория являются наставления о внутренней жизни, 15 глав о безмолвии и 142 главы о заповедях, где он говорит, что «ищущий уразуметь заповеди без исполнения их и через учение и чтение обрести то желающий подобен человеку воображающему тень вместо истины».

Из поучений преподобного Григория Синаита

Должно предпочитать всему заповедь всеобъемлющую, память Божию. Ибо от чего гибнем, противоположным тому и сохранены быть можем. Губит же нас забвение Бога, мраком покрывая заповеди и обнажая нас от всякого добра.
В мысленной силе души рождаются и действуют помыслы, в раздражительной – зверские страсти, в вожделенной – скотские похоти, в уме – мечтательные воображения, в рассудке – мнения.

Помыслы суть слова бесов и предтечи страстей: ибо невозможно сделать что-либо доброе или худое, что наперед не приложит и не возбудит помысла о себе. Помысел есть движение безвидного прилога каких-либо вещей.

Ничто так не делает сердца сокрушенным и души смиренной, как уединение разумное и молчание от всех. Ничто другое по истине так не расстраивает состояния безмолвия, и не лишает Его божественной помощи, как следующие главные страсти: дерзость, чревоугодие, многоглаголание и суетная забота, надмение и госпожа страстей самомнение. Кто охотно попускает себе с ними свыкаться, тот с продолжением времени омрачаясь более и более, делается наконец совсем обуморенным. Впрочем, если он опомнится и с верою и рвением положит начало соблюдению должного, то опять улучит искомое, особенно если будет искать со смирением. Если же по нерадению хоть одна из сказанных страстей воцарится в нем, тогда и все полчище зол с пагубным неверием во главе, нападши на него, совершенно опустошают душу его, делающуюся от бесовских смятений и волнений другим неким Вавилоном, так что последняя его бывают горша первых. Он делается тогда яростным врагом и поносителем безмолвствующих, язык свой изощряя всегда против них, как бритву и как меч обоюдоострый.

Ничто так расслабленной, безпечной и немысленной не делает душу и ревностных подвижников, как самолюбие, сия кормилица страстей.

Говорящие или делающие что-либо без смирения подобны строящему храмину зимой, или без цемента. Опытом, разумом обрести и познать смирение есть достояние весьма немногих. Словом о нем разглагольствующие подобны измеривающим бездну. Мы же слепые, мало нечто о сем великом свете гадающие, говорим: смирение истинное ни слов смиренных не говорит, ни видов смиренных не принимает, не нудит себя смиренно о себе мудрствовать и не поносить себя смиряясь. Хотя все такое начатки суть, проявления и разные виды смирения, но само оно есть благодать и дар свыше.

Два есть смирения, как говорят Св. Отцы: почитать себя низшим всех и Богу приписывать добрые дела свои. Первое есть начало, второе конец. Тем, кои взыскивают его, предлагается иметь с разумом следующие три в себе помышления: что они грешнее всех людей, что они срамнее всех тварей, как сущие в состоянии неестественном, что они окаяннее бесов, как рабы бесов.

Смиряющемуся так говорить надлежит: есть ли на свете грешники, коих грехи, не говорю, превосходили бы, но хоть равнялись бы моим? – Нет, душа моя; мы с тобою хуже всех людей, мы – земля и пепел под ногами их. И как мне не считать себя срамнейшим всех тварей, когда они держат себя по чину естества своего, тогда как, по безчисленным беззакониям своим, я стал ниже естества? По истине звери и скоты чище меня грешного.

Кто же не ведает и не чувствует, что грешник хуже и бесов, как раб их и подданный, уже отзде с ними во тьму кромешную заключенный? Воистину хуже бесов обладаемый ими; и потому с ними наследую я бездну, окаяннейший. В преисподней, в аде и бездне прежде смерти обитающий, как в самопрельщении дерзаешь называть себя праведным, сделав себя злыми делами грешником непотребным и бесом? Горе прельщению и заблуждению твоему!

Житие священномученика Никодима, архиепископа Костромского и Галичского
http://www.ruskalendar.ru/upload/iblock/12b/12bcc83d50b62c756517c256292fdd24.jpg

Новопоставленному епископу Никодиму был вручен архиерейский жезл с пророческими словами: «В настоящее неспокойное время епископское служение можно назвать подвигом мученическим. Настоящая современность с каким-то особенным усердием готова вести — и ведет — епископа на Голгофу, чтобы распять там и сделать его мишенью для всяческих злословий, укоров, издевательств… Но да не смущается, при крепкой вере в Бога, сердце твое. Паси жезлом сим словесное стадо Христово…»
Именно таким восхождением на Голгофу и мученичеством за Христа и Его Церковь стало святительское служение владыки Никодима.

Николай Васильевич Кротков, будущий священномученик Никодим, родился 29 ноября 1868 г. в Костромской губернии в семье священника. По окончании семинарии Николай Васильевич обвенчался с девицей Аполинарией Андреевной Успенской, а 25 февраля 1890 г. был рукоположен во священника. Только семейная жизнь у о. Николая не сложилась: умер ребенок, а за ним — любимая жена. И родилось решение принять монашество и оставить приход. Поступив в Киевскую Духовную Академию, он принял монашество с именем Никодим.

7 июня 1900 г. Совет академии присвоил студенту IV курса иеромонаху Никодиму ученую степень кандидата богословия.

Когда началась Первая мировая война, святитель пытался всеми доступными средствами помочь страдающему Отечеству: заботился о создании приютов для беженцев и для сирот убиенных воинов, посещал госпитали и сам отправлялся на фронт, чтобы ободрить защитников Отечества.

В декабре 1916 г. еп. Никодим подал на Высочайшее имя докладную записку, с перечнем мер по остановлению в стране реваолюционного хаоса, в том числе роспуск Государственной Думы. Пришедшие три месяца спустя к власти мятежники припомнили Святителю его резко правые взгляды.

Получив указ Патриарха Тихона о возведении его в сан архиепископа с назначением на Таврическую кафедру, владыка Никодим с риском для жизни пересек линию фронта и в июне 1920 г. приехал в Симферополь. Через много лет этот подвиг послушания станет на предсмертных допросах обвинением в шпионаже, а благословение Патриарха Тихона — отягчающим обстоятельством.

В 1922 г. власти объявили об изъятии церковных ценностей. Голодающее Поволжье стало удобным поводом для нанесения смертельного удара по Православной Церкви. Священство обвинялось в сопротивлении властям. Вскоре был арестован и архиепископ Никодим. Приговор — восемь лет лишения свободы. На пути в Нижегородскую тюрьму владыка заболел тифом и оказался в тюремной больнице. Но Господь сохранил Святителя для будущих трудов.

10 июля 1932 г. архиепископ Никодим получил назначение на Костромскую кафедру. Под его святительский омофор стали собираться возвращавшиеся из ссылки и заключения близкие по духу священники и миряне. На последнем следствии это будет фигурировать как «сколачивание контрреволюционной повстанческой группы реакционных церковников».

Сколько пришлось Архипастырю претерпеть на Костромской земле! На глазах Святителя осквернялись и разрушались храмы и обители, пылали костры из священных книг. В 1934 г. был взорван Успенский кафедральный собор, где около восьми веков пребывала Феодоровская икона Божией Матери. Этот чудотворный образ стараниями Владыки был спасен.

В ночь на 4 декабря 1936 г., под праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, Святитель был вновь арестован. Два года семидесятилетний старец содержался в нечеловеческих условиях ярославской тюрьмы.

Несмотря на давление разных политических сил, он отстаивал только интересы Церкви. На последних допросах он так определил свою позицию: «Я стоял за единую неделимую Церковь и Родину…»

21 августа 1938 г., в день празднования Толгской иконы Божией Матери, он предал свою чистую душу Богу. В подвиге священномученика Никодима особенно поражает то обстоятельство, что на свою Голгофу он взошел добровольно, отказавшись от предложения митрополита Антония (Храповицкого) покинуть Родину накануне предначертанных ей жестоких испытаний.

Место погребения Святителя неизвестно. Вероятнее всего — в одной из братских могил у деревни Селифонтово под Ярославлем.

27 марта 1995 г. на празднование Феодоровской иконы Божией Матери свт. Никодим был прославлен в лике местночтимых святых Костромской епархии, а 20 августа 2000 г. его имя было внесено в Собор новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания.

Александр, архиеп. Костромской и Галичский. «Священномученик Никодим: жизнь, отданная Богу и людям»

+1

114

Святой апостол Матфий
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//_153/-_185/__863/___20110821_2021633541.jpg

