"Православная дружба и общение".

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Догмат о Искуплении

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Вопрос архим. (Рафаилу Карелину)

Здравствуйте, отец Рафаил! Спасибо за ответ. Простите, но Вы с Осиповым меня совсем запутали. Формально вы правы: без Христа не спасется никто. Но ответьте: что это за любовь Божия, которая себя распяла, ищет потеряную овечку и так хладнокровно Вашими устами говорит: "Некрещенных младенцев и язычников я знать не хочу. Мне плевать на них, их муки. Я не допущу к себе их и тех, КТО ЖИЛ В ДЖУНГЛЯХ АМАЗОНКИ И НИКОГДА НЕ ЗНАЛ МЕНЯ И МОЕГО ПУТИ - ХОТЬ И БЫЛ ОН СОВЕСТНЫМ КАК МЕЛХИСЕДЕК...Радость и любовь дам лишь тем, кто Меня ясно знал и самоотвержено Мне служил, исполняя Мои заповеди." Такое жестокое "христианство" Вы проповедуете? Тогда я вообще ничего в ЛЮБВИ к людям не понимаю!

Архимандрит Рафаил отвечает:

Здравствуйте Сергий! Во-первых, начну с маленького протеста: нельзя даже в шутку или в виде гротеска влагать в уста Божественной Любви слова : «мне плевать на их муки». Если, стрела направлена против меня, то здесь задет Христос. Что привычно для журналиста, то не уместно для человека, который хочет разрешить для себя серьезный богословский вопрос. Постараюсь ответить вам.

Святой Григорий Богослов в проповеди на праздник Крещения говорит о том, что добродетельные язычники и некрещеные младенцы, не будут ни наказаны, ни прославлены. О язычниках, не ведавших Христа, пишет апостол Павел, что они будут судимы по закону их совести, не оправданы – а судимы, то есть им будет уготовлено место по их делам.

Не возможно воспринять благодать Божию посмертно, когда разрушена личность человека, как духовно-телесная монада и осталась только часть ее – душа, пораженная первородным и личными грехами, не омытая крещением. Любовь Божия не спасает человека в одностороннем порядке, она должна быть воспринята ответной любовью человека. Само богообщение это взаимодействие (синергизм) Божественной и человеческой воли. Благодать ищет душу, жаждущую благодати, и покоряющуюся ей. В земной жизни человек определяется как нравственно-духовная личность, в противном случае, земная жизнь была бы бессмыслицей.

Вы недоумеваете: почему Божественная любовь не спасет весь мир. Мне кажется вопрос, почему Бог не дает спасения язычникам, поставлен неправильно. Бог дает то, что человек может воспринимать. Более того, Бог желает спасения человека больше, чем сам человек. Но Бог дал человеку нравственную автономию и не может спасти человека без него самого. В противном случае надо было бы отнять у человека свободную волю, то есть уничтожить самого человека, и превратить его в биомашину. Мы недоумеваем, почему Бог оставил часть человечества в неведении христианства. Христианство было распространено, но отвергнуто, а в некоторых регионах уничтожено огнем и мечом. Если бы на берегах Амазонки или в глубине Африки был бы хоть один человек, способный принять христианство, и исполнять заповеди Евангелия, то Господь послал бы туда проповедников или нашел бы способ привести его к христианам. Но несравненно более трагична та ситуация, когда человек проходит мимо Христа, умышленно закрывая глаза. Я в детстве читал рассказ, приблизительно такого содержания. У одного иудея, жителя Иерусалима, разболелись зубы; какие только средства он не пробовал, но ничего не помогало. Боль не утихала, казалось, что вся жизнь его заключилась в больных зубах. Вот, он слышит на улице шум, выглядывает из окна: это Христа ведут на распятие. Но его мало интересует вопрос о Мессии, и о злодеянии, которое должно совершиться – его волнуют только собственные зубы. Но вдруг он вспоминает, что слышал о том, что Христос творил чудеса и на всякий случай мысленно просит Его об исцелении. Зубная боль прекратилась, и иудей тотчас забыл Христа и приступил к обычным житейским делам: больше Христос ему не был нужен. Сколько христиан могут увидеть себя в этом иудее, если только честно посмотрят в свое сердце.

Теперь многие говорят о Божественной любви, но нужна ли она им? Искали они эту любовь, мучались ли роковыми вопросами о смысле жизни, пленил ли их образ Христа своей красотой? Нет, многие понимают Любовь Божию, как солидарность Бога с греховным человеком, понимают Любовь Божию как возможность одновременно грешить и быть с Богом, в сущности говоря, не быть с Богом, а пользоваться Его дарами.

Люди не задумываются, что такое спасение в христианском значении этого слова. Для некоторых спасение представляется, как только прекрасное место в неком пространстве, где человек будет пребывать по смерти. Но на самом деле, спасение это богоуподобление, стяжание божественной благодати, которое начинается на земле и продолжается в вечности, это образ Христа, который все явственнее и ярче просветляется в душе человека, это восхождение от света к свету, это преображение самой человеческой природы, которая становится все более духовной и все более способной вместить божественные совершенства.

Для христиан спасение – это Сам Христос. Такое спасение без искупления - Голгофской Жертвы, - и освящения Духом Святым – не возможно. Но, значит ли это, что все незнающие Христа, независимо от их дел, будут в огненных мучениях? Нет. Ад и огненная геенна не одно и то же. Хотя вы выдумали язычника с Амазонки, который «совестливее Мелхиседека», но язычнику, который в границах своих племенных обычаев и воззрений проявляет сострадание и добро по внутреннему голосу совести, которая имеется у всех людей, хотя и в разной степени, будет дано посмертное бытие по его делам – не в славе и не в муках.

Спасение дает Кровь Христа, наказание – личные грехи, а человек добродетельный (разумеется, в сравнительной степени, так как грех – универсальный факт) но не знающий Бога, будет не оставлен некой милостью Божией. Можно сказать, что за добрые дела Бог дает награду не знавшим Его, но не может дать Себя Самого. В средние века иногда ад символически изображали в виде ряда концентрических кругов: центр, где находились сатана и лютые грешники, назывался тартаром; на внешней окружности ада обитали лучшие из язычников и некрещеные младенцы; там не было ни мук, ни блаженства.

Что касается мучений грешников и злодеев, то их мучает, в прямом смысле слова, не Бог, а их грех, который является на земле деструктирующей силой и ложным бытием, а после смерти динамичным демоноуподоблением.

Но, прежде, чем сетовать за язычников с Амазонки, посмотрим на самих себя. Любовь Божия открывается нам христианам, но воспринимаем ли мы ее; поставили ли мы целью жизни стяжание благодати, жертвуем ли мы чем-нибудь для Божественной Любви, о которой мы так любим говорить? Может быть на Страшном суде не знавшие Бога обличат «минимальных христиан» за их внутреннее отступничество, за то, что они получив – потеряли.

Грехолюбивая душа стремится к тому, кто обольщает ее ложной надеждой. На этой почве возникли ереси о всеспасении, как древние, так и новые, в том числе апокрифическая мистерия о крещении в аду.

http://karelin-r.ru/faq/answer/1000/1374/index.html

+2

2

Вера написал(а):

Виктория, твой пост со знаков скопировала, спасибо)


Во Славу Божию, Вера. Только ещё хочу добавить кое что о том, что преемственность от Апостолов сохранила в целостном виде, ТОЛЬКО ПРАВОСЛАНАЯ ЦЕРКОВЬ.

Апостольская вера

Воцерковление и последующее пребывание в таинственном теле Христа – Церкви – невозможно без предварительных условий. Оно предполагает в обязательном порядке и без ограничений принятие и исповедание апостольской веры – так, как она была истолкована и определена Вселенскими Соборами Церкви.

И если кто-либо из верующих, независимо от церковного чина, который он имеет в теле Церкви, или совокупность верующих, независимо от их численности, нарушат, будучи убеждены в своей правоте, законоустановленную веру Церкви – отсекаются от тела Церкви. И если они имеют какой-либо священнический сан – лишаются его, мирские же отлучаются от сообщества верных, согласно постановлениям Вселенских Соборов. Это означает, что они не могут принимать участие в таинствах Церкви и причащаться.

Римо-католики отпали от Церкви официально в XI веке. В 1014 году они ввели в Символ веры свое ошибочное догматическое учение о Святом Духе – известное Filioque. Согласно этому учению, Святой Дух как Божеское лицо существует, исходя и от Отца, и от Сына. Это догматическое учение римо-католиков отвергает апостольскую веру Церкви в Бога Троицу, поскольку, согласно евангелисту Иоанну, Дух истины «от Отца исходит» (Ин. 15: 26). А III Вселенский Собор в лице своего председателя святого Кирилла Александрийского, говоря относительно Символа веры, определил, что никому не позволено ни добавить, ни убавить ни единого слога от всего того, что было изложено в Символе веры. Все последующие Вселенские Соборы утвердили это постановление III Вселенского Собора.

Итак, очевидно, что римо-католики (а, следовательно, и протестанты, которые восприяли Filioque) отпали от апостольской веры Церкви. И посему было бы излишним приводить здесь все последовавшие нововведения в веру со стороны западных христиан (такие, например, как непогрешимость папы, мариологические догматы (непорочное зачатие), первенство, тварная благодать и т.д.).

Апостольская преемственность

С апостольской верой неразрывно связана и апостольская преемственность. Вся суть апостольской преемственности раскрывается только в теле Церкви и в обязательном порядке предполагает апостольскую веру.

Говоря «апостольская преемственность», имеем в виду непрерывное продолжение управления Церкви апостолами. Продолжение это носит харисматический характер и обеспечивается передачей духовной власти апостолов епископам Церкви и через них – священникам.

Способом передачи духовно-апостольской власти епископам является рукоположение. Итак, если кто-либо из епископов был рукоположен каноническо-церковным путем и впоследствии окажется вне Церкви по причине своих заблуждений касательно веры, то теряет и апостольскую преемственность, ибо она существует только в таинственном теле Христа – в Его Церкви.

Следовательно, если кто-либо из епископов или же какая-то Поместная Церковь в полноте своей – независимо от численности ее членов – отпадут от веры Церкви, выраженной непогрешимо на Вселенских Соборах, они теряют апостольскую преемственность, поскольку они уже находятся вне Церкви. И, раз прерывается апостольская преемственность, не может быть и речи об обладании или продолжении апостольской преемственности в отпавших от Церкви.