Память: 30 июня/13 июля; 9/22 августа

Святой Апостол Матфий, происходивший из колена Иудина, родился в Вифлееме; с раннего детства он начал изучать священные книги и закон Божий в Иерусалиме под руководством святого Симеона Богоприимца. От него святой Матфий был наставлен в добродетельной жизни: он проводил богоугодную жизнь, строго следуя по пути, начертанному в заповедях Божиих. Настало время, когда Господь, по прошествии тридцати лет со дня Своего рождения от Пречистой Девы Марии и по принятии крещения от Иоанна, явил Себя миру; собрав учеников, Он проповедовал наступление Царствия Божия, совершая в то же время неисчислимые чудеса и знамения. Святой Матфий, внимая учению Христа и видя Его чудотворения, исполнился к Нему любовью: оставив мирские заботы, он вместе с другими учениками и народом последовал за Господом, наслаждаясь лицезрением воплотившегося Бога и неизреченною радостию Его учения. Господь, Которому открыты самые сокровенные движения человеческого сердца, видя рвение и чистоту душевную святого Матфия, избрал его не только в число Своих учеников, — но и для апостольского служения. Сначала святой Матфий принадлежал к числу семидесяти меньших Апостолов, о которых в Евангелии говорится: «Избрал Господь и других семьдесят (учеников), и послал их по два пред лицем Своим» (Лк.10:1); после же вольных страданий, воскресения и вознесения Господа нашего Иисуса Христа на небо святой Матфий был причтен к сонму двенадцати Апостолов. По отпадении Иуды от лика двенадцати Апостолов, последний, — так как вместо Иуды никто не был избран, — утратил свою полноту, а с ним и право на именование двенадцати; поэтому верховный из Апостолов, святой Петр, став посреди собрания первых христиан, обратился к верующим со словом о том, что на место отпавшего и погибшего Иуды должны избрать кого-либо из тех, которые находились с Апостолами во всё время, когда пребывал с ними Господь Иисус, чтобы избранный Им сонм двенадцати ближайших Апостолов был цел и неизменен. «И поставили двоих: Иосифа, называемого Варсавою… и Матфия; и помолились и сказали: Ты, Господи, Сердцеведец всех, покажи из сих двоих одного, которого Ты избрал принять жребий сего служения и Апостольства, от которого отпал Иуда… И бросили о них жребий, и выпал жребий Матфию, и он сопричислен к одиннадцати Апостолам» (Деян.1:23—26), как двенадцатый. Это избрание вскоре было утверждено Господом при ниспослании Духа Святого в виде огненных языков: ибо Дух Святой опочил как на прочих святых Апостолах, так и на святом Матфие, даруя ему равную благодать с учениками Господа. По сошествии Святого Духа Апостолы метали жребий, кому из них и в какую страну идти для проповеди евангельской; святому Матфию досталась по жребию Иудея, где он и трудился, обходя города и веси и благовествуя о явлении во Христе Иисусе спасения миру; впрочем, не только среди Иудеев, но и среди язычников проповедовал он имя Христово. Предание говорит, что святой Матфий обращался с благовестием Христовым и к жителям Эфиопии и претерпел здесь множество различных мучений: его влачили по земле, подвергали побоям, привешивали к столбу, строгая бока железом и поджигая огнем; но, укрепляемый Христом, святой Матфий мужественно и с радостью переносил эти мучения. По некоторым же известиям святой Матфий проповедовал Евангелие и в Македонии, где нечестивые греки, желая испытать силу возвещаемого святым Апостолом учения, схватили его и заставили выпить отраву, лишавшую человека зрения: кто выпивал ее, тот делался слепым. Но святой Матфий, выпив во имя Христово отраву, не потерпел от нее никакого вреда и даже ослепленных этою отравой, — их было более двухсот пятидесяти человек, — исцелил, возлагая руки и призывая имя Христово. Диавол, не терпя такого поругания, явился язычникам в виде отрока, повелевая убить Матфия, так как он уничтожает почитание бесов; когда же они хотели схватить святого Апостола, то принуждены были в течение трех дней безуспешно искать его: святой Матфий, хотя и ходил среди них, был им невидим. Потом святой Апостол явился к искавшим его язычникам и добровольно предал себя в руки их; они, связав его, заключили в темницу, где явились ему бесы, с яростью скрежетавшие на него зубами, но в следующую ночь ему в великом свете явился Господь; ободрив святого Матфия и освободив от оков, Он открыл двери темницы и выпустил его на волю. Настал день, и Апостол снова встал среди народа, еще с большею безбоязненностью проповедуя имя Христово; когда же некоторые, ожесточившиеся сердцем, не веруя его проповеди и придя в ярость хотели убить его своими руками, внезапно разверзлась земля и поглотила их; оставшиеся же пришли в ужас, обратились ко Христу и крестились.
Затем Апостол Христов снова возвратился в жребий свой, — в Иудею, и многих от сынов Израилевых он обратил к Господу Иисусу Христу, возвещая им Слово Божие и подтверждая его знамениями и чудесами: именем Христовым святой Матфий возвращал слепым зрение, глухим слух, умирающим жизнь, восстанавливал хромых, очищал прокаженных и изгонял бесов. Называя Моисея святым и побуждая соблюдать закон, данный ему Богом на скрижалях, святой Матфий в то же время учил веровать во Христа, в знамениях и образах предвозвещенного самим Моисеем, предсказанного пророками, посланного Богом Отцом на спасение миру и воплотившегося от Пречистой и Пренепорочной Девы. При этом все пророчества о Христе святой Матфий истолковывал, как уже сбывшиеся на пришедшем Мессии.
В это время первосвященником иудейским был Анан, ненавидевший Христа и хуливший Его имя, — гонитель христиан, повелевший сбросить с кровли церковной святого Апостола и брата Божия Иакова и тем убивший его. И вот когда святой Матфий, обходя Галилею, проповедовал Христа, Сына Божия в здешних синагогах, ослепленные неверием и злобою иудеи, исполнившись сильной ярости, схватили святого Апостола и привели в Иерусалим к помянутому первосвященнику Анану. Первосвященник, собрав синедрион и призвав на суд святого Апостола, обратился к утратившему совесть сборищу с такими словами:
— Вся вселенная и настоящее собрание знают, какую укоризну навлек на себя наш народ, и это — не по нашей вине, но по развращению некоторых, от нас же вышедших и по ненасытному корыстолюбию, — скорее мучительству, — римских правителей; не следовало бы и упоминать об этих вводителях новых ересей, прельстивших столько тысяч народа: вы сами знаете, сколько из них побито римскими воинами; так погибли обольстители и обольщенные, покрывая позором наше племя; таковы родоначальники ересей: Иуда Галилеянин и Февда Волхв; с их погибелью уничтожилась и самая память о них. Но среди всех подобных еретиков восстал ересиарх Иисус Назарянин: Он называл Себя Сыном Божиим и Богом и многих удивлял Своими волшебными знамениями и чудесами, привлекая к Себе сердца и проповедуя отменение закона; за что и принял суд по закону, который хулил. И что сказать? Разве мы не знаем, что закон дан был Моисею Самим Богом, что его соблюдали патриархи и пророка, которым Бог даровал силу совершать такие чудотворения, каких не мог Иисус: кто не знает Моисея с Богом, как с человеком беседовавшего? кто не знает Илию, взятого в рай на огненной колеснице? кто не слышал, что умерший, выброшенный на мертвые кости Елисея ожил? И иные угодники Божии сколько совершили чудес, однако ни один из них не дерзнул на такое дело, как Иисус, — присваивать себе честь Божию и устанавливать новый закон; пророки, вдохновляемые Святым Духом, говорили исполненные смирения, а Он с гордостью говорил Свои собственные измышления и дошел до такого безумия, что первосвященников и князей подвергал укоризненным порицаниям, а книжников и фарисеев называл лицемерами; сделал ли что подобное кто-либо из пророков? И по гордости Своей Он обрел соответственный конец, приняв мзду по делам Своим. О, если бы память Его с Ним погибла, и учения Его, с Ним умершего, никто не воскрешал! Особенно же печально, что храм Божий, святой город и законы отцов находятся в рабстве у римлян, и нет ни сострадающего, ни соболезнующего, ни избавляющего; нас без вины влачат по судилищам, а мы терпим; нас обольщают, а мы даем молчаливое согласие; нас грабят, а мы не издаем и звука; и — что всего печальнее, — галилеяне предают нас в руки римлян, без стыда обвиняя нас и народ наш в убиении Иисуса, как неповинного. Лучше пусть погибнут эти немногочисленные галилеяне, чем это святое место и весь народ наш подвергнется истреблению от римлян; из двух зол, — если нет возможности избежать обоих, — следует избирать меньшее, более терпимое. И этот, сейчас стоящий пред нами ученик Иисусов, достоин смерти; но пусть сначала сам в себе размыслит, — мы не отнимаем времени для размышления, потому что не погибели, а исправлении его желаем, — и из двух пусть изберет одно, — или следовать закону, данному Богом через Моисея, и тем сохранит жизнь, или именоваться христианином и умереть.
В ответ на это святой Матфий, подняв руки, сказал:
— Мужи и братья! Я не хочу говорить много о том обвинении, которое вы возлагаете на меня, — для меня имя христианина не преступление, а слава. Ибо Сам Господь говорит чрез пророка, что в последние дни «назовет рабов Своих новым именем» (Ис.65:15).
Первосвященник Анан возразил:
— Разве не преступление считать за ничто святой закон, не почитать Бога и слушать пустые рассказы о волшебствах?
— Если послушаете меня, — ответил святой Матфий, — я объясню вам, что проповедуемое нами учение не басни и волшебство, но сама истина, уже давно засвидетельствованная законом.
Когда первосвященник дал свое согласие, святой Матфий открыл свои уста и начал истолковывать ветхозаветные прообразы и пророчества об Иисусе Христе, как Бог дал обетование праотцам Аврааму, Исааку и Иакову из семени из воздвигнуть такого Мужа, чрез Которого благословятся все земные племена, о чем и Давид говорит в словах псалма: «и благословятся в нем [племена], все народы ублажат его» (Пс.71:17), — как несгораемая купина прообразовала воплощение Христа от Пречистой Девы (Исх.3:2), о Которой предсказал Исаия: «се Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис.7:14), то есть с нами Бог. Моисей то же ясно предвозвестил о Христе, говоря: «Пророка из среды тебя, из братьев твоих, как меня воздвигнет тебе Господь Бог твой, — Его слушайте» (Втор. 18:15). Он же предуказал вольные страдания Спасителя, вознеся на дерево змея, об чем говорил и Исаия: «как овца, веден был на заклание» (Ис.53:7) и: «и к злодеям причтен был» (Ис.53:12); пророк Иона, вышедший невредимым из чрева китова, был прообразом тридневного воскресения Господня.
Эти пространные изъяснения ветхозаветных книг, говорящих о Христе Иисусе, привели Анана в гнев, так что он не выдержал и сказал святому Матфию:
— Так ли ты осмеливаешься посягать на закон? Разве тебе не известны слова Писания: «если восстанет среди тебя пророк, или сновидец, и представит тебе знамение или чудо, и сбудется то знамение или чудо, о котором он говорил тебе, и скажет при том: «пойдем в след богов иных, которых ты не знаешь, и будем служить им»… И пророка того или сновидца того должно предать смерти?» (Втор.13:1,2,5).
Святой Матфей отвечал:
— Тот, о Котором я говорю, не только Пророк, но и Господь пророков, Он — Бог, Сын Божий, о чем свидетельствуют истинные чудеса Его; поэтому-то я и верую в Него и надеюсь быть непоколебимым в исповедании Его пресвятого имени.
— Если тебе дадут время для размышления, покаешься ли ты? — спросил первосвященник.

— Да не будет, чтобы я отступил от истины, которую уже обрел, — отвечал святой Апостол. — Я всем сердцем моим верую и открыто исповедую, что отверженный вами и преданный на смерть Иисус Назарянин есть Сын Божий, единосущный и совечный Отцу, а я раб Его.
Тогда первосвященник, затыкая уши и скрежеща зубами, закричал:
— Хулит! хулит! Пусть выслушает закон!
Тотчас была открыта книга закона и было прочтено то место, где написано: «Кто будет злословить Бога своего, тот понесет грех свой, и хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его всё общество, пусть не щадит его око ваше и тем изымете зло из дел Израиля» (ср. Лев.24:15—16).
По прочтении этого места, первосвященник сказал Апостолу Христову:
— Твои слова свидетельствуют против тебя; кровь твоя падет на голову твою.
После этого первосвященник осудил святого Матфия на побиение камнями; и Апостола повели на казнь. Когда пришли на место, называемое Вефласкила, то есть дом побитых камнями, святой Матфий сказал к ведшим его иудеям:
— Лицемеры, справедливо говорил о подобных вам пророк Давид: «толпою устремляются на душу праведника и осуждают кровь неповинную» (Пс.93:21); то же говорит и пророк Иезекииль о такого рода людях, что они умерщвляют души, которые не должны умирать (Иез.13:19).
После этих слов Апостола Христова два свидетеля, — как требовал того закон, — положили свои руки на его голову и засвидетельствовали, что он хулил Бога, закон и Моисея; они же первые бросили камни в святого Матфея, причем последний просил, чтобы эти первые два камня были погребены с ним, как свидетели его страданий за Христа. Потом и остальные начали бросать каменья, побивая святого Апостола, и он, подняв руки свои, предал дух свой Господу. Беззаконные же иудеи к мучению присоединили еще издевательство: уже по смерти мученика, они, из угоды римлянам, отсекли ему мечом по обычаю римскому голову, — точно Апостол Христов был противник кесаря. Так, подвизаясь добрым подвигом, святой Апостол Матфий окончил свое течение. Верующие же, взяв тело Апостола, с честью предали его погребению, воссылая славословия Господу нашему Иисусу Христу, Ему же с Отцом и Святым Духом честь и слава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь[3].

Кондак, глас 4:
Светозарное яко солнце, во весь мир изшедшее, вещание твое просвещает языческую церковь благодатию, чудоносче Матфие Апостоле.

0

115

Блаженный Лаврентий, калужский юродивый
http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2012-08/1344864640_lav23-1.jpg

В городище на левом берегу Яченки, в полуверсте от Калуги, жил князь Симеон Иоаннович, в 1505 году получивший Калужский удел от своего отца. В его доме время от времени гостил раб Божий Лаврентий, без роду-племени. Зимой и летом он ходил босой, в рубашке и овчинном кожухе, и все считали его юродивым. Но юродствовал он только на людях, но не перед Богом.

Любимым местом Лаврентия был храм Рождества Христова в полуверсте от города, на вершине горы, покрытой густым лесом. Здесь, в ветхой хижине, Лаврентий и жил. Ночью выходил он на паперть храма и совершал молитвы, а днем для слушания богослужения пробирался в церковь по тайному ходу, прокопанному в земле.

Подвигами самоотречения он настолько возвысился духом, что еще при жизни прославился чудом. По древнему преданию, в 1512 голу напали на Калугу агаряне (крымские татары), против них вышел князь Симеон с гражданами. Праведный Лаврентий, гостивший в э то время в его доме, внезапно сказал громким голосом:

- Дайте мне вострый топор - псы напали на князя Симеона, надобно оборонить его от псов.

Сказано это было  в тот самый момент, когда татары обступили князя и, казалось, исход битвы был предрешен. Откуда ни возьмись, на судне появился праведный Лаврентий и, ободрив князя и воинов, сказал:

- Не бойтесь!

В тот же час дружина князя начала теснить агарян, а праведный Лаврентий опять явился в княжеский дом и, юродствуя, закричал:

- Оборонил князя Симеона от псов. 

Князь, возвратившись со сражения, всем рассказал, как с помощью праведника были побеждены враги, напавшие на Калугу. С топором изображается праведный Лаврентий на древних иконах.

По летописям, это нападение крымских татар в мае 1512 года было неожиданным. Менгли-Гирей доселе был в дружбе с великим князем Московским. Золото литовского короля и тайные интриги привели к тому, что сыновья Менгли-Гирея ворвались в Россию, грабили как разбойники, Одоевские места, после Калуги пошли на Рязань, но воеводы великого князя поспешили встретить их в поле, и хищники поспешно бежали.

Таким образом, Калуга была обязана своим спасением от разорения, а князь жизнью праведному Лаврентию. По рукописным святцам, «святой праведный Лаврентий, иже Христа ради юродивый, чудотворец» преставился в 1515 году. КнязьСимеон, обязанный праведнику спасением, устроил  в его память иноческую обитель. В 1565 году царь Иоанн писал в своей жалованной грамоте монастырю: «Монастырь рождества Христова, где лежит Лаврентий, Христа ради юродивый».

Священномученик Лаврентий, архидьякон
http://pravoslav-voin.info/uploads/posts/2012-08/1344864272_lavr1-1.jpg

Во время гонений на христиан при императоре Валериане папа Сикст, проповедовавший прежде Евангелие в Испании, отказался участвовать в жертвоприношении богам, за что был осужден на заключение в мамертинской темнице, а затем на смертную казнь. Когда его вели к месту казни, архидьякон Лаврентий, уроженец Испании, воззвал к нему со слезами:

- Куда ты идешь, отец без сына, архиерей Божий без своего архидьякона? Когда же ты без меня приносил жертву Богу? Возьми меня с собой! Учитель! Возьми с собой ученика своего!

- Не оставлю тебя! - ответил епископ. - Я, старец, иду не на трудную борьбу, а тебе предстоит подвиг тяжелый, но не скорбный... Ты вскоре последуешь за мной, а пока позаботься о том, чтобы разделить между бедными церковное имущество.

Епископа казнили, а Лаврентий с точностью исполнил завещание учителя. Он помог множеству бедных и убогих, которые по заведенному тогда обычаю находились на попечении Церкви, и продолжал разыскивать и других христиан, которые скрывались от гонений в пещерах и подземельях. Свои последние дни Лаврентий посвящал служению этим людям - кому доставлял пищу и одежду, кого утешал словом, больных исцелял молитвой.

Весть о церковном имуществе дошла о префекта, и он приказал схватить Лаврентия. Воины-язычники, посланные за архидьяконом, решили опорочить его перед властителем и сказали, что церковные сокровища он присвоил и спрятал. Префект потребовал их от Лаврентия, но, не получив никакого ответа, велел отвести его в темницу. Здесь в это время было много заключенных. Лаврентий воспользовался этим случаем, чтобы беседовать с ними о Христе. Именем Христа он даже исцелил от слепоты долго содержавшегося в тюрьме язычника Лукиллия, и прозревший уверовал во Христа. Другие заключенные, прослышав о чуде, тоже стали просить помощи, и Лаврентий исцелил многих именем истинного Бога, в которого и уверовали страдальцы. Также уверовал во Христа и крестился со всем своим домом и тюремный начальник Ипполит.

Между тем, префект снова потребовал к себе Лаврентия и принуждал его сказать, где он скрыл свои церковные ценности. Архидьякон, испросив себе три дня сроку для ответа, собрал за это время отовсюду нищих, больных и убогих, питавшихся милостыней от Римской церкви, и представил их в назначенный срок префекту.

- Вот наши сокровища великие, нетленные. Тот, кто вливает свое имущество  в эти сосуды, получает изобилие в Царстве Небесном...

Мучитель пришел в ярость от такого ответа и решился посредством беспощадных истязаний выпытать у Лаврентия признание, куда он скрыл деньги и драгоценности. Мученик переносил все пытки с непоколебимым мужеством. Среди невыносимых страданий он только благодарил и прославлял Бога. Воин по имени Роман, присутствовавший при пытке христианина, был поражен его чудным терпением, уверовал в Бога Лаврентиева и удостоился чудного видения.

- Праведный мученик Лаврентий! - воскликнул он. - Я вижу возле тебя светлого юношу, который отирает кровь от твоих ран! Умоляю тебя именем Христа, не оставь меня!

Узнав о случившемся, император Валериан велел казнить и молодого воина.

Тем временем префект продолжал истязать Лаврентия.

- Отрекись от Христа, принеси жертву богам! - требовал мучитель.

- Я уже принес самого себя в жертву моему Господу, - отвечал мученик и с непоколебимой твердостью продолжал переносить страдания.

Через некоторое время, благодаря Господа и молясь за своих палачей, он предал свою душу Богу.

Обращенный Лаврентием ко Христу тюремщик Ипполит отнес останки мученика в пещеру в селе благочестивой вдовы Кириакии, в доме которой находили убежище гонимые христиане, и предал погребению. На этом месте Константин Великий впоследствии воздвиг великолепный храм святого Лаврентия.

+2

116

Преподобный Феодор Острожский, Печерский, князь

память - 11 / 24 августа
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_175/__950/___20110823_1767382672.jpg

Преподобный Феодор Васильевич Острожский, Печерский, князь, происходил из рода святого равноапостольного князя Владимира и стяжал себе славу устроением храмов и защитой Православия на Волыни от насилия папизма. Первый раз имя святого князя упоминается под 1386 г., когда за ним было утверждено наследственное владение - Острожский округ. В 1410 г. святой Феодор участвовал в разгроме католического ордена под Грюнвальдом. В 1422 г. святой князь из-за сочувствия православным в Чехии поддержал гуситов в борьбе с германским императором Сигизмундом. В 1432 г. рядом побед над поляками св. Феодор вынудил князя Ягелло оградить законом свободу Православия на Волыни. В 1438 г. святой участвовал в битве с татарами.
После 1441 г., оставив обширные имения в лучших областях Подолии и Волыни, воинскую славу и княжество, преподобный принял монашество с именем Феодосия в Киево-Печерской лавре и подвизался здесь для спасения своей души до самой кончины, последовавшей во второй половине XV в. (ок. 1483 г.год точно неизвестен).
Житие преподобных отец наших Феодора и Василия, иноков Киево-Печерских
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_175/____951/________20110823_1256483540.jpg
«Корень всех зол есть сребролюбие» (1Тим.6:10), – говорит святой Апостол Павел. Исполнение этого изречения мы видим в настоящем житии преподобных Феодора и Василия: враг и виновник зла возбудил в душе святого Феодора греховные мысли и намерения ничем иным, как сребролюбием; чрез сребролюбие диавол причинил телесные страдания и смерть не только преподобному, но и советнику его, блаженному Василию. Об этих святых отцах повествуется следующее.

Преподобный Феодор во время жизни в миру обладал очень болим состоянием. Услышав однажды слова Господа в Евангелии, – «всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк.14:33), он последовал им: оставив мир и раздав свое богатство нищим, преподобный Феодор сделался черноризцем Печерского монастыря, ведя жизнь полную подвигов. По приказанию игумена он поселился в пещере, известной под именем Варяжской, где и прожил много лет, соблюдая строгое воздержание. Во время пребывания преподобного Феодора в этой пещере диавол поселил в нем скорбь и сожаление о розданном нищим имении, приводя ему на ум преклонность лет, слабость здоровья и скудость монастырской пищи. Блаженный Феодор не понял, что подобные мысли есть дьявольское искушение. Забывая слова Господа: «не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их» (Мф.6:25-26), и видя нищету свою, он начал приходить от скорби к отчаянию, с каждым днем всё более пленяясь искушением. Однажды он открыл, ничего не утаивая, свою печаль своим друзьям.

Среди черноризцев Печерского монастыря был некто Василий, один из наиболее добродетельных по жизни. Желая извлечь преподобного Феодора из рва отчаяния и утешить его, он сказал ему:

– Молю тебя, брат Феодор, не губи награды своей, но если ты сожалеешь об имении, розданном нищим, то я постараюсь возвратить его тебе в том же количестве: ты только скажи пред Господом, чтобы твоя милостыня вменилась мне, и тотчас избавишься от скорби и снова приобретешь через меня свое имение. Впрочем, смотри, попустит ли это Господь: в Константинополе также некто сожалел о золоте, розданном нищим, и вменил пред Богом милостыню другому, взяв с него деньги, равные розданным; когда он сказал: «Не я, Господи, сотворил милостыню, но она есть дело сего», то тотчас упал среди церкви и умер, потеряв таким образом и золото и жизнь.

Выслушав это, блаженный Феодор образумился и начал оплакивать свое падение, ублажая брата, исцелившего его от столь опасной душевной болезни. О таких людях сказал Господь: «если извлечешь драгоценное из ничтожного, то будешь как Мои уста» (Иер.15:19). С этого времени между Феодором и Василием еще более усилилась любовь друг к другу. С тех пор преподобный Феодор неустанно преуспевал в заповедях Божиих, стараясь совершать всё необходимое для праведной, богоугодной, святой и непорочной жизни. Диавол же подвергся великому посрамлению, не будучи в состоянии окончательно прельстить преподобного Феодора сребролюбием. Он опять вооружился на преподобного, строя новые козни, чтобы возбудить в нем страсть любостяжания. Однажды игумен послал преподобного Василия из монастыря на некоторое послушание, исполнение которого заняло у него три месяца: считая это время удобным для своих козней, диавол, приняв образ Василия, пришел в пещеру к преподобному Феодору как будто для душеспасительной беседы.

– Как ты, – говорил он, – преуспеваешь в добродетельной жизни? Прекратилась ли у тебя борьба с искушениями бесовскими или всё еще продолжается, возбуждая в тебе любостяжание чрез воспоминание о имении розданному нищим?

Преподобный Феодор, не узнав беса и полагая, что с ним говорит брат Василий, отвечал:

– По твоим, отче, молитвам я с успехом выдерживаю борьбу с диаволом и не слушаю возбуждаемых им мыслей, и теперь, что ты мне прикажешь, я охотно исполню, повинуясь тебе: в твоих наставлениях я нашел великую пользу для моей души.

Мнимый же брат, не слыша из уст преподобного Феодора имени Божия, приобрел еще большую смелость:

– Я даю тебе, – сказал он, – новый совет: исполнив его, ты найдешь покой и скоро получишь от Бога вознаграждение в размере розданного тобою имения: проси у Господа Бога, чтобы Он послал тебе множество золота и серебра, и не позволяй никому входить к тебе в пещеру и сам не выходи из нее.