На основании всего сказанного, сам Римский папа, а также и вся совокупность римо-католических епископов лишены апостольской преемственности, поскольку, лишившись апостольской веры, отпали от Церкви. Следовательно, разговор об апостольской преемственности вне Церкви не имеет никакого научного обоснования, то есть не имеет никакого отношения к богословию.

Священство и прочие таинства

Священство в рамках Церкви – это священство самого Христа, ведь Сам Христос совершает таинства своей Церкви через епископов и священников Его. Священство предопределяется непрерывным своим продолжением от апостолов, то есть предполагает апостольскую преемственность. Священство предполагает Богочеловека Христа как священнослужителя в Своем мистическом теле – Церкви. И, наконец, священство Христа имеет место быть в Церкви и дается Самим Христом через Церковь Его и для Церкви Его. Автономного священства и автономных, не связанных с Церковью, таинств не может существовать.

Священство, как, впрочем, и все таинства, обнаруживает литургическое явление Церкви (Церковь являет себя в таинствах, согласно святому Николаю Кавасиле). Это значит, что для того, чтобы существовали таинства, необходимо, прежде всего, наличие Церкви. Таинства можно было бы сравнить с ветвями дерева. Живые ветви, цветущие и дающие плод, могут существовать только тогда, когда они суть органическое продолжение древа, то есть когда они онтологически связаны со стволом его.

С богословской точки зрения, уму не постижимо утверждать, что инославные – римо-католики или протестанты – имеют хотя бы одно таинство, например таинство крещения. Фундаментальными вопросами, которые необходимо поднять в этом случае, являются следующие: кто священнодействовал, совершая таинство крещения? где приобрел свое священство священнодеятель? кто дал ему священство, ведь его дает только Церковь? И каким образом может быть Церковь у инославных, которые посредством догматических заблуждений своей веры отпали от нее?

так, очевидно, что официально с 1014 года римо-католицизм не является Церковью. На практике же это означает, что он не имеет правой апостольской веры и апостольской преемственности. Не имеет нетварной благодати, а стало быть, не имеет богодейственных таинств, учреждающих Богочеловеческое тело Церкви «обществом обожения» человека. И поскольку Церковь не может не быть единой и неделимой вплоть до полного завершения, всякое христианское общество вне Православной Церкви является еретическим.

Говоря о «теории ветвей», имеем в виду теорию протестантов о подлинности Церкви. Церковь, согласно протестантам, это невидимое общество святых. Различные историческо-эмпирические церкви всех догм имеют и законность, и равенство существования как ветви одного дерева незримой Церкви. Незримая Церковь суть собственно Церковь, которая и исповедуется в Символе веры. Следовательно, никакая отдельная поместная церковь любой догмы не воплощает «единую святую соборную и апостольскую Церковь». Никакая поместная церковь не может утверждать, что имеет всю полноту явленной правды. Единая Церковь Христова есть вся совокупность частных ее отделений, то есть поместных церквей всех догм, сколько бы они ни были различны между собой догматически.


Димитрий Целенгидис

Профессор догматики Богословского факультета Фессалоникийского университета      http://www.pravoslavie.ru/orthodoxchurches/41635.htm

+2

3

Копирую в сокращении, полностью: http://verapravoslavnaya.ru/?Iskuplenie-alf

Искупление - это освобождение человека от греха, от надлежащего (по суду Правды Божией) осуждения и от смерти как духовной, так и физической.

Догмат искупления останавливает внимание на первой, искупительной, стороне единого нераздельного дела спасения человека.

Самое слово «искупление» (άπολύτρωσις) можно понимать в смысле приобретения погибшего человека ценой крови, пролитой на Кресте непорочным Агнцем, добровольно предавшим Себя на страдания и смерть нашего ради спасения.

«Пространный катихизис» объясняет:

«От чего именно спасти человека пришел на Землю Сын Божий? — От греха, проклятия и смерти. Что такое проклятие? — Осуждение греха праведным судом Божиим…»

Св. Феофан Затворник пишет:

«Нужно всегда помнить, что Бог есть не только любовь, но и правда, и Он милует праведно, а не по произволу».

В раю человек жил в полном единении с Богом. Но после грехопадения Адама и Евы между Богом и человеком непроницаемой преградой стал грех. Послушавшись внушений диавола, люди сделали себя его рабами, потеряв тем самым сыновнее общение с Богом. Как свидетельствует Священное Писание, «возмездие («оброцы» (слав.) — плата) за грех — смерть» (Рим. 6, 23). Это и смерть духовная, состоящая в отчуждении от Бога, Источника жизни, ибо «сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1, 15). Это и смерть физическая, естественно следующая за смертью духовной.

И тогда Бог сочетал Своё милосердие, Свою совершенную любовь к сотворённому Им человеку и Своё совершенное правосудие, Правду, искупив человечество Крестом Христовым:
"Единородный Сын Божий, не терпя зрети от диавола мучима рода человеча, пришел и спас нас" (Из молитвы чина освящения воды святых Богоявлений).

Святые отцы и учителя Церкви  учат о Голгофских страданиях и смерти Христа Спасителя, как об искупительной, умилостивительной жертве за грехи рода человеческого, принесённой правосудию Божию – Святой Троице - за весь грешный мир, благодаря чему стало возможно возрождение и спасение человечества.

Суть Крестной жертвы Христовой – это любовь Божия к человеку, Его милосердие и Его Правда.

Св. Кирилл Иерусалимский говорит:

«Мы были врагами из-за греха, и Бог определил смерть грешнику. Чему же из двух надлежало быть: надлежало ли по правосудию умертвить, или по человеколюбию нарушить определение? Но помысли о Премудрости Божией: Он сохранил и истину определения, и силу человеколюбия. Христос "грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды" (1 Пет. 2, 24). Не удивляйтесь тому, что мир весь искуплен: ибо Тот, Кто умер за мир, не был простой человек, но Единородный Сын Божий...
Смерть была необходима; непременно надлежало быть смерти за всех людей, потому что нужно было уплатить общий долг, лежавший на всех людях. Для этой цели Слово, бессмертное по Своей природе, восприняло смертную плоть, чтобы ее, как Свою собственную плоть, принести в жертву за всех людей и чтобы плотию претерпеть за всех смерть.
Владыка Христос — и Архиерей, и Агнец, и собственною Своею кровию приобрел спасение наше, востребовав от нас одной веры».

Архиепископ Филарет (Гумилевский) пишет, что примирение между Богом и человеком – это сущность искупления, в котором слились воедино правосудие и любовь Божии:

«Преимущественное дело, которое надлежало совершить Спасителю, и которого никто другой не мог совершить, было дело примирения Правосудия Божия с грешным родом человеческим».

«Что подвигло Отца Небесного, — говорит архиепископ Филарет (Гумилевский), — пожертвовать Сыном Своим для людей, если не любовь к людям грешным?»

Св. Серафим (Соболев)  излагая догмат искупления, указывает, что «искупительная жертва Христа …совершилась в удовлетворение Божественного правосудия».

Св. Феофан Затворник объясняет две стороны спасения человечества Господом Иисусом Христом:

«Мы пали через грехопадение прародительское и попали в неисходную пагубу. Спасение наше должно состоять в избавлении нас от сей пагубы.

Пагуба наша состоит в двух злах: во-первых, в прогневании Бога нарушением воли Его, в потере Его благоволения и в подвергнутии себя клятве законной; во-вторых, в повреждении и расстройстве своего естества грехом или в потере истинной жизни и вкушении смерти. Почему для спасения нашего потребны: во-первых, умилостивление Бога, снятие с нас клятвы законной и возвращение нам Божия благоволения; во-вторых, в оживотворении нас, умерщвленных грехом, или даровании нам новой жизни».

Святитель Игнатий Брянчанинов пишет:
       
Чтоб возстановить общение человека с Богом, иначе, для спасения, необходимо было искупление. Искупление рода человеческаго было совершено не Ангелом, не Архангелом, не каким-нибудь еще из высших, но ограниченных и сотворенных существ, - совершено было Самим безпредельным Богом. Казни - жребий рода человеческаго, заменены Его казнию; недостаток заслуг человеческих заменен Его безконечным достоинством. Все добрыя дела человеческия немощныя, нисходившия во ад, заменены одним могущественным добрым делом: верою в Господа нашего Иисуса Христа.

Св. Филарет (Дроздов):

Милость должна сретаться с истиною. Словом: и основанием, и побуждением, и целию правосудия должна быть любовь. Не лучше ли всего решает этот спорный вопрос Крест Христов?.. Какая безконечно великая там любовь, а вместе какое безконечное великое правосудие!

Св. Симеон Новый Богослов:

«Так как Адам подпал клятве, а через него и все люди, от него происходящие, приговор же об этом Божий никак не мог был уничтожен; то Христос бысть по нас клятва, чрез то, что повешен был на древе крестном, чтоб принести Себя в жертву Отцу Своему, как сказано, и уничтожить приговор Божий преизбыточествующим достоинством жертвы... Таким образом Бог, Который есть несравненно выше всего сотвореннаго, и невидимаго творения, воспринял естество человеческое, которое есть выше всего видимаго творения и принес его в жертву Богу и Отцу Своему”.

"Но для чего соделался таковым Христос? Для того чтобы соблюсти закон Божий и заповеди Его, и чтобы вступить в борьбу и победить диавола. То и другое совершилось в Нем само собой. Ибо если Христос есть Тот Самый Бог, Который дал заповеди и закон, то как можно было не соблюсти Ему того закона и тех заповедей, которые Сам дал? И если Он Бог, как и есть воистину, то как возможно было Ему быть обольщену или обмануту какой-либо хитростью диавола?
Диавол, правда, как слепой и бессмысленный, восстал против Него бранью. Но это попущено было для того, чтобы совершилось некое великое и страшное таинство, именно, чтобы пострадал Христос безгрешный, и чрез то получил прощение Адам согрешивший.
…В чем же это домостроительство? Одно Лицо Святой Троицы, именно Сын и Слово Божие, воплотившись, принес Себя плотию в жертву Божеству Отца и Самого Сына и Духа Святаго, чтобы благоволительно прощено было первое преступление Адама ради этого великого и страшного дела, то есть ради этой Христовой жертвы, и чтобы силой его совершалось другое новое рождение и воссоздание человека во святом крещении, в коем и очищаемся мы водой, срастворенной с Духом Святым".