Преподобный Феодор обещал всё это исполнить. Тогда оставил его полный злых ухищрение диавол; незаметно внушая преподобному мысль о приобретении сокровищ, он побуждал его молиться об этом. Блаженный Феодор молил Господа послать ему сокровище, которое он обещался всё раздать нищим. После молитвы он уснул и увидел во сне беса, который, приняв вид светлого ангела, указывал ему на сокровище в пещере. Это видение было не один, а много раз. Спустя некоторое время, преподобный Феодор пришел на указанное ему в сновидении место; начав копать, он действительно нашел здесь сокровище, состоящее из золота, серебра и ценных сосудов. После этого бес под видом Василия опять пришел к нему и сказал:

– Где данное тебе сокровище? Явившийся тебе ангел открыл и мне, что по своим молитвам ты получил множество золота и серебра.

Блаженный Феодор не захотел показать ему сокровища. И тотчас коварный бес начал явно советовать ему, влагая и тайные помысли, взять сокровище и удалиться с ним в другую страну. Сначала он сказал преподобному:

– Не говорил ли я , брат Феодор, что ты вскоре получишь от Бога вознаграждение за розданное тобою имение, ибо Он Сам сказал: «всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Мф.19:29), и вот теперь в руках твоих богатство; делай с ним, что хочешь!

– Я затем просил его у Бога, – отвечал преподобный, – чтобы всё дарованное мне раздать нищим и думаю, что для этого именно оно и ниспослано мне.

– Смотри, брат Феодор, – возразил враг, – не причинил бы диавол опять тебе скорби через это раздаяние, как прежде; сокровище дано тебе, как замена розданного тобою, и я даю тебе совет: возьми его и иди в другое место, а там приобрети себе землю; и в том месте можешь спастись и избежать бесовских козней. Когда же придет время смерти, то никто не запретит тебе раздать имущество, кому захочешь, и по тебе через это сохранится благодарная память.

Преподобный Феодор отвечал:

– Мне стыдно, что я, оставя мир с его благами и обещавшись окончить жизнь в этой пещере, сделаюсь беглецом и мирским человеком.

– Ты не можешь, – убеждал его диавол, – скрыть здесь сокровища: об нем узнают и тогда возьмут его от тебя. Лучше послушайся меня и исполни скорее, что я посоветую тебе: если бы Богу не было угодно, чтобы ты обладал имуществом, то Он не послал бы тебе сокровища и не известил бы меня, чтобы я тебя наставил.

Тогда блаженный Феодор, поверив бесу, как брату, начал тайно приготовлять повозки и сосуды, в которые бы мог поместить сокровища, чтобы с ними выйти из пещеры и отправиться, куда бы повел его диавол, хотевший хитростью своею удалить святого от места преподобных Антония и Феодосия, от Пресвятой Богородицы и, главным образом, от Бога. Но человеколюбивый Господь, «Который хочет, чтобы все люди спаслись» (1Тим.2:4), спас по молитвам своих преподобных и раба своего Феодора.

В это время возвратился из путешествия преподобный Василий, ранее избавивший блаженного Феодора от злых помышлений. Желая повидаться с ним, он пришел к нему в пещеру, говоря:

– Как ты проводишь теперь, брат Феодор, жизнь свою по Боге? Давно я тебя не видал.

Преподобный Феодор удивился такому приветствию и сказал:

– Что это ты говоришь, что долгое время не видел меня? Вчера, третьего дня и раньше ты постоянно приходил ко мне, поучая меня, и вот я теперь, отправляюсь, как ты мне велел.

В свою очередь преподобный Василий еще более удивился такому ответу:

– Скажи мне, – спросил он, – что значат твои слова, будто я вчера, третьего дня и раньше постоянно приходил к тебе, наставляя тебя? И куда ты идешь? Я только сегодня возвратился с дороги и ничего не знаю: быть может тебя искушал диавол? Молю тебя, ради Бога не скрывайся от меня.

Преподобный Феодор с гневом сказал ему:

– Что ты искушаешь меня? Зачем смущаешь душу мою, говоря в одно время так, а в другое иначе? Чему я должен верить?

Выразив так ему свою досаду, он прогнал его от себя.

Выслушав это, преподобный Василий удалился в монастырь А бес снова пришел в образе Василия к преподобному Феодору:

– Потерял я окаянный ум, – сказал он, – говоря тебе то, что не следует; поэтому я не помню поношения, нанесенного мне тобою, и повторяю тебе опять: в эту же ночь иди скорее отсюда, захватив свое сокровище.

С этими словами он удалился.

Преподобный же Василий, взяв с собою некоторых старцев, опять пришел к Феодору:

– Бог свидетель, – обратился он к нему, – что прошло три месяца, как я не видел тебя: я был отослан игуменом по монастырским делам; сегодня третий день как я возвратился, а ты, едва только я вошел к тебе, сказал мне, что за всё время моего отсутствия я постоянно приходил к тебе. Думаю, что к тебе приходил в моем образе бес; если хочешь убедиться, сделай так: не позволяй никому из пришедших к тебе начинать беседы с тобою, прежде чем он не сотворит молитвы Иисусовой: если вошедший не захочет, тогда узнаешь, что он есть бес.

После этого преподобный Василий сотворил молитву запрещения, призывая на помощь святых, и, наставив Феодора, ушел в монастырь в свою келлию. Бес не дерзнул снова явиться преподобному Феодору, и для него стало явно коварство обольстителя. С той поры он заставлял каждого приходящего к нему прежде всего сотворить молитву Иисусову и потом уже беседовал с ним. Так преподобный Феодор победил врага и избавился при помощи Божией от уст льва, ищущего добычи (ср. 1Пет.5:8). Подобное избавление Господь оказывал и оказывает многим избранникам Своим, скитающимся в пустынях и пропастях, безмолвствующим наедине в затворах: им нужна великая нравственная сила и Божия помощь, чтобы их во время борьбы не победил и не поглотил зверь душегубитель.

будучи избавлен от рва погибели, преподобный Феодор стал заботиться о том, чтобы впал в яму сам враг рода человеческого: прежде всего он закопал глубоко в землю найденное им сокровище, едва не приведшее его к отпадению от Бога; в то же время преподобный Феодор непрестанно молил Господа, чтобы Он даровал ему забвение места, где зарыто сокровище и отнял от него страсть любостяжания. Господь услышал молитву раба Своего: преподобный Феодор совершенно забыл, где было скрыто им сокровище, и никогда не думал о приобретении богатств; золото и серебро для него стали не дороже грязи.

Затем, чтобы не пребывать в праздности, которая порождает леность, а с нею и беспечность, чем диавол снова мог воспользоваться для своих искушений, преподобный Феодор возложил на себя великий труд: он поставил в своей пещере жернова и начал работать на братию, причем не только сам молол жито, но сам и приносил его из монастыря; ночь он проводил почти без сна, посвящая большую часть ее молитве и работе на ручных жерновах, а днем относил муку и снова приносил жито. Своими трудами преподобный в течение многих лет не мало облегчал монастырских рабов, не стыдясь разделять их труд.

Однажды монастырский келарь, увидев, какой тяжелый и мучительный подвиг возложил на себя преподобный Феодор, пришел в умиление: когда было привезено из монастырских сел жито, он отправил пять возов его к преподобному, чтобы он избавил себя от лишнего труда, – не ходил за ним в монастырь. Преподобный Феодор, высыпав жито, принялся за работу, поя псалмы. Утомившись, он хотел немного отдохнуть, вдруг раздался как бы удар грома, и жернова начали сами молоть. Уразумев козни диавола, преподобный Феодор поднялся и начал усердно молиться, после чего сказал громким голосом:

– Господь запрещает тебе, лукавый бес!

Но бес не переставал молоть на жерновах. Тогда преподобный снова сказал:

– Во имя Отца и Сына и Святого Духа, свергшего тебя с небес и давшего во власть угодников Своих, я грешный повелеваю тебе не оставлять работы, пока не перемелешь всё жито: потрудись и ты на святую братию.

Сказав это, он продолжал молитву: бес же не посмел ослушаться и в одну ночь измолол всё жито. Утром преподобный Феодор дал знать келарю, чтобы тот прислал за мукою. Келарь удивился столь необычайному делу, как можно было смолоть в одну ночь пять возов, и сам отправился в пещеру, чтобы вывезти из нее муку, причем совершилось другое чудо: от этого же жита получилось еще пять возов муки. Так сбылось здесь, в сейчас рассказанном событии из жизни преподобного Феодора, слово Апостолов, некогда говоривших Иисусу Христу: "Господи! и бесы повинуются нам о имени Твоем" (Лк.10:17), а также и обетование Самого Слова Божия: "се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью" (Лк.10:19). Лукавые бесы хотели устрашить преподобного Феодора и заставить его повиноваться себе как прежде, во время его прельщения, нов место этого сами наложили на себя узы рабства, так что принуждены были возопить:

– Мы не будем более появляться здесь.

Преподобные Феодор и Василий установили между собою благочестивый обычай никогда не утаивать своих мыслей, но обоим обсуждать их вместе, чтобы видеть, насколько они богоугодны. По обоюдном совещании, Василий удалился безмолвствовать в пещеру, а преподобный Феодор, как достигший уже старости, вышел из нее с тем, чтобы поселиться в древнем монастыре.

В это время монастырь был сожжен. Деревья на устройство церкви и келлий, пригнанные плотами по Днепру, лежали на берегу, и наняты были работники, чтобы ввести из в гору, но преподобный Феодор, желая сам поставить себе келью, начал на себе носить бревна с берега на гору, не дозволяя никому работать за него. Лживые бесы, забыв свое, вынужденное подневольное работой обещание никогда не приближаться к преподобному, снова начали свои козни: все бревна, какие с великим трудом блаженный Феодор вносил за день на гору, бесы ночью сбрасывали вниз, желая через это добиться его удаления. Поняв козни бесов, преподобный сказал им:

– Именем Господа нашего Иисуса Христа, повелевшего вам войти в свиней (Мф.8:32), я, грешный раб Его, повелеваю вам все бревна с берега перенести на гору, чтобы братия, работающая Богу, не отрывалась от своего труда и могла без ваших козней выстроить храм Пресвятой Богородице и келлии себе; тогда узнаете, что Господь присутствует на этом месте.

В ту же ночь бесы перенесли с берега на гору все бревна, предназначенные для постройки монастыря. Когда утром на берег приехали нанятые для перевозки, то не нашли ни одного бревна; поглядев по сторонам, они увидели, что бревна уже находятся на горе и не свалены в кучу, а разложены в порядке: особо – предназначенные для крыши, особо – для пола и особо – длинные, чрезвычайно тяжелые балки. Всё это, как дело превышающее человеческие силы, возбуждало удивление. Так прославился Господь чрез угодников своих Феодора и советника его Василия; ради их подвигов Господь явил это чудо. Но эти сродные по духу рабы Божии не гордились, видя повиновение себе бесов, следуя наставлению Христа: «не радуйтесь, что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах» (Лк.10:20). Бесы же, столь явно обличенные в своих кознях святыми Феодором и Василием, не могли стерпеть своего поношения, – они когда-то пользовавшиеся, как боги, почитанием и поклонением от язычников, теперь должны были переносить от верных угодников Божиих презрение, унижение и бесчестие, должны были, как рабы купленные, трудиться для них то меля жито, то таская бревна, и к тому же, повинуясь запрещению тех же святых, они должны были удаляться от людей. Поэтому то во время переноски бревен они и вопили, как слышали некоторые:

– О, злые и лютые враги наши Феодор и Василий! Мы не перестанем бороться с вами, пока не предадим вас смерти!