Преп. Никита Стифат:

Бог – Слово, священно совершив в Себе Самом наше восстановление, Сам Себя потом принёс за нас в жертву через крест и смерть…

Говорит св. Григорий Богослов:

«Христос именуется «избавлением» (I Кор. 1, 30) как освобождающий нас, содержимых под грехом, как давший Себя за нас в искупление, в очистительную жертву за вселенную».

Преподобный Ефрем Сирин:

Ты, Господи, сделался Жертвой за нас, чтобы Своею Кровию загладить нашу вину. Ты сделался ради нас Священником, чтобы кроплением Своей Крови очистить нас.

Протопресвитер Михаил Помазанский:

«Христос взял на Себя грехи всего мира, принял на Себя вину всех людей. Он есть Агнец, за мир закланный.
Господь Иисус Христос совершил дело спасения во всей его полноте. Он искупил нас, дал новые силы, возродил. Не имея личного греха, Христос принял на Себя весь удел изгнанного из рая человечества,- человечества, которому было сказано: "проклята земля за тебя,"- Он Сам стал Человеком. И как Бог, Он принес новые, благодатные силы в мир.
Земное служение Господа и все дело нашего спасения, совершенного Им, есть выражение "все превосходящей любви Христовой".
"Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих" (Ин. 15, 13).
"Ибо любовь Христова (в слав. неточно: "Божия") объемлет нас, рассуждающих так: если один умер за всех, то все умерли. А Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для Умершего за них и Воскресшего" (2 Кор. 5, 14-15)».

Св. Филарет (Дроздов) так говорил о сущности искупления:

««Бог любы есть», говорит тот же созерцатель любви. Бог есть любовь по существу и самое существо любви. Все Его свойства суть облачения любви; все действия — выражения любви. В ней обитает Его всемогущество всею полнотою своею… она есть Его правосудие, когда степени и роды ниспосылаемых или удерживаемых даров своих измеряет премудростью и благостью, ради высочайшего блага всех своих созданий. Приближтесь и рассмотрите грозное лицо правосудия Божия, и вы точно узнаете в нем кроткий взор любви Божией…

Вот, христиане, и начало, и середина, и конец креста Христова — все одна любовь Божия! Как в чувственном сем мире, куда ни прострем взор: к Востоку или Западу, к Югу или Северу, — всюду зрение упадает в неизмеримость неба: так в духовной области тайн, по всем измерениям Креста Христова, созерцание теряется в беспредельности любви Божией».

Архим. Иоанн (Крестьянкин) говорил об искуплении:

"Грех - это великое зло. И нет в мире большего зла, чем грех! Это такое зло, за которое сам человек не был способен уплатить Правосудию Божию и примириться с Богом. Необходима была жертва Сына Божия.

Мы знаем, дорогие мои, как тяжек бывает всего один грех, совершенный нами, и мучительно наказание за него. Что же, когда грехов больше, чем песчинок на берегу моря?.. В сколь крат увеличивается эта тяжесть? А ее нужно было взять Господу на Себя... А потому неоценимо для нас с вами значение Крестных страданий Христа Спасителя нашего. Мы теперь свои, родные и близкие Богу... Мы теперь можем обращаться к Нему, молиться Ему, приносить свое личное покаяние с уверенностью, что Бог нас слышит и не отвернется от нас, какими бы тяжкими грешниками мы ни были. Мы можем! Потому что по божественной любви ко всем людям испил Господь горькую чашу величайших страданий. …
Ежегодно в Великом посту Церковь Христова собирает нас на эти богослужения и вызывает в наших сердцах священные воспоминания тех отдаленных дней, когда по любви Своей к людям Бог отдал Сына Своего Единородного на Крестные страдания и смерть за искупление грехов всего человеческого рода.
На Кресте была принесена Жертва умилостивления (Рим. 3, 25) непреложной правде Божией за каждого из нас. Пролитою на Кресте животворящею Кровию Христовой снято с человечества вечное осуждение".

2. Святые отцы о безгрешности Иисуса Христа:

Св. Иоанн Дамаскин:

«Исповедуя того же самого Господа нашего Иисуса Христа как совершенным Богом, так и совершенным человеком, мы утверждаем, что именно Он имеет все то, что имеет Отец, кроме нерожденности, и имеет все, что имел первый Адам, исключая одного только греха, то есть тело и душу словесную и разумную.

…Господь наш Иисус Христос, будучи безгрешным, ибо греха не сотвори (1 Петр. 2, 22) вземляй грех мира (Ин. 1, 29), ниже обретеся лесть во устех Его (Ис. 53, 9), — не подлежал смерти, ибо смерть вошла в мир чрез грех (Рим. 5, 12). Итак, Он умирает, претерпевая смерть за нас, и Самого Себя приносит в жертву за нас Отцу. Ибо мы согрешили пред Отцем, и надлежало, чтобы Он принял выкуп, предложенный за нас, и чтобы мы таким образом освободились от осуждения. Ибо отнюдь не тирану была принесена кровь Господа. Итак, смерть приступает и, поглотив тело (Господне как бы) приманку, пронзается Божеством как бы крючком уды, вкусив безгрешного и животворящего Тела, погибает и отдает назад всех, коих некогда поглотила. Ибо как привнесением света уничтожается тень, так и тление натиском жизни прогоняется, и для всех настает жизнь, а для губителя — погибель.

Мы исповедуем также, что Христос воспринял все естественные и беспорочные страсти человека. Ибо Он воспринял всего человека и все, свойственное человеку, кроме греха, потому что грех не естественен и не Творцом всеян в нас, но возникает из последующего посева дьявола в нашей свободной воле с нашего согласия и не владычествует над нами насильственно. Естественные же и беспорочные страсти суть не находящиеся в нашей власти, — те, кои привзошли в человеческую жизнь вследствие осуждения за преступление, каковы — голод, жажда, утомление, труд, слезы, тление, уклонение от смерти, боязнь, предсмертная мука, от коей — пот, капли крови, помощь от ангелов ради слабости природы и подобное, что по природе присуще всем людям.

Итак, Христос все воспринял, чтобы все освятить. Он подвергся искушению и победил, чтобы нам приготовить победу и дать природе силу побеждать противника, дабы естество, некогда побежденное, победило победившего некогда посредством тех нападений, посредством коих само было побеждено.

Лукавый приразился ко Христу совне, и не через помыслы, как и к Адаму, ибо и к тому он приразился не через помыслы, но через змия. Господь же отразил приражение и рассеял, как дым, чтобы страсти, приразившиеся к Нему и побежденные, сделались и для нас легко одолимыми, чтобы (таким образом) новый Адам исцелил ветхого.

Конечно, естественные наши страсти были во Христе и сообразно естеству, и превыше естества. Ибо сообразно с естеством они возбуждались в Нем, когда Он попускал плоти терпеть свойственное ей, а превыше естества потому, что естественное во Христе не предваряло Его хотения. В самом деле, в Нем ничего не усматривается вынужденного, но все — добровольное. Ибо по собственной воле Он алкал, по собственной воле жаждал, добровольно боялся, добровольно умер».

Преподобный Максим Исповедник:

"Невинный и безгрешный Он заплатил за людей весь долг словно Сам был виновен, возвратив их к благодати Царствия и отдав Себя Самого в выкуп и искупление за нас".

0

4

Догмат шестисот тридесяти святых отец Четвертаго Вселенскаго Собора, Халкидонскаго

"Последующе Божественным отцем, все единогласно поучаем исповедывати единаго и того же Сына, Господа нашего Иисуса Христа, совершенна в Божестве и совершенна в человечестве истинно Бога и истинно человека, тогожде из души и тела единосущна Отцу по Божеству, и единосущна тогожде нам по человечеству по всему нам подобна, кроме греха, рожденна прежде век от Отца по Божеству, в последние же дни тогожде, ради нас и ради нашего спасения, от Марии Девы Богородицы, по человечеству единаго и тогожде Христа, Сына, Господа, единороднаго, во двух естествах неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно познаваемаго, (никакоже различию двух естеств потребляему соединением, паче же сохраняему свойству коегождо естества, во едино лице и во едину ипостась совокупляемаго) не на два лица рассекаемаго или разделяемаго, но единаго и тогожде Сына, и единороднаго Бога Слова, Господа Иисуса Христа, якоже древле пророцы о Нем, и якоже Сам Господь Иисус Христос научи нас, и якоже предаде нам символ отец наших".

"Пятый Вселенский Собор осудил лжеучение Феодора Мопсуетского, якобы Господь Иисус Христос не был изъят от внутренних искушений и борьбы страстей. Если слово Божие говорит, что Сын Божий пришел "в подобии плоти греховной" (Рим. 8, 3), то  выражает мысль, что эта плоть была истинной человеческой, но не греховной, а совершенно чистой от всякого греха прародительского, так и от произвольного. Господь в Своей земной жизни был свободен от всяких греховных пожеланий, от всякого внутреннего искушения. Ибо естество Человеческое в Нем не отдельно существует, но соединено ипостасно с Божеством".
(Прот. Михаил Помазанский. Православное догматическое богословие)

3. Следствия искупления

Чтобы грешный человек получил возможность обновиться, эта спасающая нас искупительная жертва была жертвой очистительной, дарующей освящение.

Благодаря искуплению человечества для нас стало возможным богообщение, Святой Дух сошёл на апостолов, и снисходит на всех членов Христовой Церкви, освящая и обновляя человеческое естество, возрождая его для Царствия Небесного.

Св. Феофан Затворник пишет:

«Вторая основа христианской жизни, неразлучная с первой, есть живой союз с телом Церкви, которой Господь - глава, живитель и движитель. Господь наш Иисус Христос, Бог и Спаситель, совершив на земле о нас Божественное смотрение, вознесся на Небеса и ниспослал от Отца Всесвятого Духа, потом с Ним, по благоволению Отца, через святых апостолов устроил на земле святую Церковь под Своим главенством. И в ней совместил все необходимое для нашего спасения и сообразной с ним жизни, так что теперь через нее уже ищущие спасения получают от Него и искупление с отпущением грехов, и освящение с новой Жизнью. В ней поданы нам все Божественные силы, и знание, и благочестие и дарованы честные и великие обетования. И если мы в силу этого постараемся украситься всякой добродетелью, то нам, без сомнения, обильно преподается вход в вечное Царство Господа нашего и Спаса Иисуса Христа (2 Пет. 1, 3-11). Святая Церковь и есть новое человечество, от нового родоначальника Христа Господа».