С этого времени лукавые бесы, – не зная, что послужат к еще большему прославлению преподобных, – начали всеми способами возбуждать злых людей на святых Феодора и Василия. Тотчас же, по чудесном перенесении бревен, нанятые для перевозки рабочие подняли возмущение:

– Давай нам, – говорили они блаженному Феодору, – нашу плату: мы не хотим знать, какими хитростями ты вместе с Василием перенес бревна, когда мы готовы были их перенести.

К тому же присудил и недобросовестный судья, будучи подкуплен золотом: не помня угрозы Господа, что судящий неправедно сам будет осужден, он не побоялся сказать преподобному Феодору:

– Пусть помогут тебе платить те бесы, которые помогли перевозить.

Великую скорбь доставило это новое искушение диавола нестяжателю Феодору и советнику его Василию. Не достигши смерти преподобных, диавол, вспоминал сою первую победу над блаженным Феодором, воздвиг опять смертоносную бурю. Приняв образ преподобного Василия, безмолвствовавшего в то время в Варяжской пещере, он пришел к одному из ближайших к князю бояр; это был человек жестокий нечестивый, лично знавший преподобного Василия.

– Феодор, живший до меня в пещере, – сказал ему искуситель, – нашел большое сокровище, состоящее из золота, серебра и ценных сосудов, и хотел, было, бежать с ним, да я удержал его; теперь он притворяется юродивым и имеет сношения с бесами, которым приказывает то молоть жито, то носить бревна на гору с берега; при всем этом он тщательно скрывает найденные им богатства, чтобы удалиться с ним куда-нибудь тайно от меня, когда настанет для этого более благоприятное время; в последнем случае князю, конечно, ничего не достанется.

Услышав это, боярин повел мнимого Василия к князю Мстиславу Святополковичу. Бес рассказал и ему то же самое, присоединив еще следующий совет:

– Схватите его как можно скорее, пока не сбежал, и тогда получите сокровище; если он не захочет расстаться с ним добровольно, прибегните к побоям; но если и после них не согласится отдать, то подвергните его, не жале, пытке и позовите меня: я пред всеми уличу его и укажу самое место, где спрятано сокровище.

Обольстив, таким образом князя, бес крылся.

На другое утро князь, точно собравшись на охоту или против неприятеля, в сопровождении множества воинов поехал в монастырь; взяв преподобного Феодора, он привел его к себе в дом и стал сначала с ласкою спрашивать его:

– Скажи мне, отче, правда ли ты, как я слышал, нашел сокровище?

– Да, – отвечал преподобный, – я действительно нашел его, и оно спрятано теперь в пещере.

– Не известно ли, – снова спросил князь, – кто именно спрятал его и как много в нем золота, серебра и сосудов?

– Еще при жизни отца нашего Антония, – сказал блаженный Феодор, говорили о сокровище, спрятанном варягом в этой пещере, отчего она и до сих пор называется Варяжской; я видел его; оно состоит из множества золота, серебра и сосудов, только латинских.

– Почему же ты, отче, не отдашь его мне? – спросил князь. – Я разделю его с тобою, ты возьми сколько тебе будет нужно, и за это ты станешь вместо отца как мне, так и моему отцу (последний в это время находился в Турове.

Преподобный Феодор сказал на это:

– Я бы ничего не потребовал бы себе из того, что мне не принесет никакой пользы, всё бы отдал вам: на вас лежат такие заботы, от которых я совершенно свободен, но Господь отнял у меня всякую память о том месте, где мною зарыто сокровище.

Тогда князь в гневе приказал слугам:

– Скуйте этого монаха по рукам и ногам и не давайте ему даже через три дня хлеба и воды: он не дорожит моими милостями.

После того, как преподобный Феодор был закован, его снова спросили, куда он спрятал сокровище?

Преподобный Феодор отвечал на это то же, что и ранее:

– Я сказал уже, что не знаю, где оно находится.

После этого ответа князь велел его быть, так что власяница, бывшая на преподобном, омочилась кровью; потом, по приказанию того же князя, его повесили в сильном дыму и, привязав сзади, развели под ним огонь. Многие дивились терпению преподобного Феодора: он пребывал среди пламени точно среди росы; огонь не коснулся даже власяницы. Один из видевших это рассказал князю; последний, придя в ужас, опять стал увещевать старца:

– Зачем ты губишь себя, не открывая сокровища, которое должно быть наше?

— Я тебе истину говорю, что по молитвам брата моего Василия был избавлен от сребролюбия, когда нашел сокровище, и теперь, – снова повторяю, – Господь отнял у меня память, где оно зарыто, – отвечал преподобный Феодор.

Выслушав этот ответ, князь тотчас послал за блаженным Василием, которого привели силою, так как он не хотел выходить из пещеры.

– Всё, что ты советовал мне сделать с этим злым старцем, – обратился князь к преподобному Василию, – я сделал, и ничего не достиг и призываю во свидетели тебя, которого желаю иметь вместо отца.

– Что же я тебе советовал? – спросил в недоумении преподобный Василий.

– Он, не смотря на мучения, не хочет открыть, где спрятано им сокровище, которое, как ты сообщил мне, было им найдено, – отвечал ему князь.

– Узнаю козни лукавого беса, – сказал преподобный Василий, – прельстившего тебя, оболгавшего меня и сего честного мужа: вот уже пятнадцать лет, как я не выхожу из пещеры.

– Ты при всех нас говорил князю, – возразили присутствовавшие при разговоре беса с князем.

– Вас всех прельстил бес, – отвечал преподобный, – я не видел ни вас, ни князя.

Разгневанный князь приказал и его, как преподобного Феодора, подвергнуть жестокой пытке. Не вынося обличения и придя в сильнейшую ярость, от опьянения перешедшую в буйство, он взял стрелу и ранил блаженного Василия. Извлекши стрелу из своего тела, преподобный бросил ее князю со словами:

– Этою стрелой скоро сам будешь ранен, – что и сбылось по пророчеству святого. После этого князь велел заключить преподобных, еле живых уже от мучений, в отдельную темницу, чтобы утром подвергнуть их новым, более жестоким пыткам. В ту же ночь оба преподобных отошли ко Господу (в 1098 г.). Господь вывел их души из темницы для прославления Его всесвятого имени в присносущем свете. Узнав об их смерти, пришли братия и, взяв тела святых страдальцев, с честью погребли их в Варяжской пещере, где они проводили свою, полную богоугодных подвигов, жизнь. Впоследствии они были перенесены в пещеру преподобного Антония, где и доныне лежат нетленны в окровавленных одеждах и власяницах, тоже не подвергшихся тлению.

Спустя немного времени после их блаженной кончины, сбылось пророчество преподобного Василия: князь Мстислав Святополкович был ранен стрелою во время битвы с князем Давидом Игоревичем в городе Владимире; узнав стрелу свою, которою ранил преподобного Василия, он сказал:

– Вот я умираю, наказываемый за преподобных Феодора и Василия.

Так злой убийца был наказан за свое преступление; преподобные же страдальцы, как победители диавола, побеждающего сребролюбием, увенчаны не тленным серебром и золотом, но вечною славою и честию: они получили венец от драгоценного Камня – Христа, Ему же честь и слава с Богом Отцом и Святым Духом ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Священномученик Евпл, архидиакон Катанский (Сицилийский)

Память  11/24 августа
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails//__154/-_168/____1466/____20120823_1416065303.jpg

Служил архидиаконом в церкви города Катания (остров Сицилия). Пострадал в 304 году при римских императорах Диоклетиане (284—305) и Максимиане (284—305). Помимо усердного совершения богослужения в ней, святой неустанно читал и толковал св. Евангелие на улицах и площадях города. За это он был схвачен властями, но, представ перед градоначальником Каллисианом, бесстрашно исповедал веру Христову. Израненного святого бросили в темницу, где он пробыл в молитве 7 дней. Господь извел в темнице мученику источник воды для утоления жажды. Представ вторично судье, укрепленный и радостный, он вновь исповедал веру во Христа и обличил мучителя за пролитие крови неповинных христиан. Судья велел оторвать святому уши и отрубить голову. Когда святого повели на казнь, ему на шею повесили Евангелие.
Св. Евпла привели на место казни, он попросил немного времени для молитвы — и продолжал проповедовать окружавшим его людям Евангелие. Со словами благовествования святой предал душу Господу.
Сщмч. Евпла очень почитали на Руси. В 1471 на Мясницкой ул. В Москве, в память заключения Иваном III мира с Новгородом, была построена деревянная церковь архидиакона Евпла. В 1657 царь Алексей Михайлович заменил ее каменной. В XVIII в. памяти святого было воздвигнуто величественное трехъярусное здание (разрушено еврейскими большевиками в 1926).

0

117

Мученический подвиг братии Белогорского Свято-Николаевского мужского миссионерского монастыря Пермской епархии
http://alchevskpravoslavniy.ru/wp-content/uploads/2013/08/441-232x280.jpg

Долгое время обстоятельства страданий и смерти насельников Белогорскиого Свято-Николаевского мужского монастыря оставались тайной. Доктор исторических наук протоиерей Алексий Марченко в своей статье возвращается к этим печальным событиям и приводит список убиенной братии монастыря и Серафимо-Алексеевского скита этой обители.

Память 12/25 августа

Основанный в начале 1890-х гг. Белогорский Свято-Николаевский мужской миссионерский монастырь к началу ХХ века имел огромную популярность среди православного населения урало-сибирских губерний России. Усвоив строгие организационные традиции афонского монашества, белогорские иноки успешно проповедовали среди местных старообрядцев. Потрясающая красота природы, высокая духовная жизнь и самоотверженный труд братии привлекали в монастырь свыше 70 тысяч паломников в год. Благодаря щедрым пожертвованиям купца П.С. Жирнова и других благотворителей, монастырь за короткие сроки сумел создать развитую хозяйственную инфраструктуру и стать одним из крупнейших монастырей Урала. К 1910 г. братия монастыря превысила 400 человек1. Вершиной развития «Уральского Афона» стало завершение строительства на Белой горе величественного Крестовоздвиженского собора, освященного в июне 1917 года2.

Дальнейшему процветанию Белогорского монастыря помешала революция, приведшая к власти большевиков. В октябре 1918 г. произошел разгром Белогорского монастыря. В Осинском уезде, где находился монастырь, «красный террор» отличался невиданной жестокостью3. Вместе со своим настоятелем архимандритом Варлаамом (Коноплевым) мученическую кончину приняли многие насельники обители. Однако долгое время обстоятельства страданий и смерти белогорских мучеников оставались тайной.

Одним из первых о гибели братии Белогорского монастыря сообщил иеромонах Дамаскин (Орловский). По его версии «в августе 1918 г. большевики захватили обитель… Многие монахи после зверских пыток были убиты»4.

Обстоятельное расследование репрессий, проведенных большевиками в отношении белогорских монахов, предпринял пермский историк В.В. Вяткин.

Опираясь на данные послужных списков белогорского братства, ему удалось выявить имена 34-х иноков обители, замученных в августе-октябре 1918 года5. Ссылаясь на сведения, полученные от очевидцев, он указал предполагаемые причины и места казни мучеников. «Белогорцев уничтожали в Осе и в Перми, в Ашапе – либо за отказ от работы на своих мучителей, либо за несогласие на мобилизацию в Красную армию»6.

Существует немало документальных и устных свидетельств о том, как расправлялись большевики с белогорскими монахами. Костина В. опубликовала воспоминания двух отшельниц Марии и Анны – духовных чад настоятеля Белогорского монастыря архимандрита Варлаама (Коноплева), подвизавшихся в 1918 г. недалеко от Белой горы. «Ослабев от голода, послушницы вышли из пустыньки и направились на Гору. Подходя к обители, они вместо братии встретили часовых, которые им сказали: «Уходите быстрее! Все расстреляны, никого нет, монастырь закрыт».

Монахов ставили в два ряда и расстреливали прямо на глазах у местных жителей Белой Горы. Кто пытался подойти или протестовал, в тех тоже стреляли. Хоронить не давали»7.

Это свидетельство не противоречит материалам, помещенным на страницах белогвардейской газеты «Освобожденная Россия», где рассказывается о поездке на Белую Гору епископа Бориса (Шипулина), назначенного Сибирским ВВЦУ управляющим Пермской епархией после изгнания красных8.

24 февраля 1919 г. войска генерала Вержбицкого выбили большевиков из Кунгура. Белая гора оказалась на освобожденной территории. 4 марта туда прибыл епископ Борис, совершая свою первую поездку по епархии. «…Увиденное и услышанное на Белой горе превзошло все ожидания. Уже были найдены тела иеромонахов Илии и Сергия с исколотыми штыками шеями, с размозженными черепами и прострелянными ладонями. Епископу сообщили следующее: 102 насельника Белой Горы были угнаны на окопные работы […] В главном алтаре собора осквернили и разворотили престол[…], все имущество монастыря разграбили настолько, что из швальни было взято последнее шило[…]. Та же картина разрушения и зверства оказалась в Серафимо-Алексеевском скиту. Из числа насельников было убито 9 человек. В Осе были обнаружены тела трех скитников – иноков Сергия, Исаакия и рясофорного послушника Павла. Их извлекли из ямы, залитой нечистотами. У этих мучеников размозжены головы, вырваны куски тела из боков, нанесено множество штыковых ран, надломлены голени…»9

Известно, что в апреле 1919 г. епископ Борис инициировал расследование обстоятельств террора против духовенства в Пермской епархии, в том числе белогорской братии. Материалы работы следственной комиссии правительства А.В. Колчака сохранились и были частично опубликованы С.С. Балмасовым10. Они рисуют наиболее полную картину зверств большевиков в отношении монахов Белогорского монастыря.

Во время следствия иеромонах Белогорского монастыря Иосиф (Воробьев) показал: «Аресты преимущественно производились Осинской чрезвычайной комиссией и по ее распоряжениям. Между 8-10 октября 1918 г. Юго-Осокинской чрезвычайной комиссией были арестованы иеромонахи Иоасаф и Сергий, которые высказывали негодование Советам, называя комиссаров продажными душами, что и послужило причиной их ареста, а позже 6 ноября, по доставлении их в Осу, – причиной расстрела. Одновременно с ними было арестовано 6 монахов, из которых 3 бежали, остальные были отправлены большевиками в Вятку[…]. Никаких мандатов и документов при арестах обвиняемым большевиками не предъявлялось и оставлено не было»11.

Из показаний ясно, что массовый арест монахов был произведен между 10-13 октября 1918 г. при совершении в монастыре всенощного богослужения. Общее количество арестованных в этот день было около 170 человек. Из них некоторые были мобилизованы красными, оказались на фронте и бежали оттуда, другие были взяты сибирскими войсками в плен на станции Шумаково, находясь на принудительных работах. Третьи скрылись и бежали во время отступления красных из Перми. Из числа бывших арестованных и оставшихся в живых в монастырь вернулось 43 человека12.

Отец Иосиф свидетельствует: «По имеющимся у меня точным сведениям, арестованных большевиками постигла следующая участь:

Монахи:

1.     Маркел (Шаврин)
2.     Ермоген (Боярышнев)
3.     Иосиф (Аристофаров)
4.     Евфимий (Шаршимов)
5.     Аркадий (Носков)
6.     Варнава (Надеждин)

Послушники:

7. Яков Данилов
8. Петр Рочев
9. Александр Арапов
10. Федор Белкин
11. Сергий Ржанников
12. Василий Ракутин
13. Иван Родин (прапорщик)
14. Андрей Тупицын (поручик)
15. Максим Конилов
16. Симеон Дунаев (скит)
17. Василий Змеев (скит)
18. Пантелеимон Посохин (скит).

Все эти лица были расстреляны большевиками в с. Шарашах Осинского уезда за отказ идти на воинскую службу в первых числах октября 1918 года.
За 2 дня до освобождения Перми сибирскими войсками13 были утоплены в Каме:

19. иеромонах Иоанн (Новоселов)
20. иеродиакон Виссарион (Окунев)

Черноризцы:

21. Савва (Колмогоров)
22. Василий (Вотяков)
23. послушник Михаил (Феофилов)
24. иеродиакон Матфей (Банников) (известно из другого документа)14.

Расстреляны и замучены в последних числах октября 1918 г. в городе Осе:

25. иеромонах Сергий (Вершинин)
26. иеромонах Илия (Попов)

Монахи:

27. Иоанн (Ротнов) — бывший казачий офицер
28. Сергий (Саматов)

29. Исаакий (Ковалевский)

Черноризцы:

30. Яков (Старцев)
31. Дмитрий (Созинов)
32.иеродиакон Михей (Подкорытов) расстрелян осенью в Кунгуре
33. иеродиакон Евфимий (Коротков) расстрелян в городе Перми в Белогорском подворье
34. черноризец Павел Балабанов – замучен в Юго-Осокинском заводе Осинского уезда»15.

Помимо указанных лиц в другом документе – «Список казненных иноков Белогорского монастыря» значатся:

35. иеромонах Вячеслав (Косожилин)
36. иеромонах Иоасаф (Сабанцев)
37. черноризец Дмитрий
38. послушник Петр
39. послушник Алексий

Монахи Серафимо-Алексеевского скита:

40. Сергий
41. Исаакий
42. Иосиф
43. Иоанн
44. черноризец Павел
45. послушник Григорий16.

Таким образом, документы свидетельствуют, что число убиенной братии Белогорского монастыря и Серафимо-Алексеевского скита этой обители составляет не менее 45 человек, не считая настоятеля – архимандрита Варлаама (Коноплева)17.

В 1998 г. настоятель архимандрит Варлаам и 26 насельников Белогорского монастыря: иеромонахи Сергий, Илия, Вячеслав, Иоасаф, Иоанн, Антоний, иеродиаконы Михей, Виссарион, Матфей, Евфимий, монахи: Варнава, Димитрий, Савва, Гермоген, Аркадий, Евфимий, Маркелл, послушники Иоанн, Иаков, Петр, другой Иаков, Александр, Феодор, другой Петр, Сергий, Алексий были канонизированы как местночтимые святые Пермской епархии18.

В 2000 г., на юбилейном Архиерейском соборе, они были прославлены в лике святых новомучеников для общецерковного почитания. Их память  совершается 12/25 августа. Прославление оставшихся убиенных за Христа белогорских подвижников остается нашим священным долгом.

Примечания:

1. Шестаков И., свящ. Краткая история возникновения Свято-Николаевского миссионерского общежительного монастыря на Белой горе Осинского уезда Пермской губернии. Пермь, 1900. С. 1-4; Белогорский Свято-Николаевский православно-миссионерский мужской общежительный монастырь в Осинском уезде Пермской епархии. М., 1910. С. 1-13.
2. Феодорущенко О. Белогорский Свято-Николаевский православно-миссионерский мужской общежительный монастырь. Пермь, 2004.С.71-72
3. Нечаев М.Г. Церковь на Урале в период великих потрясений: 1917—1922. Пермь, 2004. С. 220.
4. Дамаскин (Орловский), иером. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Тверь, 1996. С. 203.
5. ГАПО. Ф.37. Оп.7. Д.3-23.
6. Вяткин В.В. Величие и трагедия Уральского Афона. (История Белогорского монастыря).   Пермь, 1996. С. 106-107.
7. Костина В.С. Выбираю путь Христов. Судьбы духовенства и монашества Земли Пермской ХХ век. Пермь, 2008. С. 125.
8. Агафонов П.Н. Епископы Пермской епархии. 1918—1928 гг. Пермь, 1997. С. 25.
9. Освобожденная Россия. Пермь, 1919, 30 марта, №.72; Вяткин В.В. Величие и трагедия Уральского Афона. Ук. соч. С. 109 -110.
10. Балмасов С.С. Красный террор на Востоке России в 1918—1922. М., 2006.
11. ГАРФ. Ф.9440. Оп.1. Д.2. Л.106.
12. ГАРФ. Ф.9440. Оп.1. Д.2. Л.106 об.
13. 24 декабря 1918 г. колчаковцы вошли в Пермь – прот. А. М.
14. ГАРФ. Ф. 4369. Оп.5. Д.847. Л.4.
15. ГАРФ. Ф.9440. Оп.1. Д.2. Л.107.
16. ГАРФ. Ф. 4369. Оп.5. Д.847. Л.12-13.
17. Фамилии пострадавших насельников Белогорского монастыря и Серафимо-Алексеевского скита в значительной степени присутствуют в исследуемых документах, а так же восстановлены благодаря трудам П.Н. Агафонова в его работе Агафонов П.Н. Духовенство Пермской епархии. 1918—1928 гг. Пермь, 1997. Ч.1. С. 122-140.
18. К прославлению священномученика Феофана, епископа Пермского и Соликамского и преподобномученика Варлаама с братией Белогорского монастыря. Пермь, 1998. С. 21-36

0

118

Святые мученики Фотий и Аникита

В Никомидии, городе Вифинской области1, нечестивый царь Диоклитиан (284-305) поднял открытое гонение на христиан; среди города, по его приказанию, были выставлены орудия для мучений: мечи, сечки, рожны, железные ногти, сковороды, колеса, котлы и другие бесчеловечные изобретения подобного рода; были приготовлены и звери; всем этим Диоклитиан хотел устрашить призывающих имя Христово. Во все концы римского царства он разослал грозные указы, которыми повсюду повелевалось гнать христиан, – мучить и убивать их, при этом на Единородного Сына Божия изрекались многие хулы.
В это время в Никомидии жил один благородный и знатный комит, по имени Аникита. Исполнившись ревностию по Боге, он явился к царю и безбоязненно исповедовал Господа Иисуса Христа, истинного Сына Божия, – святой Аникита красноречиво поведал царю о безначальном рождестве Сына Божия и Его воплощении, по исполнении лет, для нашего спасения; в то же время он порицал заблуждение идолопоклонников, называя богов языческих глухими и бесчувственными; и, наконец, обратился к царю с такими словами:
– Твои мучения, царь, приготовленные христианам и объявленные им, нисколько нас не устрашают: для нас муки – ничто, и мы никогда не поклонимся бездушным идолам.