Святитель Григорий Богослов в слове на святую Пасху  говорит, что Жертва Христова есть «очищение» не малой части вселенной, и не на малое время, но целого мира и вечное», что мы умерли со Христом, чтобы очиститься, назвал великую и священную Пасху очищением всего мира.

Св. Иоанн Дамаскин говорит:

"Всякое деяние и чудотворение Христово, конечно, весьма велико, Божественно и удивительно, но удивительнее всего честный крест Его. Ибо не иным чем как только крестом Господа нашего Иисуса Христа упразднена смерть, разрешен прародительский грех, ад лишен своей добычи, даровано воскресение, нам дана сила презирать настоящее и даже саму смерть, устроено возвращение к первоначальному блаженству, открыты врата рая, естество наше воссело одесную Бога, и мы сделались чадами Божиими и наследниками. Все это совершено крестом".

0

5

4. Кому была принесена Крестная Жертва?

На этот вопрос отвечают слова преп. Симеона Нового Богослова:

"В чем же это домостроительство? Одно Лицо Святой Троицы, именно Сын и Слово Божие, воплотившись, принес Себя плотию в жертву Божеству Отца и Самого Сына и Духа Святаго, чтобы благоволительно прощено было первое преступление Адама ради этого великого и страшного дела, то есть ради этой Христовой жертвы, и чтобы силой его совершалось другое новое рождение и воссоздание человека во святом крещении, в коем и очищаемся мы водой, срастворенной с Духом Святым".

Поместный собор Константинопольской Церкви 1156 года, рассматривавший этот вопрос, подтвердил древнее учение отцов и учителей Церкви, что "и в начале при Владычнем страдании, животворящая Плоть и Кровь Христова принесена не Отцу только, но и всей Святой Троице, и ныне в ежедневно совершаемых священнодействиях евхаристии приносится бескровная жертва Триипостасному Богу".

При этом Сам Христос Спаситель одновременно был Жертвой, и Архиереем, приносящим жертву по человеческому Своему естеству, и Богом, приемлющим жертву вместе с Отцом и Святым Духом в виду единосущия по Божескому естеству с Отцом и Святым Духом. Как видно из постановления собора, такой же Жертвой по связи с Голгофской Жертвой является и евхаристическая Жертва. Мыслящих иначе собор подвергает анафеме.

0

6

5.    Священное Писание об искуплении:

Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши.
(Ис. 53, 5)

Не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни,  но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира.
(1 Пет. 1, 18–20)

Христос пострадал за нас... Он грехи наши Сам вознес Телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились.
(1 Петр. 2, 21-24)

Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти.
(1 Петр. 3,18)

Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира.
(Ин. 1, 29)

В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши.
(1 Ин. 4, 10)

Я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос умер за грехи наши, по Писанию.
(1 Кор. 15, 3)

Бог во Христе примирил с Собою мир.
(2 Кор. 5, 19)

Христос не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровью, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление.
(Евр. 9, 12)

Итак, подражайте Богу, как чада возлюбленные,
и живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное.
(Еф. 5, 1-2)

Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками.
(Рим. 5, 8)

О безгрешности Иисуса Христа:

Ему назначали гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его.
(Ис. 53, 9)

Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его.
(1 Пет. 2, 22)

Он явился для того, чтобы взять грехи наши, и что в Нем нет греха.
(1 Ин. 3, 5)

Кровию Своею Христос приобрел Себе Церковь:

«Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе Кровию Своею.
(Деян. 20, 28)

В Церкви Бог и спасает верующих в Него, очищая нас от всякого греха:

Кровь Иисуса Христа… очищает нас от всякого греха.
(1 Ин. 1, 7)

+1

7

Праведность = соблюдение законов, в том числе нравственных и Уголовного кодекса. Грех = нарушение закона. На дворе 21 век.

0

8

kobeykin написал(а):

Праведность = соблюдение законов, в том числе нравственных и Уголовного кодекса. Грех = нарушение закона. На дворе 21 век.


Что Вы этим хотите сказать?

При чем тут УК? У нас есть наш Закон - Заповеди - из которых и вытекает весь человеческий УК, НК, и прочие кодексы

Пусть хоть 121 век, - что это меняет?

0

9

Праведность=соблюдение заповедей Божиих - Закона Божия! Если человек соблюдает заповеди - он автоматом будет соблюдать нравственные законы (основанные на заповедях) и УК и другие человеческие! законы, если они не противоречат Закону Божию, иначе это уже антихристовы законы, которые мы не должны соблюдать. Главный закон для человека, а тем более православного - ЗАПОВЕДИ! имхо.

0

10

kobeykin написал(а):

На дворе 21 век.

Во-первых, Вам предупреждение за оффтоп. Тема "Догмат об Искуплении", а не "Праведность и грех".
Во-вторых, какой бы не был век, Евангелие написано для любого времени)

Матрешка
Согласна.
Если кто-то хочет продолжить тему о праведности, давайте перейдем сюда: Беседы на духовные темы

+1

11

(((Бог – Слово, священно совершив в Себе Самом наше восстановление, Сам Себя потом принёс за нас в жертву через крест и смерть…))).   В ЖЕРТВУ кому Бог Отец отдал Своего Сына ? Самому себе? Ведь раньше жертвы посылались или богам(в языческие времена) или Богу. Мнения святых разделились.Часть из них считает,что жертва принесена дьяволу,а часть,что Богу. У евреев был "козёл отпущения",которого убивали и съедали грешники,считая,что этой жертвой прощаются их грехи.Эта жертва приносилась Богу.Иисус Христос принёс в мир Новый Завет,в котором поручил своим ученикам Его Именем прощать грехи.И простить грехи,совершенные людьми ранее Бог Отец мог бы и Сам !

0

12

(((

Вера написал(а):

чтоб принести Себя в жертву Отцу Своему,

))). Симеон Новый Богослов прямо пишет,что Бог принёс Своего Сына себе в жертву. Иисус Христос пришёл исполнить Волю Отца. Не по своей воле Он пришел на распятие. И Он молился,чтобы чаша сия прошла мимо Его.Он боялся как человек,но не как Бог.Как Бог Он знал,что Он воскреснет,что этот акт смерти искупления грехов человеческих нужен людям,всем людям живущим для облегчения их жизни.Это надо было понять всем людям: и верующим в Него, и язычникам,привыкшим давать жертвы Богу.И то,что Он воскрес, действительно укрепило веру в Него и в воскресение всех людей при Втором Пришествии.О дьяволе здесь речи нет. А о том,что Иисус Христос воскреснет, Бог Отец знал заранее.Как человек Господь Иисус Христос пострадал явно и жестоко.Бог Отец простил грехи человечества,совершённые ранее.И люди это поняли.

0

13

Вениамин (Федченков):
Искупление было делом всей Святой Троицы: «Отец благоволил – и отдал Сына, Сын Божий изъявил волю – и пострадал, Дух Святый пришел в мир спасать, освящать, делать «святыми», то есть богоподобными Трисвятому».

+2

14

Sanya32 написал(а):

Самому себе? Ведь раньше жертвы посылались или богам(в языческие времена) или Богу. Мнения святых разделились.Часть из них считает,что жертва принесена дьяволу,а часть,что Богу.


вы что там с ума сходите? простите за столь резкий вопрос. как могут раздляться мнения богословов, у Бога есть неправедность и греховность, с какой стати Он должен жертву дьяволу приносить?

+2

15

Sanya32 написал(а):

Мнения святых разделились.Часть из них считает,что жертва принесена дьяволу,а часть,что Богу.

Нет такого у отцов Церкви, о жертве диаволу. Вот Вы сами подумайте логически: как Бог, сама полнота бытия, не нуждающийся ни в чем, совершенство и истина, может принести жертву диаволу - падшему согрешившему творению? Бог разве обязан диаволу? Нет конечно. Что за чушь.
Приведите слова святых, по которым Вы сделали такой ошибочный вывод. И обсудим.

+3

16

15.05.2016, Вопрос от Павла. О спасении язычников

Недавно слушал Беседы с батюшкой на ТВ Союз. Там архимандрит Исидор (Минаев) говорил о спасении. Прозвучала такая фраза: Чем виноват перед Господом человек, родившийся, например в Таиланде, который был посвящен в буддистскую веру и никогда не имел возможности слышать о Христе? Господь будет судить его по совести и у него тоже есть надежда на спасение.

Обсуждая в своем храме вопрос спасения с одним братом, он мне сказал примерно подобное, на что я ему ответил, что Господь, видя веру человека, его желание и способность ко крещению, обязательно пошлет ему православного священника или как-то по-другому устроит это. На что он мне ответил, что это просто теория, ничем не подтвержденная. И что если такой человек не спасется (дикарь какого-нибудь племени или еще кто, не имевший возможности слышать о Христе), то получается, что Господь предопределил участь каждого человека заранее, что есть неверное мнение.

Как Вы посоветуете мне отвечать в подобных случаях?

Ответ:

Здравствуйте, Павел.

Суд над язычниками, реально никогда не слышавшими о Христе, можно допустить, будет происходить по закону совести, как это было над языческими народами, жившими до Христа. Но вероятность положительного решения Суда ничтожна, потому что совесть у каждого своя собственная (карманная),  и нравственность утверждена языческая (с идолопоклонством и смертными грехами).

Если бы совесть (голос Божий в человеке) сохранялась у язычника неповреждённой, то она звала бы его к поиску Истины и он непременно находил бы Её (у Бога способов много — и это не пустая теория, а реальная практика, многократно подтверждённая в Писании и в житиях святых).

Совесть — это голос Божий в человеке. Неужели язычники слышат голос Божий и живут по нему???  Если бы слышали, то тогда бы жили по Евангельски, никогда не читав Евангелия. Но не слышат голос совести потому, что долгими годами греховной жизни растаптывают его! Потому и потребовался сначала Ветхозаветный Закон, а потом и Евангелие, чтобы реанимировать совесть в людях.

Никак Бог не предопределил участь язычников, потому что у каждого из них есть свобода слышать, читать и спрашивать. Также и голос совести, как призыв Божий к Истине, действовал, как и в любом человеке на земле, пока не был растоптан.