Царь, полный гнева и ярости, не в силах был выслушивать боговдохновенную проповедь святого Аникиты и приказал ему тотчас же обрезать язык, но он и после этого говорил ясно, славя Христа Бога; затем его были воловьими жилами так жестоко и так долго, что обнажились кости. Но святой Аникита, – точно не он, а кто другой подвергался мучениям, – мужественно переносил страдания и громко проповедовал смотревшему на него народу, что Христос есть единый истинный Бог. После этого царь велел отдать святого Аникиту на съедение зверям: был выпущен громадный лев, который, с грозным ревом приблизившись к мученику, неожиданно сделался смирнее ягненка: он ласкался ко святому и пот, выступивший от мучений на его челе и щеках, отер, как губою, лапою. А святой Аникита громко взывал:
– Благодарю Тебя, Господи Иисусе Христе, что Ты избавил меня от зубов этого зверя! Молю Тебя, Владыко, и в предлежащем мне подвиге протри Свою десницу в помощь рабу Твоему, чтобы я мог победить ярость мучителя и удостоиться от Тебя мученического венца.
После этой молитвы святого началось землетрясение, причем капище Геркулеса вместе с его идолом и часть городской стены обвалились, и многие из язычников погибли под их развалинами. Тогда Диоклитиан приказал отсечь мечом главу святого мученика, но когда воин поднял меч, чтобы исполнить повеление царя, тотчас руки его ослабели, а сам он упал на землю и был недвижим точно бесчувственный. Видя это, Диоклитиан приказал привязать святого Аникиту к колесу, находящемуся среди острых железных прутьев, подложить огонь и вращать колесо: он желал, чтобы святой мученик умер разрезаемый на части железом и обжигаемый огнем. Но святой Аникита, привязанный к колесу, так молился:
– Господи Иисусе Христе, ради предстоящих освободи меня от мучений, чтобы смотрящие на меня, видя твою скорую помощь, могли мужественно стать против мучителя и принять от Тебя мученический венец.
И тотчас узы святого Аникиты развязались; колесо остановилось, и огонь погас. Тогда мучитель велел наполнить котел оловом, расплавить последний и бросить туда святого мученика. Все видели ангела Господня, который вместе со святым Аникитою входил в котел, и едва только мученик прикоснулся к котлу, олово остыло и сделалось как лед.
Сродник святого Аникиты, по имени Фотий, видя его подвиги и силу Христа, сохраняющего раба Своего, отложил всякую боязнь; выйдя из среды народа на самое место казни, он подошел к святому мученику и с любовью обнял его и поцеловал, называя отцом и ходатаем своего спасения; этим поступком Фотий ясно показал, что он готов претерпеть за Христа какие угодно мучения; обратившись затем к царю, Фотий сказал:
– Постыдись, идолопоклонник! боги твои ничто.
Тогда Диоклитиан с гневом вскричал воинам:
– Убейте его мечом!
Но когда один из воинов поднял обнаженный меч, чтобы им ударить мученика, силою Божиею руки его обратились на себя самого, так что ударив себя по коленам, он упал на землю и умер. После этого святого Аникиту и Фотия заковали в железные цепи, и обоих вместе бросили в тюрьму. Спустя три дня Диоклитиан призвал их к себе и сказал:
– Если послушаетесь меня и принесете жертву богам, то я возвеличу вас и обогащу.
– Честь твоя и богатство твое, – отвечали святые, – пусть останутся с тобою на твою погибель.
В ярости мучитель приказал сначала повесить их на дыбе и строгать тело железными ногтями, опаляя огнем раны, а потом – быть камнями. Но все этим муки святые переносили с радостью и благодарили Бога, так как не чувствовали никакой боли: Господь ради славы Своего Святого имени соблюдал их невредимыми. Затем они были привязаны за ноги к диким коням, которые и влачили их. Но и таким мучением Диоклитиан ничего не достиг: Господь опять сохранил их без вреда, – святые мученики, будучи влачимы, точно находясь в колеснице, славили непобедимую силу Господню и укрепляли друг друга; дикие же кони внезапно остановились; ноги святых освободились от привязи, и они встали совершенно здоровыми. Мучитель опять приказал подвергнуть их жестокому биению, поливая раны уксусом, смешанным с солью; потом они опять были ввергнуты в темницу, где провели три года. Затем святые были выведены для новых мучений. По приказанию Диоклитиана три дня разжигали народную каменную баню, в которую потом затворили святых мучеников. Но святые Аникита и Фотий помолились Богу, баня расселась; забил ключ воды, доставлявший им прохладу. Когда сторожа на третий день открыли баню, то увидели, что святые ходят в ней невредимы, воспевая хвалу Богу; об этом было доложено царю. Последний, как бы не веря известию, пошел сам убедиться в его справедливости. Святые, увидев царя, сказали ему:
– Вот мы, мучитель, во всех муках явились победителями, а ты побежден и посрамлен.
Царь возвратился домой со стыдом; он приказал взять мучеников и держать в оковах до тех пор, пока придумает, как их погубить. По его приказанию была устроена громадная пучь, укрепленная на четырех железных столбах; в ней могло поместиться множество людей. Как некогда Навуходоносор (Дан., гл. 3) он приказал раскалить эту печь, намереваясь сжечь в ней не только двух святых мучеников, но и всех христиан, каких только найдет. Христиане же, не ожидая когда их язычники станут ввергать в печь, сами вместе с женами и детьми направились к ней, восклицая:
– Мы христиане и почитаем единого Бога!
Сначала в печь вошли святые мученики Аникита и Фотий, а за ними и всё множество собравшихся христиан с молитвою и воздетыми к небу руками направилось в огонь. Из пламени христиане взывали:
– Благодарим Тебя, Отче и Боже всесильный, что Ты верою в Единородного Твоего Сына и Господа нашего Иисуса Христа собрал нас для мученического венца; молимся Тебе, Милосердый, простри с высоты руки Твои и приими души наши в вечный покой, который Ты уготовал Твоим исповедникам.
Во время этой молитвы они почили о Господе. Святые еж Аникита и Фотий пробыли живыми в печи той в течение трех часов, а затем, помолившись, предали души свои в руки Божии. Когда слуги извлекли железом тела святых Аникиты и Фотия, то увидели, что они настолько не пострадали от огня, что даже волосы были целы. И многие из язычников уверовали во Христа Бога нашего, Ему же слава со Отцом и Святым Духом во веки. Аминь2.
______________________________________
1 В Малой Азии.
2 Поминаемые здесь мученики пострадали в 305 или 306 году.

+1

119

Святой мученик Ипполит

Память 13/26 августа

По мученической кончине святого архидиакона Лаврентия1, блаженный Ипполит, военачальник и блюститель тюремный, с честью предал погребению многострадальные останки мученика, который был сначала для него узником, а потом сделался учителем; домой блаженный Ипполит возвратился лишь на третий день после погребения.

Все домашние его, – числом девятнадцать человек обоего пола, – были христиане, – они были наставлены в истинах христианской веры и затем крещены святым Лаврентием. Вместе со всеми домочадцами блаженный Ипполит после общей домашней молитвы приобщился Божественных Таин Тела и Крови Христовых, а потом, по принятии духовной пищи, была предложена трапеза для подкрепления тела; но прежде чем приступили к ней, пришли воины и взяв блаженного Ипполита, повели его к царю Декию2. Увидев его, царь засмеялся и сказал:

– Неужели и ты стал волхвом, потому что украл тело Лаврентия?

– Я не волхв, но христианин, – отвечал блаженный Ипполит.

Тогда разгневанный царь приказал бить его по устам камнями, а затем – снять с него одежду, составлявшую обычное одеяние христиан.

– Ты не обнажил меня, но облекаешь в более ценную одежду, – сказал на это блаженный Ипполит.

– Разве ты более уже не чтишь богов, если так безумствуешь и не стыдишься своей наготы? – спросил царь.

– Я мудр и не наг, – возразил блаженный Ипполит, – ибо облекся во Христа; я тогда был безумен, когда подобно тебе служил бесам, и тогда был наг, когда не имел благодати Христовой, а теперь я христианин.

– Принеси жертву богам, – предложил царь, – чтобы тебе, подобно Лаврентию, не погибнуть от мук.

– О, если бы я удостоился участи святого Лаврентия, имя которого ты, окаянный, своими скверными устами и произносить то не должен! – воскликнул блаженный Ипполит.

Царь велел протянуть его на земле и бить без жалости палками; святой же мученик в это время громко взывал:

– Я христианин!

Тогда мучитель приказал прекратить побои, поднять блаженного Ипполит с земли и одеть в обычную воинскую одежду, при этом он сказал, обращаясь к святому мученику:

– Вспомни о своем воинском сане и будь по прежнему нам другом, по прежнему вместе с нами принося жертвы.

– Я воин Христа, моего Спасителя и за Него желаю умереть, – отвечал блаженный.

Декий после этого сказал епарху Валериану:

– Возьми всё имение его, а его самого замучь до смерти.

В тот же день посланные Валериана разграбили имение блаженного Ипполита; узнав, что в доме Ипполита найдены верующие во Христа, Валериан велел их привести к себе: среди приведенных находилась и кормилица Ипполита, по имени Конкордия. Взглянув на них, Валериан сказал:

– Пожалейте свою жизнь, чтобы не погибнуть вместе со своим господином Ипполитом.

– Мы желаем лучше, – отвечала Конкордия, – с честью умереть за веру Христову вместе с нашим господином, чем, утратив ее, жить среди вас, нечестивцев.

– Порода рабов не иначе, как только ранами может быть исправлена, – сказал Валериан и приказал бить Конкордию оловянными прутьями; во время побоев святая мученица предала дух свой Господу. Здесь находился под караулом воинов и блаженный Ипполит: увидав мученическую кончину своей кормилицы, он с радостью воскликнул:

– Благодарю Тебя, Господи, что питавшую меня предпослал в Твое царствие к святым Твоим!

Епарх сказал:

– Ты всё еще надеешься на волшебную хитрость, – не почитаешь богов и не повинуешься повелению царя?

И разгневавшись, Валериан приказал всех вместе с Ипполитом вывести через Тивуртинские ворота за город и там предать смерти. Святой Ипполит ободрял их во время пути:

– Не бойтесь, – и я и вы имеем над собою одного Владыку.

Когда пришли на место казни, то все были усечены воинами на глазах блаженного Ипполита. Всех приявших эту мученическую кончину, – разного пола и возраста, – было восемнадцать человек, не считая святую Конкордию, убитую в городе. Самого же святого Ипполита, по приказанию епарха, привязали к диким коням и влачили по каменистым местам до тех пор, пока он не отошел ко Господу. Святой мученик Ипполит вместе с домочадцами своими пострадал за Христа в тринадцатый день августа месяца и в третий день по мученической кончине святого Лаврентия.

При наступлении ночи к месту казни пришел с верующими святой Иустин пресвитер и, собрав тела святых мучеников, предал их там же погребению. Тела же святой Конкордии, не смотря на самые тщательные поиски в городе, никак не могли найти; это так сильно опечалило святого Иустина, что он заплакал. Честное же тело святой Конкордии было, по приказанию мучителя, брошено в нечистое место. Один христианин, по имени Ириней, узнал об этом от одного воина, уже спустя три недели со дня смерти блаженного Ипполита, – взяв с собою другого христианина – Авундия, он извлек ночью тело святой мученицы, нисколько не пострадавшее от нечистот, и принес его к пресвитеру Иустину. Пресвитер был очень рад и похоронил честные останки рядом с телом святого Ипполита и прочими мучениками. Наутро это стало известно Валериану; он приказал схватить Иринея и Авундия и бросив туда, откуда они извлекли тело святой Конкордии, потопить их живыми в нечистотах. И оба святые умерли там в двадцать шестой день августа месяца. Святой Иулиан извлек тела их ночью и предал погребению при мощах святого Лаврентия, славя Христа Бога, славимого со Отцом и Святым Духом во веки3. Аминь.

Примечания:

1 См. житие его под десятым числом настоящего месяца.
2 Император 249-251 гг.
3 Св. мученик Ипполит и святая мученица Конкордия пострадали в 258 г. 13 августа.

По свт. Димитрию Ростовскому

+2

120

Святой пророк Михей
http://iconsv.ru/components/com_joomgallery/img_thumbnails/_151/__956/__20110826_1901404152.jpg

Святой Михей, первый пророк этого имени, происходил из колена Ефремова и был сын Иемвлая. Он жил во дни святого пророка Илии, когда над израильтянами в Самарии царствовали Ахав с Иезавелью, а над Иудеями в Иерусалиме – Иосафат. В это время потомки двенадцати сынов Иакова разделились на два царства: одно называлось царством Иудейским, – в состав его входили колена Иудово и Вениаминово, а столицей был Иерусалим; другое же называлось Израилевым и включало в себя остальные десять колен еврейского народа; столицей этого царства служила Самария. В Израильском царстве находилось и колено Ефремово, к которому принадлежал по происхождению и святой пророк Михей. Он часто обличал израильского царя Ахава в тех же грехах, в каких и святой пророк Илия, т.е. или за отпадение его от Бога в идолопоклонство, или за содеваемые им неправды. Царь ненавидел пророка-обличителя, но не смел его убить: царя удерживали боязнь наказания Божия, стыд пред невинностью праведного мужа и страх, что сбудутся его пророческие предсказания. Впрочем пророк, уступая несправедливому гневу царя, удалялся из столицы и почасту жил в горах: он опасался, как бы, многократно являясь к царю и обличая его, не возбудить в последнем ни пред чем не останавливающегося гнева.

В эти дни между домом царя израильского Ахава и домом царя иудейского Иосафата завязались родственные отношения: Иосафат взял у Ахава дочь его Афалию за своего первого сына Иорама. Побуждаемый родственною любовию Иосафат из Иерусалима прибыл в Самарию к Ахаву. Во время торжества в честь гостя Ахав просил Иосафата помочь ему на войне против ассирийского царя, чтобы отнять у него Рамоф Галаадский; этот город издавна был израильским, но царь ассирийский отнял его силою. Иосафат, обещая сам идти на войну вместе с Ахавом, сказал:
– Как ты, так и я, как твой народ, так и мой народ: иду с тобою на войну. Но сначала вопросим Господа Бога: будет ли для нас благополучна эта война?
И тотчас Ахав собрал своих нечестивых и ложных пророков, числом 400; главою этих лжепророков был Седекия, сын Ханаана. Все они ободряли Ахава надеждой на успех, говоря:
– Иди, – Бог предаст в твои руки не только город Рамоф, но и самого ассирийского царя.
Но царь иудейский Иосафат, как человек благочестивый и верный Богу, понял, что среди этих пророков нет ни одного истинного, но что все они льстецы и потаковника, поэтому Иосафат сказал Ахаву:
– Нет ли здесь хотя одного такого пророка Господня, которого бы мы вопросили и он ответил нам правду?
Ахав отвечал:
– Есть один муж, который может вопросить Господа и открыть нам истину, – это Михей, сын Иемвлая, но я ненавижу его, так как он всегда предсказывает мне одно только зло.
– Не говори так, – возразил Иосафат Ахаву, – но призови, послушай его и не гневайся на его обличения.
И тотчас Ахав послал за пророком Михеем, который в то время пришел из пустынных гор в Израиль. Оба же царя сидели во всём своем величии на престолах у ворот Самарии, а лживые пророки прорицали пред ними. Причем глава их Седекия сделал железные рока и, протрубив, сказал Ахаву:
– Так говорит Господь: этими рогами ты уничтожишь и истребишь Сирию.
Точно так же и остальные лжепророки говорили:
– Иди в Рамоф Галаадский и победишь ассирийского царя: Господь предаст его тебе в твои руки.
Между тем посол, отправленный к пророку Михею, сказал ему:
– Вот все пророки предсказывают царю доброе; прошу тебя, говори и ты то же с ними, чтобы твои слова не расходились с их словами.
– Жив Господь! – отвечал пророк Михей, – и что скажет мне Сам Господь Бог мой, то именно я и скажу царю.
И вот, придя, святой Михей стал пред израильским царем Ахавом, который спросил его:
– Послушай, Михей, – идти ли мне в Рамоф Галаадский на войну или должно удержаться?
Пророк, не тотчас отвечая на вопрос царя и желая его привлечь к более усердным вопросам, сказал:
– Идите, – будет вам успех, и они преданы будут в руки ваши.
Ахав, видя, что пророк говорит не с дерзновением, обратился к нему:
– Усиленно заклинаю тебя: скажи мне истину как пред Господом.
Тогда святой Михей сказал с дерзновением:
– Я видел всех сынов Израиля, рассеянных по горам как овец, у которых нет пастыря.
Этими словами пророк предсказывал, что войско израильское на войне лишиться своего пастыря, т.е. царя: он будет убит и все, как овцы волками будут разогнаны ассирийскими войсками по горам и пустыням. И сказал Ахав царю Иосафату:
– Не говорил ли я тебе, что он не пророчествует о мне доброго, а только худое?
Святой Михей продолжал:
– Так выслушайте слово Господне: я видел Господа, сидящего на престоле Своем, и всё воинство небесное стояло по правую и по левую руку Его. И сказал Господь: кто увлек бы Ахава, царя израильского, чтобы он пошел и пал в Рамофе Галаадском? И один (из предстоящих) говорил так, другой говорил иначе. И выступил один дух и стал пред лицем Господа, и сказал: я увлеку его. И сказал ему Господь: чем? Тот сказал: я выйду и буду духом лжи в устах всех пророков его. И сказал Он (Господь): ты увлечешь его и успеешь; пойди и сделай так. Знай царь, – говорил пророк, – что дух лжи в устах пророков твоих, и Господь изрек о тебе недоброе.
Во время этих слов пророка подошел лжепророк Седекия и ударил по щеке святого Михея, проговоривши:
– Какой Дух Господень сказал тебе всё это.
– Вот ты увидишь это, – отвечал святой Михей, – в тот день, когда из страха пред ассириянами будешь бегать из комнаты в комнату, чтобы скрыться хотя в доме своем.
Переполненный гневом, Ахав велел взять пророка Михея и посадить в темницу и там кормить «хлебом печальным» и поить «водою печальною», т.е. давать ему хлеба и воды в таком малом количестве, чтобы пророк только не умер от голода и жажды, а остался жив до возвращения царя, который хотел предать его мучениям. Царь так и сказал:
– Держите его, пока я не возвращусь в мире.
Святой Михей отвечал царю:
– Если ты возвратишься в мире, то не Господь говорил через меня.
Затем святой Михей обратился к народу и громко сказал:
– Слушайте это все люди!
Святой пророк был посажен в темницу, находившуюся в столице царства израильского, – Самарии. Царь же Ахав отправился на войну, где и был убит согласно пророчеству святого Михея; об этом подробно сообщается в 22 главе Третьей книги Царств и в 18 главе Второй книги Паралипоменон. По смерти Ахава воцарился сын его Охозия.
О кончине святого пророка Михея ничего не говорится в святом Писании; лишь в прологе сообщается, что он будто бы был убит Иорамом, сыном Ахавовым; но уже раньше замечено, что Иорам был зять, а не сын Ахава. Однако весьма вероятно, что святой пророк Михей умер мученическою смертью от кого-либо из мучителей: ибо жена Ахава Иезавель, оставшаяся после мужа вдовою, и сын его Охозия, принявший после отца царство и зять, царь иерусалимский Иорам, – все они не могли чувствовать расположения к предсказавшему погибель Ахава. Память пророка Михея в Великой Минее Четии и в Киевских месяцесловных святцах полагается в пятый день месяца января. И в Минее Четии о нем говорится, что за обличение беззакония он был убит и брошен в пропасть: ближние святого Михея извлекли его честное тело оттуда и предали погребению в своей земле, близ гроба одного странствовавшего пророка. По прошествии 150 лет, быть может и более, по первом пророке Михее, явился (в VIII в. до Р. Хр.) другой святой пророк того же имени, память которого и совершается ныне.
Он происходил из колена Иудова; родиной его было местечко Морасфи близ города Елевферополя; отсюда святой пророк получил и свое прозвание Морасфитянин. Он пророчествовал в Иерусалиме во дни царей иудейских Иоафама, Ахаза и Езекии; в это же время жил и святой пророк Исаия. Святой Михей обличал своих единоплеменников, что они, уклонившись в идолопоклонство, забыли истинного бога и усвоили нечестивые обычаи язычников. С сердечным сокрушением говорил им пророк, обращаясь от лица Божия:
– Люди Мои, что Я сделал вам? чем оскорбил вас? чем досадил вам? – Отвечайте мне. Или за то, что Я вывел вас из земли египетской и избавил от рабства, вы оставили Меня и признали своими богами языческих идолов?
Обличая также притеснения, неправды, грабительства и обиды, причиняемые князьями, судьями и старейшинами убогим и нищим, святой Михей говорил:
– Слушайте главы дома Иаковлева, ненавидящие добро и ищущие зло, не вам ли должно прилагать все усилия, чтобы творить праведный суд? Вы же до того несправедливо притесняете совершенно неповинных нищих и убогих, что содрали с них кожу, истолкли их кости и раздробили тело, – точно хотите вложить их в котел для приготовления снеди. Слушайте же это, главы дома Иаковлева, гнушающиеся правосудием и искривляющие всё прямое, созидающие Сион кровью и Иерусалим – неправдою!
Так пророк обличал грешных и, видя их неисправление, оплакивал погибель их, взывая со стенаниями:
– Горе мне! ибо со мною теперь – как по собрании летних плодов, как по уборке винограда: ни одной ягоды для еды (так нет угождающих Богу!). Увы, душа моя! не стало милосердых на земле, нет праведных между людьми; все строят ковы, чтобы проливать кровь; каждый ставит брату своему сеть. Руки их обращены к тому, чтобы уметь делать зло; начальник требует подарков, и судья судит за взятки.
Оплакивая при обличении нечестивых их нераскаянность, пророк предсказывал грядущий на них гнев Божий: он постигнет сначала столицу израильского царства Самарию, так как здесь началось идолопоклонство и нарушение закона Божия, и языческое нечестие; затем подобному же наказанию подвергнется Иерусалим, – правосудие Божие судило придти в разорение Самарии от ассириян, а Иерусалиму – от халдеев. И снова рыдал пророк говоря:
– Увы, увы мне! посещение Божие наступает!
Но между подобными печальными предсказаниями пророк Божий возвестил и радостное, что Пастырь и Спаситель душ наших, Господь Иисус Христос родится в Вифлееме: «И ты, Вифлеем Евфрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? из тебя произойдет Мне Тот, Который должен быть Владыкою в Израиле». (гл. 5, ст. 2).
Остальные предсказания сего святого пророка Божия изложены в пророческой книге его имени.
Как, по совершении своего пророческого служения, окончил свою жизнь святой Михей мы не имеем определенных сведений, но не думается, что он умер мученическою смертью. В книге святого пророка Иеремии сообщается, что когда священники вместе с ложными пророками и множеством народа хотел убить святого Иеремию, то некоторые из старейшин защищали его, говоря собранию:
– Михей Морасфитянин пророчествовал во дни Езекии, царя иудейского, и сказал всему народу иудейскому: так говорит Господь Саваоф: Сион будет вспахан, как поле, и Иерусалим сделается грудою развалин, и гора дома сего – лесистым холмом. Умертвили ли его за это Езекия, царь иудейский, и весь Иуда? Не убоялся ли он Господа и не умолял ли Господа? и Господь отменил бедствие, которое изрек на них, а мы хотим сделать большое зло душам нашим.
Из этих слов можем видеть, что святой пророк Михей не был убит, но, по окончании своей богоугодной жизни, в мире почил. Он умер и был погребен на своей родине, – Морасфе. По прошествии очень многих лет его честные мощи вместе с мощами пророка Аввакума были обретены в царствование Феодосия Великого по откровению Божию Зевину, епископу Елевферопольскому. За всё сие да будет Богу нашему слава всегда, ныне и присно, и во веки. Аминь.

+1


Вы здесь » Форум православных друзей, противников экуменизма и апостасии » Духовная жизнь » Святители, преподобные и их наставления