Подобно язычникам, и мы топтали свою совесть в советское время, выбирая по своей свободе грех.

Сергей Михайлович.

Сайт "Урал-звон"

+1

17

Иисус Христос… есть камень, пренебреженный вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения.      (Деян. 4: 10–11)

К сожалению, до сих пор встречаются люди, которые, называя себя православными христианами, всерьез полагают, что возможно спасение, то есть вхождение в Царствие Небесное, для нехристиан. По их мнению, и те, кто не верит во Христа, если совершает хорошие дела, тоже может спастись.

Подобные взгляды не новы, они были известны и ранее. Опровержению этого заблуждения еще в позапрошлом веке посвятил свое письмо святитель Игнатий (Брянчанинов), из которого мы приведем лишь несколько фраз, хотя оно достойно прочтения целиком:

«Достойное горького рыдания зрелище: христиане, не знающие, в чем состоит христианство! Вопрос, предложенный вами, теперь предлагается сряду. “Отчего не спастись, – пишите вы, – язычникам, магометанам и так называемым еретикам? Между ними есть предобрые люди. Погубить этих добрейших людей было бы противно милосердию Божию!.. Считать себя спасенными, а членов прочих верований погибшими – это и безумно, и крайне гордо!”

Постараюсь отвечать вам в немногих по возможности словах. Вот истинное учение об этом предмете, учение Святой Вселенской Церкви: спасение заключается в возвращении общения с Богом. Это общение потерял весь род человеческий грехопадением праотцов… Чтоб восстановить общение человека с Богом, иначе для спасения, необходимо было искупление… Все добрые дела человеческие немощные, нисходившие во ад, заменены одним могущественным добрым делом – верой в Господа нашего Иисуса Христа…

Напрасно же ошибочно вы думаете и говорите, что добрые люди между язычниками и магометанами спасутся, то есть вступят в общение с Богом! Напрасно вы смотрите на противную тому мысль как бы на новизну, как бы на вкравшееся заблуждение! Нет! Таково постоянное учение истинной Церкви – и ветхозаветной, и новозаветной. Церковь всегда признавала, что одно средство спасения – Искупитель! Она признавала, что величайшие добродетели падшего естества нисходят во ад…

Признающий возможность спасения без веры во Христа отрекается от Христа и, может быть, невольно впадает в тяжкий грех богохульства»

Это письмо святителя довольно известно, хотя, к сожалению, не так широко, как хотелось бы. Мне доводилось в беседах приводить его сторонникам мнения о том, что неправославные могут спастись; их реакция была предсказуемой: собеседники старались объявить это «личным мнением святителя Игнатия, а не учением Церкви», с которым они отождествляли собственные взгляды, прямо противоположные словам святителя.

Это, надо сказать, вообще характерно для современного модернистского сознания – объявлять «частным мнением» в учении Православной Церкви все, что противоречит частному мнению самого модерниста.

Однако сами слова святителя Игнатия говорят о том, что он в своем письме излагает не личное мнение, а именно учение Православной Церкви. А кроме того, если мы обратимся к другим святым отцам, то найдем и у них изложение той же самой истины.

Вот, например, святитель Тихон Задонский свидетельствует: «Никто не может оправдаться перед Богом и спастись без Христа и помимо Христа, но только – верою во Христа… Ибо никто не может от диавола, греха, проклятия законного и от ада избавиться без Христа, и это все в кратком слове Христовом заключается: “Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете” (Ин. 8: 36)»[2].

За тысячу лет до святителя Игнатия точно такой же вопрос задавали преподобному Анастасию Синаиту: «Если кто-нибудь неверующий во Христа, например иудей или самаритянин, творит много благих дел, то войдет ли он в Царство Небесное?» И святой Анастасий дает тот же ответ:

«Поскольку Господь говорит Никодиму: “Истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Небесное” (Ин. 3: 5), то ясно, что [никто из неверующих во Христа] не войдет в [это] Царство. Однако [никто] не лишится воздаяния своего: либо [неверующий во Христа] получает свое благоденствие богатством, роскошью и прочей прелестью жизни [сей], подобно [богачу], услышавшему от Авраама: “Вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей” (Лк. 16: 25), либо судьба его в будущем веке сильно отличается от судьбы не творящего [здесь] благое. Ведь как для праведников обителей много (см.: Ин. 14: 2) у Бога, так и для грешников [существует] много различных наказаний»[3].

Итак, святой Анастасий так же, как святитель Игнатий, свидетельствует, что неверующий во Христа, не родившийся от воды и Духа, то есть не крещеный человек, не войдет после смерти в Царство Божие, хотя сделанное им добро, безусловно, не останется без воздаяния.

И преподобный Симеон Новый Богослов свидетельствует: “Великое благо есть веровать во Христа, потому что без веры во Христа невозможно спастись”»[4].

И святитель Кирилл Иерусалимский пишет: «Тот, кто хотя бы был добр по делам, но не получил запечатления водою, не войдет в Царство Небесное. Слово дерзновенно, но не мое; ибо так определил Иисус!»[5].

И святитель Иоанн Златоуст увещает: «Слышите вы все, чуждые просвещения [крещением]: ужаснитесь, возрыдайте! Страшна эта угроза, страшно определение! Невозможно, говорит Христос, тому, кто не родится водою и духом, войти в Царствие Небесное, потому что он еще носит одежду смерти, одежду проклятия, одежду тления, еще не получил знамения Господнего, он еще не свой, а чужой; не имеет условленного в Царстве знака»[6].

Можно было бы и далее продолжать цитировать, поскольку эту истину согласно возглашают святые отцы разных эпох и народов, но для благочестивых христиан и приведенного достаточно, а для модернистов сколько ни приводи, все будет мало.

Естественно, ведь если воспринимать слова святых отцов не как свидетельство боговидцев о единой, опытно познанной ими истине, а как «просто еще одно личное мнение», то нет особой разницы, сколько этих «личных мнений» – одно, семь или тысяча.

Для мало-мальски благочестивого христианина не может не показаться чудовищной мысль, что истина закрыта, неопределима и непознаваема, – а именно эта мысль стоит за модернистским желанием разложить все Священное Предание на «личные точки зрения давно умерших людей», а Священное Писание на «исторические точки зрения, аллегории и условности, адресованные древним, давно умершим людям». И напротив, именно эта чудовищная мысль вдохновляет тех, кому очень не хочется, чтобы истина была определима и познаваема, потому как тогда придется отказываться от своих точек зрения, противоречащих истине. Той истине, о которой Господь сказал: «Познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8: 32).

Освобождающая истина христианства состоит в том, что Христос пришел и уплатил великую цену ради того, чтобы даровать спасение людям, и что кроме Христова «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян.4.12)

И хотя Церковь каждый год в чине Торжества Православия с предельной ясностью провозглашает: «Непринимающим благодати искупления, проповедуемого Евангелием, как единственного средства к оправданию нашему пред Богом — анафема!», многие модернисты упорно пытаются навести туману и представить дело так, что будто бы в этом краеугольном вопросе никакой ясности нет.

Они любят говорить о том, что, мол, было бы непростительной дерзостью предвосхищать грядущий суд Божий, утверждая, что все нехристиане не спасутся, это, мол, решить может только Бог.

Хотя, повторяя неоднократно выраженную в Священном Писании и Предании истину, мы вовсе тем самым не «дерзаем опережать Суд Божий», а, напротив, выражаем то из этого суда, что уже о нем открыл нам Бог: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16: 16). Это не мы «дерзаем», а Христос так сказал, а Он есть Истина, и нет в Нем никакой лжи. Вера Церкви в последний суд вовсе не ограничивается одним лишь утверждением о том, что такой суд будет, но включает в себя и основные критерии, по которым он будет производиться – и главнейшим из них является сознательное принятие Христа.

Если спасение возможно без Христа, то оно, следовательно, возможно было и до Христа, а если так, то зачем приходил Христос на землю к людям, и не только приходил, но и пошел на смерть? И зачем мы Его тогда называем Спасителем, вслед за апостолами и Им Самим? Как же Он тогда сказал, что «пришел взыскать и спасти погибшее» (Лк. 19: 10), если, оказывается, человечество до Его пришествия было вовсе не погибшим, а вполне себе спасалось в нехристианских религиях?

Если Христос пришел только для того, чтобы прибавить к уже имеющейся возможности человеческого спасения какую-то новую «опцию», предложить просто некий новый, «улучшенный» вариант спасения, то Он тогда не Спаситель, а «Улучшатель». Но само имя Его в переводе означает «Спаситель», то есть само имя Иисусово обличает и опровергает тех, кто думает, что можно достичь спасения без Него.

Известно, что, искушая Христа в пустыне, сатана при этом цитировал строки Священного Писания. Объясняя этот евангельский эпизод, преподобный Ефрем Сирин пишет: «То, что ему нужно было, он взял из Писания, а что противоречило ему, то опустил. Так и еретики берут из Писания то, что нужно им для своего соблазнительного учения, и опускают то, что противоречит их заблуждению, дабы сим образом ясно показать себя учениками этого учителя»[7].

Сторонники мнения, что будто бы без познания и принятия Христа возможно спастись, пусть бы только добрые дела человек творил, а верит ли он, не важно, пытаются приводить цитаты из Писания, якобы подтверждающие их заблуждение. В частности, указывают на слова апостолов о том, что «во всяком народе боящийся Бога… приятен Ему» (Деян. 10: 35) и что «когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают… они показывают, что дело закона у них написано в сердцах» (Рим. 2: 14–15).

Прежде чем разбирать этот аргумент, стоит сделать небольшое введение.

Святые отцы единогласно говорили, что нет спасения вне Христа и Его Церкви. И это не случайность, не простое «совпадение во мнениях». Святые отцы понимали, что допущение возможности спасения вне Христа и Церкви полностью обессмысливает Боговоплощение, страсти, смерть и воскресение Христа, и вообще лишает смысла само христианство.

О том же самом говорил и апостол Павел: «Если законом оправдание, то Христос напрасно умер» (Гал. 2: 21). Апостол прямо писал, что даже исполнением ветхого закона, данного истинным Богом, невозможно достичь спасения, а вдруг теперь ему приписывают мысль, что будто бы не только те, кто почитал истинного Бога и исполнял Его закон, данный в откровении, но и те, кто почитал идолов и знать не знал о Божием откровении, тоже могут оправдаться перед Богом!

Иными словами, апостол Павел, который говорил, что «язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу» (1 Кор. 10: 20), и который восклицал: «Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным?» (2 Кор. 6: 15), по мысли модернистов, становится их единомышленником в том, что якобы в Царствии Божием будет соучастие того, кто почитал Бога, с тем, кто приносил жертвы бесам, и того, кто молился Христу, с тем, кто кланялся Велиару.

Представляется, что абсурдность подобной мысли очевидна. Естественно, что предложенное модернистами толкование апостольских слов не только противоречит святоотеческим толкованиям, но и прямо разоблачается святыми отцами, в частности преподобным Иосифом Волоцким:

«Если “во всяком народе боящийся Бога… приятен Ему” (Деян. 10: 35), то почему Петр не оставил Корнилия и его близких пребывать в их прежней вере, хотя они боялись Бога и совершали добрые дела больше всех, но повелел им креститься во имя Христа? Если бы во всяком народе боящийся Бога и поступающий по правде Его приятен был Ему, то почему Господь наш Иисус Христос сказал Своим святым ученикам: “Идите, проповедуйте Евангелие всем народам, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам” (Мф. 28: 19–20)? И еще сказал Господь Иисус Христос: “Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет” (Мк. 16: 16)…

Великий апостол Петр сказал: “Во всяком народе боящийся Бога и поступающий по правде приятен Ему” о праведниках, живших прежде воплощения Христа, Его распятия и воскресения, о тех людях среди иудеев или в других народах, кто боялся Бога и поступал по правде, кто поклонялся не идолам, но истинному Богу, как Корнилий и подобные ему. Но после воплощения Христа, Его распятия и воскресения “нет другого имени под небом… которым надлежало бы нам спастись, кроме имени Господа нашего Иисуса Христа”. Господь говорит в Святом Евангелии, что тот, кто не родится от воды и Духа во имя Отца и Сына и Святого Духа, не может спастись, даже если будет праведнее всех людей. Это засвидетельствовал и апостол Петр, крестив праведного Корнилия, о котором Бог объявил апостолу… Теперь Богу приятны люди из-за их крещения и стремления к добрым делам, до воплощения Христа Богу были приятны праведники из-за страха Божиего и их праведной жизни… Очевидно, что апостол сказал эти слова о праведниках, живших до воплощения Христа, о тех, кто боялся Бога и поступал по правде, не поклонялся идолам. О них же и еще сказал Павел: “Когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают… они показывают, что дело закона у них написано в сердцах” (Рим. 2: 14–15)»[8].

Часто сторонники того заблуждения, что и без Христа можно спастись человеку, в качестве аргумента указывают на то, сколь мало православных христиан в мире, отсюда, по их мнению, следует, что нельзя говорить про спасение только искренних членов Православной Церкви, ведь иначе получится, что спасающихся очень мало, а погибающих очень много.

Но разве не о том же самом говорил Господь Иисус Христос: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Мф. 7: 13–14), «много званых, но мало избранных» (Лк. 14: 24), «Не бойся, малое стадо!» (Лк. 12: 32).

С самого начала Господь обозначил ту печальную реальность, что погибающих много, а спасающихся мало. Впрочем, слава Богу, спасающихся ныне гораздо больше, чем число спасшихся в Ноевом ковчеге во время всемирного потопа, а этот ковчег, по словам святителя Филарета Московского, есть образ Церкви Христовой.

Кроме того, сторонники указанного заблуждения любят говорить о тех несчастных «простых» язычниках, мусульманах или католиках, которые будто бы «объективно» не имели возможности стать православными христианами, потому что до них не добрались еще православные миссионеры. При этом говорящие это словно бы и не знают о Промысле Божием, который показывает прямо противоположную зависимость: не потому эти «аборигены» не стали православными христианами, что до них не дошли апостолы, а потому Господь не послал к ним апостолов, что заранее знал по Своему предведению, что никто из них не послушает проповедь истины.

И это сохранение их в неведении было для них выражением милосердия Божия, ибо «раб, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше» (Лк. 12: 47–48).

И напротив, если Господь видел человека, чье сердце искренне взыскует истины, пусть даже этот человек жил в народе, совершенно не знающем о Православии, Он устраивал для такого человека возможность принять Православие.

Так в XII веке Бог устроил для одного немца-католика возможность узнать о Православии, и тот, обратившись, стал известен как святой Прокопий Устюжский; в том же веке Бог дал такую возможность одному волжскому булгарину-мусульманину, и тот, обратившись, стал известен как святой Авраамий Болгарский; в следующем столетии Господь дал такую возможность одному монголу-язычнику, и тот, обратившись, стал известен как святой Петр Ордынский. Вся история Церкви полна подобными примерами.

Уместно здесь привести слова архимандрита Рафаила (Карелина), посвященные тому же вопросу: «Бог есть любовь, правда и всемогущество. Деяния Бога вызваны Его любовью, определены мудростью и исполнены могуществом; следовательно, неведение людей о Боге не может быть объяснено историческими ситуациями, так как руль истории в руке Бога. Такое объяснение было бы скорее свидетельством о детерминизировании Бога внешними ситуациями и историческими законами. Значит, неведение людей, неспособных принять истину, это тоже жалость Бога к человеку. Так Гедеон возвращает часть войска по домам, зная, что в бою эти люди обратятся в бегство»[9].

Когда вникаешь в аргументы и утверждения тех, кто считает возможным спасение некрещеных, возникает впечатление, что они забывают не только про Божий Промысл, но и про Самого Бога.

«Хороший» человек для них это тот, кто не грешил против людей и делами оказывал им благорасположение. Тем самым он, по их мнению, становится достоин спасения.

Но ведь даже десять заповедей Моисеева закона не ограничивались перечислением обязанностей по отношению к другому человеку – самые первые из них посвящены обязанностям человека пред Богом: «Я Господь, Бог твой… да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. Не делай себе кумира… не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель… Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно» (Исх. 20: 2–7).

И получается, что такой тягчайший грех, как неверие в Бога, непочитание Христа, модернисты и за грех не считают. Так, мелочь какая-то. Разве можно, говорят они, из-за такой «мелочи» лишать человека в вечности единства с Тем, Кого он при жизни не желал ни знать, ни почитать?

Ответим: не только можно, но это и неизбежно, ибо посмертное единство с Богом есть логичное продолжение того единства, которое человек избрал уже в земной жизни и которое даруется только Христом в Его Церкви. Точно так же и посмертное отлучение от Бога есть логичное продолжение того отлучения, который человек избрал при этой жизни и которому он подверг себя, предпочтя Богу или поискам истинного Бога самолюбие и любовь ко греху.

Бог есть единственный подлинный источник блага и радости. Отлучение от блага есть мука. Те, кто решил быть с Богом и самой жизнью засвидетельствовал эту решимость, будет с Богом в вечности и, естественно, будет пребывать в блаженстве и радости. Те же, кто предпочел Богу что-либо иное и не соединился с Ним в таинстве евхаристии, те и в вечности окажутся отлучены от источника блага и радости, то есть будут пребывать в муках. В обоих случаях «Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнет» (Гал. 6: 7).

Необходимо также напомнить еще одну истину, которую замечательно выразил архимандрит Рафаил: «Вера, крещение и евхаристия – это не условия договора, который надо исполнить; это не дань, которую должник обязан заплатить, чтобы выйти из долговой ямы; это не претензия Бога к грешнику, которую можно простить, если человек не имеет средств, чтобы выплатить долг или возможности исполнить пункты договора. Вера, крещение, евхаристия относятся непосредственно к самому человеку, его личности, его природе, его общению с духовным миром. Через крещение и евхаристию он становится новым творением. Благодать изменяет его личность, одухотворяет его природу, преображает его душу, освящает все силы души, воскрешает дух и приготовляет человека к посмертной встрече с Христом… В будущем веке откроется то, что мы стяжали здесь, на земле, иначе земная жизнь как период самоопределения была бы бессмысленна»[10].

Завершить эту статью хотелось бы словами двух великих святых ХХ века:

Священномученик Иларион (Троицкий): «И много можно дивиться тому, как далеко заходят люди в своем “истолковании” христианства. Чего только ни захотят они, тотчас все это и находят в Евангелии. Оказывается, что всякую свою праздную мечту и даже злонамеренную мысль можно прикрыть евангельским авторитетом.

Нет, вера Христова становится только тогда ясна и определена для человека, когда он нелицемерно верует в Церковь; только тогда бисер этой веры бывает чист, только тогда не смешивается он с кучей грязного мусора всевозможных своевольных мнений и суждений. Об этом ведь говорил еще апостол Павел, когда Церковь Бога Живого называл столпом и утверждением истины (см.: 1 Тим. 3: 15)»[11].

Святитель Николай Сербский: «Истинной является лишь та жизнь, кою ищут и обретают во имя Господа Иисуса Христа. Все прочее – смерть и тлен. В жаркой пустыне человеческой истории воскресший Христос есть единственный отверстый и непресыхающий источник, напояющий, освежающий и животворящий. Все прочее, что утомленному и жаждущему путнику может показаться источником, не источник, но блеск раскаленного песка, подобный блеску воды, или бесовское наваждение»[12] .

Юрий Максимов

http://www.pravoslavie.ru/put/29058.htm#_ftnref2

[1] Полный текст см.: http://hristov.narod.ru/abheres.htm.
[2] Тихон Задонский, святитель. Об истинном христианстве. II. 1: 2.
[3] Анастасий Синаит, преподобный. Вопросы и ответы. 7.
[4] Симеон Новый Богослов, преподобный. Слова. Слово 37.
[5] Кирилл Иерусалимский, святитель. Огласительные поучения. 3.
[6] Иоанн Златоуст, святитель. Беседы на Евангелие от Иоанна. 25. 1.
[7] Ефрем Сирин, преподобный. Толкование на Четвероевангелие. 4.
[8] Иосиф Волоцкий, преподобный. Просветитель. 5.
[9] Рафаил (Карелин), архимандрит. О современном неогностицизме // http://karelin-r.ru/newstrs/28/1.html.
[10] Там же.
[11] Иларион Троицкий, священномученик. Христианство или Церковь // http://apologia.narod.ru/lasttime/ilarion/hr_ch.htm.
[12] Николай (Велимирович), святитель. Беседы. Неделя вторая по Пасхе: Евангелие о сомнении и вере апостола Фомы.

+2

18

Иисус Христос… есть камень, пренебреженный вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет ни в ком ином спасения. (Деян. 4: 10–11)

http://www.pravoslavie.ru/sas/image/100204/20462.p.jpg

К сожалению, до сих пор встречаются люди, которые, называя себя православными христианами, всерьез полагают, что возможно спасение, то есть вхождение в Царствие Небесное, для нехристиан. По их мнению, и те, кто не верит во Христа, если совершает хорошие дела, тоже может спастись.
Подобные взгляды не новы, они были известны и ранее. Опровержению этого заблуждения еще в позапрошлом веке посвятил свое письмо святитель Игнатий (Брянчанинов), из которого мы приведем лишь несколько фраз, хотя оно достойно прочтения целиком:

«Достойное горького рыдания зрелище: христиане, не знающие, в чем состоит христианство! Вопрос, предложенный вами, теперь предлагается сряду. “Отчего не спастись, – пишите вы, – язычникам, магометанам и так называемым еретикам? Между ними есть предобрые люди. Погубить этих добрейших людей было бы противно милосердию Божию!.. Считать себя спасенными, а членов прочих верований погибшими – это и безумно, и крайне гордо!”

Постараюсь отвечать вам в немногих по возможности словах. Вот истинное учение об этом предмете, учение Святой Вселенской Церкви: спасение заключается в возвращении общения с Богом. Это общение потерял весь род человеческий грехопадением праотцов… Чтоб восстановить общение человека с Богом, иначе для спасения, необходимо было искупление… Все добрые дела человеческие немощные, нисходившие во ад, заменены одним могущественным добрым делом – верой в Господа нашего Иисуса Христа…

Напрасно же ошибочно вы думаете и говорите, что добрые люди между язычниками и магометанами спасутся, то есть вступят в общение с Богом! Напрасно вы смотрите на противную тому мысль как бы на новизну, как бы на вкравшееся заблуждение! Нет! Таково постоянное учение истинной Церкви – и ветхозаветной, и новозаветной. Церковь всегда признавала, что одно средство спасения – Искупитель! Она признавала, что величайшие добродетели падшего естества нисходят во ад…

Признающий возможность спасения без веры во Христа отрекается от Христа и, может быть, невольно впадает в тяжкий грех богохульства»[1].

Это письмо святителя довольно известно, хотя, к сожалению, не так широко, как хотелось бы. Мне доводилось в беседах приводить его сторонникам мнения о том, что неправославные могут спастись; их реакция была предсказуемой: собеседники старались объявить это «личным мнением святителя Игнатия, а не учением Церкви», с которым они отождествляли собственные взгляды, прямо противоположные словам святителя.

Это, надо сказать, вообще характерно для современного модернистского сознания – объявлять «частным мнением» в учении Православной Церкви все, что противоречит частному мнению самого модерниста.

Однако сами слова святителя Игнатия говорят о том, что он в своем письме излагает не личное мнение, а именно учение Православной Церкви. А кроме того, если мы обратимся к другим святым отцам, то найдем и у них изложение той же самой истины.

Вот, например, святитель Тихон Задонский свидетельствует: «Никто не может оправдаться перед Богом и спастись без Христа и помимо Христа, но только – верою во Христа… Ибо никто не может от диавола, греха, проклятия законного и от ада избавиться без Христа, и это все в кратком слове Христовом заключается: “Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете” (Ин. 8: 36)»[2].

За тысячу лет до святителя Игнатия точно такой же вопрос задавали преподобному Анастасию Синаиту: «Если кто-нибудь неверующий во Христа, например иудей или самаритянин, творит много благих дел, то войдет ли он в Царство Небесное?» И святой Анастасий дает тот же ответ:

«Поскольку Господь говорит Никодиму: “Истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Небесное” (Ин. 3: 5), то ясно, что [никто из неверующих во Христа] не войдет в [это] Царство. Однако [никто] не лишится воздаяния своего: либо [неверующий во Христа] получает свое благоденствие богатством, роскошью и прочей прелестью жизни [сей], подобно [богачу], услышавшему от Авраама: “Вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей” (Лк. 16: 25), либо судьба его в будущем веке сильно отличается от судьбы не творящего [здесь] благое. Ведь как для праведников обителей много (см.: Ин. 14: 2) у Бога, так и для грешников [существует] много различных наказаний»[3].

Итак, святой Анастасий так же, как святитель Игнатий, свидетельствует, что неверующий во Христа, не родившийся от воды и Духа, то есть не крещеный человек, не войдет после смерти в Царство Божие, хотя сделанное им добро, безусловно, не останется без воздаяния.

И преподобный Симеон Новый Богослов свидетельствует: “Великое благо есть веровать во Христа, потому что без веры во Христа невозможно спастись”»[4].

И святитель Кирилл Иерусалимский пишет: «Тот, кто хотя бы был добр по делам, но не получил запечатления водою, не войдет в Царство Небесное. Слово дерзновенно, но не мое; ибо так определил Иисус!»[5].

И святитель Иоанн Златоуст увещает: «Слышите вы все, чуждые просвещения [крещением]: ужаснитесь, возрыдайте! Страшна эта угроза, страшно определение! Невозможно, говорит Христос, тому, кто не родится водою и духом, войти в Царствие Небесное, потому что он еще носит одежду смерти, одежду проклятия, одежду тления, еще не получил знамения Господнего, он еще не свой, а чужой; не имеет условленного в Царстве знака»[6].

Можно было бы и далее продолжать цитировать, поскольку эту истину согласно возглашают святые отцы разных эпох и народов, но для благочестивых христиан и приведенного достаточно, а для модернистов сколько ни приводи, все будет мало.

Естественно, ведь если воспринимать слова святых отцов не как свидетельство боговидцев о единой, опытно познанной ими истине, а как «просто еще одно личное мнение», то нет особой разницы, сколько этих «личных мнений» – одно, семь или тысяча.

Для мало-мальски благочестивого христианина не может не показаться чудовищной мысль, что истина закрыта, неопределима и непознаваема, – а именно эта мысль стоит за модернистским желанием разложить все Священное Предание на «личные точки зрения давно умерших людей», а Священное Писание на «исторические точки зрения, аллегории и условности, адресованные древним, давно умершим людям». И напротив, именно эта чудовищная мысль вдохновляет тех, кому очень не хочется, чтобы истина была определима и познаваема, потому как тогда придется отказываться от своих точек зрения, противоречащих истине. Той истине, о которой Господь сказал: «Познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8: 32).

Освобождающая истина христианства состоит в том, что Христос пришел и уплатил великую цену ради того, чтобы даровать спасение людям, и что кроме Христова «нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4: 12).

И хотя Церковь каждый год в чине Торжества Православия с предельной ясностью провозглашает: «Непринимающим благодати искупления, проповедуемого Евангелием, как единственного средства к оправданию нашему пред Богом — анафема!», многие модернисты упорно пытаются навести туману и представить дело так, что будто бы в этом краеугольном вопросе никакой ясности нет.

Они любят говорить о том, что, мол, было бы непростительной дерзостью предвосхищать грядущий суд Божий, утверждая, что все нехристиане не спасутся, это, мол, решить может только Бог.

Хотя, повторяя неоднократно выраженную в Священном Писании и Предании истину, мы вовсе тем самым не «дерзаем опережать Суд Божий», а, напротив, выражаем то из этого суда, что уже о нем открыл нам Бог: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16: 16). Это не мы «дерзаем», а Христос так сказал, а Он есть Истина, и нет в Нем никакой лжи. Вера Церкви в последний суд вовсе не ограничивается одним лишь утверждением о том, что такой суд будет, но включает в себя и основные критерии, по которым он будет производиться – и главнейшим из них является сознательное принятие Христа.

Если спасение возможно без Христа, то оно, следовательно, возможно было и до Христа, а если так, то зачем приходил Христос на землю к людям, и не только приходил, но и пошел на смерть? И зачем мы Его тогда называем Спасителем, вслед за апостолами и Им Самим? Как же Он тогда сказал, что «пришел взыскать и спасти погибшее» (Лк. 19: 10), если, оказывается, человечество до Его пришествия было вовсе не погибшим, а вполне себе спасалось в нехристианских религиях?

Если Христос пришел только для того, чтобы прибавить к уже имеющейся возможности человеческого спасения какую-то новую «опцию», предложить просто некий новый, «улучшенный» вариант спасения, то Он тогда не Спаситель, а «Улучшатель». Но само имя Его в переводе означает «Спаситель», то есть само имя Иисусово обличает и опровергает тех, кто думает, что можно достичь спасения без Него.

Известно, что, искушая Христа в пустыне, сатана при этом цитировал строки Священного Писания. Объясняя этот евангельский эпизод, преподобный Ефрем Сирин пишет: «То, что ему нужно было, он взял из Писания, а что противоречило ему, то опустил. Так и еретики берут из Писания то, что нужно им для своего соблазнительного учения, и опускают то, что противоречит их заблуждению, дабы сим образом ясно показать себя учениками этого учителя»[7].

Сторонники мнения, что будто бы без познания и принятия Христа возможно спастись, пусть бы только добрые дела человек творил, а верит ли он, не важно, пытаются приводить цитаты из Писания, якобы подтверждающие их заблуждение. В частности, указывают на слова апостолов о том, что «во всяком народе боящийся Бога… приятен Ему» (Деян. 10: 35) и что «когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают… они показывают, что дело закона у них написано в сердцах» (Рим. 2: 14–15).

Прежде чем разбирать этот аргумент, стоит сделать небольшое введение.

Святые отцы единогласно говорили, что нет спасения вне Христа и Его Церкви. И это не случайность, не простое «совпадение во мнениях». Святые отцы понимали, что допущение возможности спасения вне Христа и Церкви полностью обессмысливает Боговоплощение, страсти, смерть и воскресение Христа, и вообще лишает смысла само христианство.

О том же самом говорил и апостол Павел: «Если законом оправдание, то Христос напрасно умер» (Гал. 2: 21). Апостол прямо писал, что даже исполнением ветхого закона, данного истинным Богом, невозможно достичь спасения, а вдруг теперь ему приписывают мысль, что будто бы не только те, кто почитал истинного Бога и исполнял Его закон, данный в откровении, но и те, кто почитал идолов и знать не знал о Божием откровении, тоже могут оправдаться перед Богом!

Иными словами, апостол Павел, который говорил, что «язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу» (1 Кор. 10: 20), и который восклицал: «Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным?» (2 Кор. 6: 15), по мысли модернистов, становится их единомышленником в том, что якобы в Царствии Божием будет соучастие того, кто почитал Бога, с тем, кто приносил жертвы бесам, и того, кто молился Христу, с тем, кто кланялся Велиару.

Представляется, что абсурдность подобной мысли очевидна. Естественно, что предложенное модернистами толкование апостольских слов не только противоречит святоотеческим толкованиям, но и прямо разоблачается святыми отцами, в частности преподобным Иосифом Волоцким:

«Если “во всяком народе боящийся Бога… приятен Ему” (Деян. 10: 35), то почему Петр не оставил Корнилия и его близких пребывать в их прежней вере, хотя они боялись Бога и совершали добрые дела больше всех, но повелел им креститься во имя Христа? Если бы во всяком народе боящийся Бога и поступающий по правде Его приятен был Ему, то почему Господь наш Иисус Христос сказал Своим святым ученикам: “Идите, проповедуйте Евангелие всем народам, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам” (Мф. 28: 19–20)? И еще сказал Господь Иисус Христос: “Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет” (Мк. 16: 16)…

Великий апостол Петр сказал: “Во всяком народе боящийся Бога и поступающий по правде приятен Ему” о праведниках, живших прежде воплощения Христа, Его распятия и воскресения, о тех людях среди иудеев или в других народах, кто боялся Бога и поступал по правде, кто поклонялся не идолам, но истинному Богу, как Корнилий и подобные ему. Но после воплощения Христа, Его распятия и воскресения “нет другого имени под небом… которым надлежало бы нам спастись, кроме имени Господа нашего Иисуса Христа”. Господь говорит в Святом Евангелии, что тот, кто не родится от воды и Духа во имя Отца и Сына и Святого Духа, не может спастись, даже если будет праведнее всех людей. Это засвидетельствовал и апостол Петр, крестив праведного Корнилия, о котором Бог объявил апостолу… Теперь Богу приятны люди из-за их крещения и стремления к добрым делам, до воплощения Христа Богу были приятны праведники из-за страха Божиего и их праведной жизни… Очевидно, что апостол сказал эти слова о праведниках, живших до воплощения Христа, о тех, кто боялся Бога и поступал по правде, не поклонялся идолам. О них же и еще сказал Павел: “Когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают… они показывают, что дело закона у них написано в сердцах” (Рим. 2: 14–15)»[8].

Часто сторонники того заблуждения, что и без Христа можно спастись человеку, в качестве аргумента указывают на то, сколь мало православных христиан в мире, отсюда, по их мнению, следует, что нельзя говорить про спасение только искренних членов Православной Церкви, ведь иначе получится, что спасающихся очень мало, а погибающих очень много.

Но разве не о том же самом говорил Господь Иисус Христос: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Мф. 7: 13–14), «много званых, но мало избранных» (Лк. 14: 24), «Не бойся, малое стадо!» (Лк. 12: 32).

С самого начала Господь обозначил ту печальную реальность, что погибающих много, а спасающихся мало. Впрочем, слава Богу, спасающихся ныне гораздо больше, чем число спасшихся в Ноевом ковчеге во время всемирного потопа, а этот ковчег, по словам святителя Филарета Московского, есть образ Церкви Христовой.

Кроме того, сторонники указанного заблуждения любят говорить о тех несчастных «простых» язычниках, мусульманах или католиках, которые будто бы «объективно» не имели возможности стать православными христианами, потому что до них не добрались еще православные миссионеры. При этом говорящие это словно бы и не знают о Промысле Божием, который показывает прямо противоположную зависимость: не потому эти «аборигены» не стали православными христианами, что до них не дошли апостолы, а потому Господь не послал к ним апостолов, что заранее знал по Своему предведению, что никто из них не послушает проповедь истины.

И это сохранение их в неведении было для них выражением милосердия Божия, ибо «раб, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше» (Лк. 12: 47–48).

И напротив, если Господь видел человека, чье сердце искренне взыскует истины, пусть даже этот человек жил в народе, совершенно не знающем о Православии, Он устраивал для такого человека возможность принять Православие.

Так в XII веке Бог устроил для одного немца-католика возможность узнать о Православии, и тот, обратившись, стал известен как святой Прокопий Устюжский; в том же веке Бог дал такую возможность одному волжскому булгарину-мусульманину, и тот, обратившись, стал известен как святой Авраамий Болгарский; в следующем столетии Господь дал такую возможность одному монголу-язычнику, и тот, обратившись, стал известен как святой Петр Ордынский. Вся история Церкви полна подобными примерами.

Уместно здесь привести слова архимандрита Рафаила (Карелина), посвященные тому же вопросу: «Бог есть любовь, правда и всемогущество. Деяния Бога вызваны Его любовью, определены мудростью и исполнены могуществом; следовательно, неведение людей о Боге не может быть объяснено историческими ситуациями, так как руль истории в руке Бога. Такое объяснение было бы скорее свидетельством о детерминизировании Бога внешними ситуациями и историческими законами. Значит, неведение людей, неспособных принять истину, это тоже жалость Бога к человеку. Так Гедеон возвращает часть войска по домам, зная, что в бою эти люди обратятся в бегство»[9].

Когда вникаешь в аргументы и утверждения тех, кто считает возможным спасение некрещеных, возникает впечатление, что они забывают не только про Божий Промысл, но и про Самого Бога.

«Хороший» человек для них это тот, кто не грешил против людей и делами оказывал им благорасположение. Тем самым он, по их мнению, становится достоин спасения.

Но ведь даже десять заповедей Моисеева закона не ограничивались перечислением обязанностей по отношению к другому человеку – самые первые из них посвящены обязанностям человека пред Богом: «Я Господь, Бог твой… да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. Не делай себе кумира… не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель… Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно» (Исх. 20: 2–7).

И получается, что такой тягчайший грех, как неверие в Бога, непочитание Христа, модернисты и за грех не считают. Так, мелочь какая-то. Разве можно, говорят они, из-за такой «мелочи» лишать человека в вечности единства с Тем, Кого он при жизни не желал ни знать, ни почитать?

Ответим: не только можно, но это и неизбежно, ибо посмертное единство с Богом есть логичное продолжение того единства, которое человек избрал уже в земной жизни и которое даруется только Христом в Его Церкви. Точно так же и посмертное отлучение от Бога есть логичное продолжение того отлучения, который человек избрал при этой жизни и которому он подверг себя, предпочтя Богу или поискам истинного Бога самолюбие и любовь ко греху.

Бог есть единственный подлинный источник блага и радости. Отлучение от блага есть мука. Те, кто решил быть с Богом и самой жизнью засвидетельствовал эту решимость, будет с Богом в вечности и, естественно, будет пребывать в блаженстве и радости. Те же, кто предпочел Богу что-либо иное и не соединился с Ним в таинстве евхаристии, те и в вечности окажутся отлучены от источника блага и радости, то есть будут пребывать в муках. В обоих случаях «Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнет» (Гал. 6: 7).

Необходимо также напомнить еще одну истину, которую замечательно выразил архимандрит Рафаил: «Вера, крещение и евхаристия – это не условия договора, который надо исполнить; это не дань, которую должник обязан заплатить, чтобы выйти из долговой ямы; это не претензия Бога к грешнику, которую можно простить, если человек не имеет средств, чтобы выплатить долг или возможности исполнить пункты договора. Вера, крещение, евхаристия относятся непосредственно к самому человеку, его личности, его природе, его общению с духовным миром. Через крещение и евхаристию он становится новым творением. Благодать изменяет его личность, одухотворяет его природу, преображает его душу, освящает все силы души, воскрешает дух и приготовляет человека к посмертной встрече с Христом… В будущем веке откроется то, что мы стяжали здесь, на земле, иначе земная жизнь как период самоопределения была бы бессмысленна»[10].

Завершить эту статью хотелось бы словами двух великих святых ХХ века:

Священномученик Иларион (Троицкий): «И много можно дивиться тому, как далеко заходят люди в своем “истолковании” христианства. Чего только ни захотят они, тотчас все это и находят в Евангелии. Оказывается, что всякую свою праздную мечту и даже злонамеренную мысль можно прикрыть евангельским авторитетом.

Нет, вера Христова становится только тогда ясна и определена для человека, когда он нелицемерно верует в Церковь; только тогда бисер этой веры бывает чист, только тогда не смешивается он с кучей грязного мусора всевозможных своевольных мнений и суждений. Об этом ведь говорил еще апостол Павел, когда Церковь Бога Живого называл столпом и утверждением истины (см.: 1 Тим. 3: 15)»[11].

Святитель Николай Сербский: «Истинной является лишь та жизнь, кою ищут и обретают во имя Господа Иисуса Христа. Все прочее – смерть и тлен. В жаркой пустыне человеческой истории воскресший Христос есть единственный отверстый и непресыхающий источник, напояющий, освежающий и животворящий. Все прочее, что утомленному и жаждущему путнику может показаться источником, не источник, но блеск раскаленного песка, подобный блеску воды, или бесовское наваждение»[12] .

Юрий Максимов

27 января 2009 года

[1] Полный текст см.: http://hristov.narod.ru/abheres.htm.
[2] Тихон Задонский, святитель. Об истинном христианстве. II. 1: 2.
[3] Анастасий Синаит, преподобный. Вопросы и ответы. 7.
[4] Симеон Новый Богослов, преподобный. Слова. Слово 37.
[5] Кирилл Иерусалимский, святитель. Огласительные поучения. 3.
[6] Иоанн Златоуст, святитель. Беседы на Евангелие от Иоанна. 25. 1.
[7] Ефрем Сирин, преподобный. Толкование на Четвероевангелие. 4.
[8] Иосиф Волоцкий, преподобный. Просветитель. 5.
[9] Рафаил (Карелин), архимандрит. О современном неогностицизме // http://karelin-r.ru/newstrs/28/1.html.
[10] Там же.
[11] Иларион Троицкий, священномученик. Христианство или Церковь // http://apologia.narod.ru/lasttime/ilarion/hr_ch.htm.
[12] Николай (Велимирович), святитель. Беседы. Неделя вторая по Пасхе: Евангелие о сомнении и вере апостола Фомы.

+1